Пролетарии всех стран, соединяйтесь !

Всесоюзная Коммунистическая партия Большевиков
Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Операция "Багратион"

ОПЕРАЦИЯ "БАГРАТИОН"

Продолжая один на один сражаться с главными силами фашистской Германии и ее сателлитов, зимой 1944 года Красная Армия нанесла немецко-фашистским войскам тяжелое поражение. Были полностью уничтожены 30 дивизий и 6 бригад, 142 дивизии и 1 бригада потеряли от половины до двух третей боевого состава. Для поддержки своих фронтов немецкому командованию пришлось перебросить на советско-германский фронт 40 дивизий и 4 бригады из Германии и других стран Западной Европы. Красная Армия освободила колоссальную территорию почти в 330 тысяч квадратных километров, на которой до войны проживало почти 19 миллионов человек.

 

Однако немецко-фашистские войска все еще представляли большую силу.

 

В июле 1944 года германская промышленность достигла высшей точки развития за годы войны. За первое полугодие заводы выпустили более 17 тысяч самолетов, около 9 тысяч тяжелых и средних танков.

 

Выжимая последние силы из страны и народа, лихорадочно стремясь отсрочить неминуемое поражение, гитлеровское руководство проводило мобилизацию за мобилизацией, нанося огромный ущерб немецкой нации. В составе армий фашистской Германии насчитывалось 324 дивизии и 5 бригад. По-прежнему основная часть наиболее боеспособных соединений находилась на советско-германском фронте.

 

Здесь нам противостояло 179 немецких дивизий и 5 бригад, а также 49 дивизий и 18 бригад сателлитов. В этих войсках было 4 миллиона человек, 49 тысяч орудий и минометов, 5250 танков и штурмовых орудий, около 2800 боевых самолетов.

 

В рядах действующей Красной Армии было около 6,4 миллиона солдат и офицеров, фронты имели 92,5 тысячи орудий и минометов, 7,7 тысячи танков и самоходно-артиллерийских установок, 13,4 тысячи самолетов.

 

История не знает примеров, чтобы страна, ведя колоссальные освободительные сражения, одновременно восстанавливала столь высокими темпами и в таком масштабе разрушенное хозяйство. Зимой и весной 1944 года Советский Союз неуклонно увеличивал свою экономическую мощь. В первом полугодии было произведено 16 тысяч самолетов, около 14 тысяч средних и тяжелых танков и самоходно-артиллерийских установок, свыше 90 миллионов снарядов, авиабомб, мин. Усилия народа, объединенного партией, обеспечивали все необходимое для разгрома врага.

 

Наш тыл все обильнее снабжал фронт вооружением, техникой, боеприпасами, снаряжением, материальными ресурсами. Были проведены очередные мероприятия по усовершенствованию организационной структуры войск, формированию новых танковых объединений и соединений, авиационных частей и соединений резерва Верховного Главнокомандования. К началу летней кампании 1944 года в резерве Ставки находились две общевойсковые, одна танковая и одна воздушная армии, а на доукомплектовании - ряд стрелковых, кавалерийских, танковых, механизированных, артиллерийских и авиационных соединений. Советские Вооруженные Силы все более крепли организационно, неуклонно повышались боевое мастерство и моральный дух воинов. На 1 июня в действующей армии было 1 617 408 членов и кандидатов в члены ВКП(б).

 

Еще при планировании операций на зимний период 1944 года советское Верховное Главнокомандование приняло решение провести летом основные операции по разгрому центральной группировки фашистских войск и освобождению Белоруссии. Собственно, с апреля фактически и должно было начаться материальное обеспечение предстоящей летней кампании. ЦК ВКП(б), Государственный Комитет Обороны принимали все меры к своевременному созданию для этого всех предпосылок.

 

Генеральный штаб представил в ГКО все расчеты на требовавшиеся для этой операции воинские силы, запасы боевой техники, вооружения, боеприпасы, горючее, снаряжение, продовольствие и другие материальные ресурсы. Генштаб считал при этом возможным привлечь к участию в Белорусской операции некоторую часть войск за счет тех, которые освободятся в результате наступательных операций на юге. Разрабатывался и проводился в жизнь также ряд других крупных организационных мероприятий. В частности, в целях улучшения управления войсками на территории Белоруссии 24 апреля 1944 года Западный фронт был переименован в 3-й Белорусский, а из армий его левого крыла, действовавших на могилевском направлении, был создан 2-й Белорусский фронт. Последовали меры по укомплектованию и обеспечению новых фронтов.

 

К лету 1944 года фашистские войска были отброшены на линию Нарва, Псков, Витебск, Кричев, Мозырь, Пинск, Камень-Каширский, Броды, Коломыя, Яссы, Дубоссары, Днестровский лиман. Красная Армия освободила Ленинградскую и Калининскую области, часть Белоруссии, почти всю Украину, часть Молдавии и Крым. На южном участке фронта боевые действия были перенесены уже за пределы СССР и велись на территории Румынии.

 

Готовясь к летней кампании 1944 года, фашистское командование считало наиболее вероятным, что Красная Армия нанесет главный удар на юге. В Белоруссии же они предполагали местные операции сковывающего характера, надеясь отразить их силами группы армий "Центр". Гитлеровское командование не допускало мысли, что советские войска смогут наступать по всему фронту. Поэтому свои основные силы враг держал не в Белоруссии, а на юге.

 

К разработке конкретного оперативного плана проведения Белорусской операции и плана летней кампании 1944 года в целом Генеральный штаб вплотную приступил с апреля. В основу плана был положен замысел Верховного Главнокомандования, которым предусматривалось мощными сходящимися ударами по флангам белорусского выступа - с севера от Витебска через Борисов на Минск и с юга через Бобруйск также на Минск - разгромить главные силы немецкой группы армий "Центр", находившиеся в середине выступа восточнее Минска. Предполагалось, что успешное выполнение замысла позволит полностью освободить всю территорию Белоруссии, отбросить все еще нависавший над Москвой вражеский фронт западнее Смоленска, далее выходом на побережье Балтийского моря и к границам Восточной Пруссии рассечь стратегический фронт врага, поставив в опасное положение действовавшую в Прибалтике группу армий "Север", создать выгодные предпосылки для нанесения последующих ударов по врагу как в Прибалтике, так и в западных районах Украины и для развития новы

 

х, решающих операций на наиболее уязвимых для немцев восточнопрусском и варшавском направлениях.

 

Замыслом предусматривался одновременный переход в наступление на лепельском, витебском, богушевском, оршанском, могилевском, свислочском и бобруйском направлениях с тем, чтобы мощными и неожиданными для врага ударами раздробить его стратегический фронт обороны, окружить и уничтожить немецкие группировки в районе Витебска и Бобруйска, после чего, стремительно развивая наступление в глубину, окружить и затем разгромить войска 4-й немецкой армии восточнее Минска, что создало бы благоприятные условия для развития операций всех четырех фронтов.

 

Одновременно с подготовкой Белорусской операции Генеральный штаб совместно с командованием Ленинградского и Карельского фронтов разрабатывали наступательные операции на Карельском перешейке и в Южной Карелии. Они должны были отвлечь силы и внимание врага от центрального участка фронта. Успех советских войск в этих операциях, которые планировалось

 

30 мая Ставка окончательно утвердила план операции "Багратион". Он был прост и в то же время смел и грандиозен. Простота его заключалась в том, что в его основу было положено решение использовать выгодную для советских войск конфигурацию советско-германского фронта на белорусском театре военных действий, причем советское командование заведомо знало, что эти фланговые направления являются наиболее опасными для врага, следовательно, и наиболее защищенными. Смелость замысла вытекала из стремления, не боясь контрпланов противника, нанести решающий для всей летней кампании удар в одном стратегическом направлении. О грандиозности замысла свидетельствует его исключительно важное военно-политическое значение для дальнейшего хода второй мировой войны, невиданный размах, а также количество одновременно или последовательно предусмотренных планом и, казалось бы, самостоятельных, но вместе с тем тесно связанных между собой фронтовых операций, направленных к достижению общих военно-стратегических задач и политических целей.

 

Конфигурация фронта в Белоруссии представляла собой к тому времени огромный выступ на восток площадью около 250 тыс. кв. км, огромной дугой огибавший Минск. Северный его фас был обращен к Великим Лукам; восточный смотрел с немецкой стороны на Смоленскую и Гомельскую области; южный тянулся вдоль Припяти. Нависая над правым крылом 1-го Украинского фронта, выступ создавал с севера угрозу коммуникациям этого фронта и способствовал обороне фашистских подступов к границам Польши и Восточной Пруссии. Поэтому немецкое командование стремилось удержать выступ во что бы то ни стало и уделяло его обороне исключительное внимание.

 

Главная полоса вражеской обороны проходила по линии Витебск, Орша, Могилев, Рогачев, Жлобин, Бобруйск. Особенно сильно были укреплены районы Витебска и Бобруйска, то есть фланги группы армий "Центр". Мощную оборону она имела также на оршанском и могилевском направлениях. Были построены оборонительные рубежи и в оперативной глубине - по берегам Днепра, Друти и Березины. Все инженерные оборонительные сооружения довольно удачно увязывались с естественными, очень выгодными для обороны условиями местности - реками, озерами, болотами, лесами. Крупные города гитлеровцы превратили в сильные узлы сопротивления, укрепленные системой хорошо развитых траншей, дотов и дзотов, а такие города, как Витебск, Орша, Могилев, Бобруйск, Борисов и Минск, приказом Гитлера были объявлены "укрепленными районами". Это означало, что их следовало удерживать любой ценой.

 

В немецкую группу армий "Центр" входили 3-я танковая, 4, 9 и 2-я армии. В первой полосе обороны находилось 38 дивизий, во втором эшелоне и в резерве - 14 дивизий с большим количеством спецподразделений и команд, а всего, с учетом фланговых соединений соседних групп армий, немцы имели в Белоруссии 63 дивизии и 3 бригады. Руководил центральной группой вражеских войск до 28 июня 1944 года генерал-фельдмаршал Буш. Его армиями командовали генерал-полковник Рейнгардт, генерал пехоты Типпельскирх, генерал танковых войск Форман и генерал-полковник Вейхс. Несколько позже к участию в боях здесь подключилась 4-я танковая армия генерала танковых войск Неринга. На этом направлении было сосредоточено 1 200 тыс. солдат и офицеров, имевших 9,5 тыс. орудий и минометов, 900 танков и штурмовых орудий, 1300 боевых самолетов.

 

По утвержденному Ставкой плану операцию "Багратион" решено было начать 19-20 июня.

 

Координация действий фронтов осуществлялась представителями Ставки маршалами Г. К. Жуковым и А. М. Василевским. К работе в войсках они приступили в начале июня 1944 г.

 

Особое внимание уделялось перегруппировке войск. К участкам предстоящего прорыва стягивались огромные массы сил и средств, чтобы создать здесь решающее превосходство над противником. Из резерва Ставки в состав фронтов были переданы управления 4 общевойсковых армий, 2 танковые армии, 52 стрелковые и кавалерийские дивизии, 6 отдельных танковых и механизированных корпусов, 33 авиационные дивизии, более 210 тыс. человек маршевого пополнения. Кроме того, прибыло много отдельных танковых и самоходно-артиллерийских полков и бригад, артиллерийских, минометных, инженерных частей и соединений. Уже в ходе наступления должны были подойти еще две армии. Больше всего сил направлялось в полосу 3-го и правого крыла 1-го Белорусских фронтов. Восемь корпусов авиации дальнего действия в мае были перебазированы в районы Чернигова и Киева, откуда они могли более эффективно поддерживать действия наступающих сухопутных сил. К операции в Белоруссии и Восточной Польше привлекалась и 1-я Польская армия. Она включалась в состав левого крыла 1-го Белорусского фронта.

 

Советское командование, учитывая немалые возможности опытного и сильного противника и необходимость достижения высоких темпов продвижения войск, создавало многократное превосходство над гитлеровцами в силах и средствах. В четырех фронтах насчитывалось 2 400 тыс. человек личного состава, 166 дивизий, 12 танковых и механизированных корпусов, 7 укрепленных районов, 21 стрелковая, отдельная танковая и механизированная бригады, 36 400 орудий и минометов, 5200 танков и самоходно-артиллерийских установок, 5300 боевых самолетов. Общее превосходство советских войск над врагом было: в людях - двойным, в артиллерии и авиации - почти четырехкратным, а в танках и самоходно-артиллерийских орудиях - почти шестикратным. Еще большим оно было на участках прорыва, что достигалось за счет ослабления неактивных участков фронта. Все это позволяло нанести по противнику сокрушительные удары и непрерывно наращивать натиск в ходе наступления.

 

22 июня подготовка войск к наступлению закончилась.

 

В течение трех лет белорусский народ изнывал под гнетом вражеской оккупации. Гитлеровцы разграбили и уничтожили все общественное достояние белорусского народа, опустошили города, сожгли 1200 тысяч строений в селах, превратили в развалины 7 тысяч школ; фашисты истребили в Белоруссии более 2200 тысяч мирных жителей и военнопленных. Не было почти ни одной семьи, которая жестоко не пострадала бы от войны. Однако Белоруссия не склонила головы перед врагом, народ не пал духом, не опустил руки в борьбе с оккупантами.

 

Зная, что Красная Армия уже разгромила немецкие войска на Украине, отбросив их далеко на запад, белорусские партизанские силы готовились к решающим операциям.

 

К лету 1944 года в Белоруссии действовало 374 тысячи хорошо вооруженных партизан, объединенных в крупные отряды, части и соединения. Общее руководство партизанской борьбой осуществляли подпольные организации ВКП(б) под руководством своего Центрального Комитета и Центрального штаба партизанского движения Советского Союза.

 

Белорусские партизаны приступили к активным действиям несколько раньше фронтов. Еще 8 июня ЦК КП(б) Белоруссии дал указание партизанским соединениям и подпольным обкомам и райкомам дезорганизовать вражеские коммуникации. С 20 по 23 июня партизаны парализовали движение на железных дорогах, прежде всего на тех линиях, которые вели к важнейшим участкам фронта. Только в ночь на 20 июня они подорвали свыше 40 тыс. рельсов. Вот как отозвался о действиях партизан начальник транспортного управления группы армий "Центр" полковник Г. Теске: "Молниеносно проведенная в эту ночь крупная операция партизанских отрядов вызвала... полную остановку железнодорожного движения на всех важных коммуникациях, ведущих к районам прорыва... Партизаны провели блестящую операцию".

 

За несколько дней до начала действий Красной Армии по освобождению Белоруссии партизанские отряды, под руководством партийных органов республики и областей, провели ряд крупных операций по разрушению железнодорожных и шоссейных магистралей и уничтожению мостов, что парализовало вражеский тыл в самый ответственный момент.

 

Белорусская наступательная операция началась 23 июня 1944 года. Войска 1-го Прибалтийского фронта наступали из района северо-восточнее Витебска на юго-запад, на Бешенковичи, Лепель. Ударную группу составляли две армии и танковый корпус. 3-й Белорусский фронт наносил два удара. Две армии и конно-механизированная группа 3-го Белорусского фронта наступали на богушевском направлении, две армии с танковым корпусом - на оршанском, а основная ударная сила фронта - 5-я гвардейская танковая армия предназначалась для развития успеха на одном из этих направлений. Смежным армиям обоих фронтов - 43-й и 39-й - предстояло окружить и уничтожить противостоящие силы 3-й немецкой танковой армии в районе Витебска. Действия сухопутных сил этих фронтов поддерживали 3-я воздушная армия генерала Н. Ф. Папивина и 1-я воздушная армия генерала Т. Т. Хрюкина.

 

Стремительно прорвав вражескую оборону, войска 1-го Прибалтийского фронта 24 июня форсировали Западную Двину в районе Бешенковичей и заняли несколько плацдармов. 60-й стрелковый корпус 43-й армии вышел в район Гнездиловичей и оказался в этот день в 6-10 км от наступавшего навстречу ему 5-го гвардейского стрелкового корпуса 39-й армии. Над противником нависла угроза окружения. Гитлеровцы яростно сопротивлялись, пытались отбросить советские части, но тщетно. Плацдармы были расширены и соединены. 25 июня западнее Витебска соединились и эти армии. Главные силы фронта, отражая многочисленные контратаки подходивших резервов врага, продолжали развивать наступление. 28 июня они вышли в район севернее Лепеля.

 

За шесть дней войска фронта, форсировав Западную Двину, продвинулись до 90 км. На правом крыле 4-я ударная армия подошла к городу Полоцк.

 

В первый же день наступления войска 3-го Белорусского фронта после сильной артиллерийской и авиационной подготовки быстро прорвали оборону противника на богушевском направлении. На следующий день конно-механизированная группа фронта под командованием генерала Н. С. Осликовского, обогнав стрелковые соединения, вышла в район к западу от Богушевска.

 

На оршанском же направлении враг оказал ожесточенное сопротивление. Воспользовавшись тем, что в ходе артподготовки его артиллерия здесь оказалась слабо подавленной, он задержал продвижение советских войск. В этой обстановке по указанию маршала А. М. Василевского 5-я гвардейская танковая армия маршала П. А. Ротмистрова была введена в сражение на богушевском направлении, где был достигнут наибольший успех.

 

На оршанском участке и на третий день наступление развивалось медленно. Противник, стремясь любой ценой удержать Оршу и дорогу от нее на Борисов-Минск, лихорадочно подбрасывал резервы. Лишь 20 июня правофланговые соединения 11-й гвардейской армии смогли сломить сопротивление вражеских войск и начали быстро продвигаться вперед, что позволило 2-му гвардейскому танковому корпусу войти в образовавшийся севернее автомагистрали прорыв.

 

На правом крыле фронта, после того как 5-й гвардейский стрелковый корпус 39-й армии соединился с 60-м стрелковым корпусом 43-й армии, началась ликвидация окруженной витебской группировки врага, включавшей свыше пяти дивизий и отдельные части 3-й танковой армии. Эту задачу выполняли главные силы 39-й и часть соединений 43-й армий. Им активно содействовала авиация. Гитлеровцы пытались пробиться из окружения в юго-западном направлении. Только в первый день они предприняли до 25 контратак, однако, все их попытки закончились безрезультатно. Часть окруженной группировки 27 июня сдалась в плен, а сопротивлявшиеся войска были уничтожены.

 

Пока продолжались бои под Витебском и Оршей, подвижные войска 3-го Белорусского фронта при поддержке авиации вышли на простор и устремились на запад. 26 июня конно-механизированная группа вышла в район Сенно, 5-я гвардейская танковая армия - на Минскую автомагистраль в районе Толочина, а 2-й гвардейский танковый корпус обошел Оршу с северо-запада, повернул на юг и к вечеру перерезал шоссе западнее города. Противник успел перебросить из района Ковеля навстречу левофланговому корпусу танковой армии 5-ю танковую дивизию и занять оборону восточнее Борисова. Он стремился остановить наступление 3-го Белорусского фронта вдоль автомагистрали и обеспечить отход своих войск на могилевском направлении.

 

Упорное сопротивление гитлеровцев восточнее Борисова задержало продвижение левофлангового корпуса 5-й гвардейской танковой армии почти на двое суток. Однако 27 июня 11-я гвардейская армия и 31-я армия освободили Оршу. Подвижные соединения, поддержанные авиацией, 28 июня вышли к Березине на 60-километровом участке.

 

За шесть дней наступления линия фронта переместилась на запад на 150 км. Рухнула вся вражеская оборона между Западной Двиной и Днепром. "Смоленские ворота" остались далеко позади. Успех 3-го Белорусского и 1-го Прибалтийского фронтов в значительной мере объяснялся тщательной подготовкой операции. Умело управляли войсками командующие и штабы фронтов. Хорошо осуществлялось взаимодействие сил, удачно маневрировали подвижные соединения. Очень высоким был наступательный порыв советских воинов.

 

24 июня начались наступательные действия 1-го Белорусского фронта на бобруйском направлении.

 

Из района Рогачев, Жлобин наступали 3-я армия, 48-я армия и 9-й танковый корпус. Из района южнее Паричей наносили удары 65-я армия и 28-я армия. Здесь же действовали конно-механизированная группа фронта под командованием генерала И. А. Плиева и 1-й гвардейский танковый корпус.

 

Таким образом, 1-й Белорусский фронт, как и 3-й Белорусский, наносил два почти равных по силе удара. Действия его войск поддерживали Днепровская военная флотилия и 16-я воздушная армия. Обе ударные группы фронта должны были встретиться в районе Бобруйска.

 

В первый день 65-я и 28-я армии прорвали вражескую оборону на широком фронте, что дало возможность подвижной группе 65-й армии - 1-му гвардейскому танковому корпусу - войти в прорыв и продвинуться на 20 км.. Введенная в сражение на участке этих армий конно-механизированная группа генерала И. А. Плиева продвигалась на северо-запад для образования внешнего фронта окружения. В ночь на 27 июня 1-й гвардейский танковый корпус, совершив удачный маневр, перерезал дороги от Бобруйска на запад и северо-запад.

 

На рогачевском направлении 9-й танковый корпус нанес по противнику удар из лесисто-болотистого района, где, по его данным, оборона противника была слабой. 26 июня 9-й танковый корпус вырвался вперед и вышел к Бобруйску с востока. К утру следующего дня он перехватил все дороги и переправы северо-восточнее города.

 

Успешное наступление войск фронта на рогачевском и особенно паричском направлениях поставило противника под угрозу окружения. Вражеское командование приказало начать отвод войск с рубежа Жлобин, Рогачев за Березину. Но это решение явно запоздало. В окружении в самом городе и к юго-востоку от него оказалось более шести дивизий 9-й немецкой армии.

 

Вслед за подвижными войсками на внешний фронт окружения выдвигались 3-я и 28-я армии, а на внутренний - 48-я и 65-я армии. Северо-западный участок внутреннего фронта был непрочен. Здесь находились лишь бригады двух танковых корпусов, а стрелковые соединения подойти еще не успели. 27 июня противник начал готовиться к прорыву именно на этом участке, чтобы соединиться с войсками своей 4-й армии.

 

Чтобы сорвать намерение командования противника, 16-я воздушная армия получила приказ нанести по окруженным войскам бомбовые удары. Через три часа командарм поднял в воздух 400 бомбардировщиков и штурмовиков под прикрытием 126 истребителей. Их удары были и мощными и точными. Наземные войска четко обозначали передний край. Вражеские позиции озарились пламенем взрывов и пожарищ. Среди окруженных войск началась паника. Множеством исковерканных автомашин, орудий, танков, штурмовых орудий, тысячами трупов вражеских солдат и офицеров было усеяно поле боя. 28 июня 48-я армия завершила ликвидацию фашистских войск юго-восточнее Бобруйска. Их остатки сдались в плен.

 

В самом Бобруйске бои продолжались по 29 июня.

 

29 июня Бобруйская операция закончилась. К исходу того дня войска фронта продвинулись на 100-110 км. Теперь они уже действовали севернее и северо-западнее Осиповичей и восточнее Слуцка.

 

В дни, когда шли бои под Витебском, Оршей и Бобруйском, начал наступление 2-й Белорусский фронт. Главные усилия войск сосредоточивались в центре, где 49-я армия нанесла удар на Могилев. 26 июня ее передовые соединения при поддержке 4-й воздушной армии форсировали Днепр. 28 июня смежные соединения 49-й армии и 50-й армии штурмом освободили Могилев. К исходу следующего дня войска фронта вышли в междуречье Друти и Днепра.

 

В результате шестидневных боев под ударами войск четырех фронтов вражеская оборона между Западной Двиной и Припятью рухнула. Пали ключевые позиции гитлеровцев на белорусском выступе, в районе Витебска и Бобруйска. Советские войска устремились на запад. 4-я немецкая армия, занимавшая оборону на могилевском направлении, вынуждена была начать отход к Минску. Подвижные соединения 3-го и 1-го Белорусских фронтов, глубоко обойдя ее фланги, создали благоприятные условия для нанесения ударов на минском направлении.

 

28-29 июня Ставка уточнила задачи фронтов. 3-й и 1-й Белорусские фронты теперь должны были двусторонним обходным маневром стремительно выйти к Минску и овладеть им. Тем самым завершалось окружение немецко-фашистских войск, отступавших к столице Белоруссии. 2-й Белорусский фронт получил приказ фронтально преследовать противника, не давая ему оторваться от наступающих частей и соединений. Советские войска без паузы приступили к выполнению очередных задач.

 

1-й Прибалтийский фронт наступал на северо-запад к Полоцку и на запад в общем направлении на Глубокое. Враг, чтобы не допустить советские войска в юго-восточные районы Латвии, стремился удержать район Полоцка. Сломив его яростное сопротивление, 4-я ударная армия, наступавшая с северо-востока, и правофланговые соединения 6-й гвардейской армии, продвигавшиеся с юга, 4 июля заняли Полоцк. К этому времени в центре и на левом крыле войска фронта, продвинувшись на 120-130 км, вышли на подступы к Литве с востока.

 

Успешные действия 1-го Прибалтийского фронта не только облегчили наступление Белорусских фронтов на Минск, но и позволили советским войскам вклиниться в оборону врага на стыке групп армий "Центр" и "Север", что создало возможность полной изоляции их друг от друга.

 

В соответствии с замыслом операции основные события развернулись к югу от полосы наступления 1-го Прибалтийского фронта.

 

3-й Белорусский фронт, сосредоточив свои главные силы на левом крыле, преследовал противника в направлении Борисов, Минск. Гитлеровцы тщетно стремились не допустить советские войска па правый берег Березины. 29 - 30 июня конно-мехавизированная группа фронта и 5-я армия форсировали реку. Группа генерала Н. С. Осликовского продвигалась вперед настолько быстро, что уже 2 июля, преодолев 120 км, вышла в район Вилейка, Молодечно и овладела здесь участком железной дороги, идущей от Минска на северо-запад к Вильнюсу. В этот же день была перерезана и другая железная дорога, проложенная от Минска на юго-запад к Барановичам. Это удалось сделать кавалерийскому корпусу 1-го Белорусского фронта.

 

Таким образом, в то время когда советские войска подходили к Минску, железнодорожные коммуникации врага северо-западнее и юго-западнее города были уже перехвачены.

 

1 июля после ожесточенных боев был освобожден Борисов. Вышедшие на правый берег Березины танковые соединения устремились к Минску. На рассвете 3 июля 2-й гвардейский танковый корпус ворвался в город с востока. Одновременно в район севернее Минска вышли соединения танковой армии П. А. Ротмистрова. Отсюда они устремились на северо-запад и вскоре перерезали единственную автомобильную дорогу, идущую от Минска на северо-запад.

 

Вслед за танковыми соединениями 3-го Белорусского фронта в Минск вступил с юго-востока 1-й гвардейский танковый корпус из состава 1-го Белорусского фронта. С выходом семи танковых, механизированных и кавалерийских корпусов к Минску и в районы, расположенные в 60-80 км к северо-западу, югу и юго-западу от него, основные силы 4-й армии врага оказались в котле. Они были окружены восточнее города на обширной лесистой и болотистой территории.

 

Войска 1-го Белорусского фронта преследовали врага на двух направлениях: Пуховичи, Минск и Слуцк, Барановичи. На первом из них противник, подтянув 12-ю танковую дивизию, оказал сильное сопротивление у реки Свислочь. Но танковые соединения фронта, совершив удачный маневр, 3 июля вышли к Минску с юго-востока и юга, а его 1-й гвардейский танковый корпус, как уже указывалось, ворвался в город. За танками к Минску продвигалась 3-я армия. Войска, наступавшие на барановичском направлении, встретили сопротивление врага лишь в районе Слуцка. К исходу 4 июля они вышли на дальние подступы к Барановичам.

 

Успешно вели наступление и войска 2-го Белорусского фронта.

 

Преследуя противника, советские части и соединения не давали ему передышки. Они перехватывали его колонны, дробили их и уничтожали. Самолеты 4-й и 16-й воздушных армий буквально висели над фашистскими войсками. Задача летчиков облегчалась тем, что гитлеровцы отходили только по дорогам, так как в лесах господствовали партизаны.

 

Немецко-фашистское командование потеряло управление войсками.

 

Советские войска прочно окружили под Минском 105-тысячную вражескую группировку, состоявшую из частей и соединений 12, 27 и 35-го армейских, 39-го и 41-го танковых корпусов 4-й и 9-й армий.

 

3 июля в Минске весь день шли бои. К вечеру он был полностью очищен от врага.

 

Освобождение Минска имело исключительное военно-политическое значение: Советской Родине был возвращен крупнейший политический и экономический центр.

 

5 июля окруженные силы фашистов (одна группа восточнее, а другая юго-восточнее Минска) получили по радио приказ своего командования прорываться на юго-запад. В течение нескольких дней они бросались в отчаянные атаки, но цели не достигали. 7-8 июля были уничтожены и частью пленены основные силы окруженной группировки, а 9 - 11-го - последние разрозненные ее группы. В числе пленных оказались 12 генералов: 3 командира корпуса и 9 командиров дивизий.

 

Окружение и ликвидация вражеских войск в районе восточнее Минска явились новым ярким проявлением дальнейшего развития советского военного искусства. Впервые в ходе наступательных действий Красной Армии противник был окружен в результате параллельного и фронтального преследования на глубине 200 - 250 км от переднего края его обороны.

 

Большую помощь наступавшим войскам оказывал белорусский народ, и, прежде всего, партизаны. В конце июня ЦК КП(б) Белоруссии обратился к населению со специальным воззванием. В нем говорилось: "Бейте отступающих немцев всеми средствами, разрушайте пути отступления немецких поиск, истребляйте команды поджигателей, спасайте население от истребления, а деревни и города от разрушения". В воззвании содержался призыв всячески помогать Красной Армии.

 

Отвечая на этот призыв, партизаны захватывали переправы на реках, населенные пункты, перерезали пути отхода противника, подрывали рельсы, устраивали крушения поездов. Ударами с тыла они освободили много районных центров. На Березине, в районе деревень Брод и Синичино, партизанская бригада "Железняк" удерживала плацдарм шириной 17 км, помогала войскам сооружать переправы, которыми воспользовалась 35-я гвардейская танковая бригада генерала А. А. Асланова. Партизаны выводили передовые отряды фронтов на перехват отступавшего противника, сообщали советскому командованию обо всех передвижениях врага, захватывали "языков" и штабные документы. Они помогали войскам ликвидировать окруженные фашистские группировки, не раз срывали угон в Германию советских людей, их уничтожение. Десятки тысяч партизан влились в ряды Красной Армии.

 

r

В середине июля в Минске состоялся парад партизанских сил.

 

В эти же дни по просторным улицам Москвы советские конвоиры провели 57 600 пленных фашистских солдат и офицеров, захваченных в Белоруссии.

 

4 июля завершился первый тур грандиозных сражений в Белоруссии. Вражеская группа армий "Центр" за 11-12 дней потерпела катастрофическое поражение - были разгромлены ее главные силы. В центре советско-германского фронта образовалась огромная брешь протяженностью до 400 км. Для того чтобы закрыть ее в короткие сроки, противник не имел сил. Советские войска получили возможность стремительно продвигаться к западным границам СССР.

 

4 июля фронты получили новые директивы Ставки Верховного Главнокомандования. В соответствии с ними войска правого крыла 1-го Прибалтийского фронта продвигались теперь на Даугавпилс, центра - на Паневежис, Шяуляй, а левого крыла - на Швенчёнис, Каунас. Войска правого крыла 3-го Белорусского фронта наступали на Вильнюс, а левого - на Лиду. В дальнейшем этот фронт должен был выйти на Неман и захватить плацдарм за этой рекой. К середине июля ему надлежало не только очистить западную часть Белоруссии, но и освободить значительную часть территории Литовской республики. 2-й Белорусский фронт преследовал противника в направлении на Новогрудок, а затем на Гродно и Белосток. Войска правого крыла 1-го Белорусского фронта развивали наступление на Барановичи, в дальнейшем им предстояло освободить Брест и захватить плацдарм на Западном Буге. На пинском направлении вела наступление 61-я армия.

 

Войска 1-го Прибалтийского фронта наступали на Даугавпилс, Пане-вежис и Каунас. Наибольшее сопротивление они встретили на правом его крыле. Противник понимал, что дальнейшее продвижение Красной Армии на северо-запад ставит под угрозу правое крыло и тылы группы армий "Север". Поэтому он перебросил в район Даугавпилса пять свежих дивизий. Советское же командование не могло в то время направить на этот участок фронта дополнительные силы. В результате наступление 6-й гвардейской армии замедлилось. А в центре и на левом крыле соединения фронта перерезали дорогу Даугавпилс - Вильнюс и к середине июля продвинулись на запад до 140 км. На линии Утена - Укмерге участились контратаки противника.

 

3-й Белорусский фронт, усилив свое правое крыло, успешно преследовал отходившие фашистские войска. Он выполнил свои задачи к середине месяца: 11-я гвардейская и 39-я армии вышли на Неман и форсировали его в районе Алитуса и южнее. Глубина продвижения войск за 10-11 дней составляла 180-200 км. Неман был последним крупным водным рубежом на подступах к Восточной Пруссии, до которой оставалось не более 80 км. Этим объяснялось особенно ожесточенное сопротивление врага на рубеже Немана.

 

Гитлеровцы всеми силами стремились удержать Вильнюс не только как центр Литвы, но и как важнейший узел дорог на дальних подступах к Восточной Пруссии. Советские войска - 3-й гвардейский механизированный и 29-й танковый корпуса - еще 7-8 июля, подойдя с северо-востока и юго-востока к литовской столице, ворвались на ее окраины. Совместно с соединениями 5-й армии они окружили в городе вражеский гарнизон в 15 тыс. человек. Две танковые группы противника, взаимодействуя с авиадесантом, предприняли попытки деблокировать окруженные войска. Борьба за Вильнюс затянулась. Только 13 июля, когда силы врага иссякли, город был освобожден.

 

Войска 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов за 11 дней очистили от оккупантов свыше четверти территории Литвы.

 

Продвигались на запад и войска 1-го и 2-ю Белорусских фронтов.

 

Часть сил 2-го Белорусского фронта продолжала добивать окруженные в районе Минска вражеские войска. Остальные его соединения в течение 10-11 дней, форсировав несколько рек, продвинулись до 230 км и 16 июля вышли на Неман в районе Гродно.

 

Войска правого крыла 1-го Белорусского фронта встретили ожесточенное сопротивление в районе Барановнчей - важнейшего узла железных дорог и мощного пункта вражеской обороны, прикрывавшего брестское направление. Но 8 июля в результате обходного маневра конно-механизированной группы генерала И. А. Плиева и активных действий наступавших с востока отдельных соединений 65-й и 28-й армий противник, понеся огромные потери, был вынужден оставить город. Остатки его войск стали быстро откатываться к Бресту. К 16-17 июля преследовавшие их советские части вышли к городам Свислочь и Пружаны. За несколько дней до этого, 14 июля, в центре фронта 61-я армия при содействии Днепровской флотилии, партизанских отрядов и вышедшей в тыл врага 55-й гвардейской дивизии 28-й армии освободила областной центр Пинск и начала выдвигаться к Кобрину.

 

Успехи, достигнутые четырьмя фронтами в первой половине июля, Ставка Верховного Главнокомандования максимально использовала для дальнейшего расширения наступления Красной Армии. По ее приказу перешли в наступление и соседние фронты: 10 июля - 2-й Прибалтийский, 13-го - 1-й Украинский, 17-го - 3-й Прибалтийский, 18-го - войска левого крыла 1-го Белорусского, а 24 июля - и Ленинградский фронт.

 

На северном участке войска 1-го Прибалтийского фронта наносили главный удар теперь уже не на Каунас, а на Шяуляй. Фронт был пополнен из резерва Ставки двумя армиями - 2-й гвардейской и 51-й. Их передовые соединения 20 июля вступили в сражение и начали стремительно выдвигаться на северо-запад и запад. 27 июля Шяуляй был освобожден 51-й армией и 3-м гвардейским мехкорпусом. В тот же день 4-я ударная армия при содействии 6-й гвардейской армии заняла Даугавпилс. На левом крыле 2-я гвардейская армия выдвигалась на юго-запад от города Шяуляй.

 

В соответствии с директивой Ставки от 28 июля предлагалось перерезать здесь сухопутные коммуникации группы армий "Север". Войска фронта выполнили эту задачу за четыре дня. 51-я армия с 3-м гвардейским мехкорпусом вышла в район Елгавы, а 8-я гвардейская мехбригада этого корпуса - на побережье Рижского залива, в район Клапкалнса.

 

Гитлеровское командование решило ликвидировать шяуляйско-елгавский выступ, отрезать вышедшие сюда соединения 2-й и 6-й гвардейских и 51-й армий. Для этого оно подтянуло до восьми танковых и моторизованных дивизий. Начались сильные танковые контрудары противника по основанию выступа (на Биржай и Шяуляй), а также по его вершине из районов Тукумса и Добеле. В связи с этим Ставка Верховного Главнокомандования усилила фронт 5-й гвардейской танковой армией. Свыше двух недель продолжались тяжелые бои. Особенно напряженными они были в районе Шяуляя. Немецким войскам удалось добиться частичного успеха на вершине выступа. Здесь советские войска несколько отошли и закрепились на линии Елгава, Добеле.

 

В то время когда 1-й Прибалтийский фронт выходил к Рижскому заливу, произошли значительные события и в полосе действий 1-го Белорусского фронта. Оперативная обстановка здесь к середине июля существенно изменилась. Если к началу Белорусской операции фланговые группировки, разъединенные полесскими обширными болотами, отстояли друг от друга на сотни километром, то теперь почти все Полесье осталось позади. Протяженность линии фронта сократилась более чем в два раза. Появилась возможность согласованно наступать во всей полосе и всеми силами - десятью общевойсковыми, одной танковой и двумя воздушными армиями с целью окончательно очистить белорусскую землю и начать освобождение Польши. Цель эту советские войска достигли в Люблинско-Брестской операции, которая началась 18 июля.

 

Главный удар наносился на левом крыле. 47-я, 8-я гвардейская и 69-я армии при поддержке 6-й воздушной армии в течение двух дней прорвали вражескую оборону западнее Ковеля. 20 июля они форсировали Западный Буг и вошли в пределы Польши. Несколько позже на польскую территорию продвинулись войска других фронтов, участвовавших в Белорусской операции.

 

Развивая наступление с захваченных плацдармов, 11-й танковый, 2-й гвардейский кавалерийский корпуса и часть сил 8-й гвардейской армии нанесли удар в направлении Парчев, Седльце, а 2-я танковая армия - на Люблин.

 

24 июля Люблин был взят. Через день танковая армия подошла к Висле в районе Демблина. Передав занятый рубеж 1-й Польской армии, она повернула на северо-запад и стала продвигаться вдоль Вислы к восточному предместью Варшавы - Праге.

 

Тем временем армии правого крыла фронта вышли северо-западнее Бреста. В результате находившиеся в районе этого города немецко-фашистские войска оказались в тылу советских армий. 28 июля 28, 61 и 70-я армии штурмом освободили Брест.

 

Жаркие бои разгорелись на подступах к Варшаве. Сопротивление врага было на редкость упорным. 2-я танковая армия понесла большие потери. Темп продвижения войск правого крыла и центра 1-го Белорусского фронта резко снизился. Лишь к началу сентября им удалось выйти на реку Паров и захватить плацдармы в районе Пултуск, Сероцк. Еще в первых числах августа они овладели плацдармами на Висле, у Магнушева и Пулавов. Весь август, а на некоторых плацдармах и в сентябре продолжались ожесточенные бои. По попытки врага восстановить положение ни к чему не привели.

 

Во второй половине июля и в августе наступление вели также войска 3-го и 2-го Белорусских фронтов. 27 июля был освобожден Белосток, 1 августа - Каунас. К концу августа войска этих фронтов достигли границы Восточной Пруссии.

 

Наступление в Белоруссии, проводившееся с 23 июня по 29 августа 1944 г., явилось одной из самых крупных операций Советских Вооруженных Сил в Великой Отечественной войне. В результате этой операции были освобождены Белорусская ССР, часть Литовской и Латвийской ССР и восточные районы Польши. Советские войска, наступая в полосе более 1100 км по фронту, продвинулись на запад на 550-600 км. Была разгромлена группа армий "Центр". Группа армий "Север" оказалась изолированной в Прибалтике. Ухудшилось и положение группы армий "Северная Украина". Эти вражеские группировки также понесли большой урон. Из всех соединений противника, участвовавших разновременно в Белорусской операции, 50 дивизий потеряли более половины своего состава, а 17 дивизий и 3 бригады подверглись полному уничтожению. Гитлеровские генералы расценили это поражение как катастрофу. Чтобы остановить наступление советских войск и как-то стабилизировать фронт, враг вынужден был перебросить в Белоруссию 46 дивизий и 4 бригады, в основном с Западного фронта. Это ослабило силы вермахта на других участках восточного и западного фронтов, облегчило наступление американо-английских армий во Франции.

 

Отмечая выдающиеся успехи, достигнутые в Белорусской операции, Родина 46 раз салютовала в честь фронтов, громивших врага в Белоруссии, Литве, Латвии и Польше.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Львовско-Сандомирская операция

ЛЬВОВСКО-САНДОМИРСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Под влиянием успешных действий советских войск в Белоруссии и неблагоприятной для врага политической обстановки в тылу группы армий "Северная Украина", к середине июля сложились очень выгодные условия для перехода в наступление 1-го Украинского фронта.

За три года фашистские оккупанты в западных областях Украины только во Львове и Львовской области фашисты уничтожили около 700 тыс. советских граждан. По плану "Ост" намечалось переселить в Сибирь две трети населения западных областей Украины.

Не смотря на жестокий террор, царивший в оккупированных фашистами областях, на стремление и усилия находившихся в услужении фашистов украинских националистов отравить сознание народа, отвлечь его от борьбы, на территории Западной Украины активно действовали подпольные партийные и комсомольские организации, ширилось партизанское движение. Ряды партизан постоянно пополняли местные жители. В западные области перешли многие партизанские соединения и отряды из Правобережной Украины. Часть их затем направилась в юго-восточные районы Польши. К концу апреля в оккупированных областях Украины и юго-восточных районах Польши действовали 11 советских партизанских соединений и 40 отрядов. Они насчитывали 12 600 человек. Начиная с весны 1944 г. советские партизаны наносили удары по вражеским коммуникациям во взаимодействии с польскими партизанскими отрядами. Перед наступлением Красной Армии они почти на месяц сорвали перевозки гитлеровцев на железнодорожных участках Львов - Варшава, Рава-Русская - Ярослав, а также разгромили 13 крупных гарнизонов противника.

Гитлеровское командование в связи с тяжёлым положением своих войск в Белоруссии вынуждено было перебросить туда из западных областей Украины шесть дивизий, в том числе три танковые. В результате группировка, действовавшая против 1-го Украинского фронта, значительно ослабла. Тем не менее, к началу наступления советских войск группа армий "Северная Украина" представляла собой внушительную силу - в ней насчитывалось 34 пехотные, 5 танковых, 1 моторизованная дивизии и 2 пехотные бригады, которые насчитывали свыше 900 тыс. личного состава, 6300 орудий и минометов, 900 танков и штурмовых орудий. Их поддерживали 700 самолетов 4-го воздушного флота. На подступах к Висле и Карпатам фашисты создали мощную многополосную оборону глубиной до 50 км. Особое значение они придавали удержанию Львова - важного стратегического пункта и крупного узла железных и шоссейных дорог, и потому на львовском направлении оборона противника была наиболее сильной.

24 июня, на следующий день после начала Белорусской операции, фронт получил директиву, предписывавшую разгромить рава-русскую и львовскую группировки врага и овладеть рубежом Хрубешув, Томашув, Яворов, Галич.

Ставка усилила фронт резервами, и к началу наступления он уже имел 80 дивизий, 10 танковых и механизированных корпусов, 4 отдельные танковые и механизированные бригады. К началу операции фронт насчитывал 1110 тыс. человек личного состава, 16 100 орудий и минометов, 2050 танков и самоходно-артиллерийских установок. Сухопутные силы поддерживала 2-я воздушная армия. Фронт имел 3250 боевых самолетов.

Сосредоточение на одном фронте такого количества войск и техники не было случайным. Это был единственный за время войны случай, когда одному фронту ставилась задача разгромить группу армий противника.

Командование фронтом приняло решение нанести удар на рава-русском направлении силами правого крыла фронта в составе 3-й гвардейской и 13-й армий, 1-я гвардейской танковой армии и конно-механизированной группы генерала В. К. Баранова. На львовском направлении наступали войска центра (60-я и 38-я армии, 3- я гвардейская и 4-я танковые армии, конно-механизированная группа генерала С. В. Соколова). На левом крыле, на Станиславском направлении, наносили удар 1-я гвардейская и 18-я армии. Второй эшелон составляла 5-я гвардейская армия, а резерв фронта - один стрелковый и один танковый корпуса.

С 24 июня по 7 июля на участке Луцк, Тарнополь было сосредоточено до 50 процентов стрелковых дивизий, три танковые армии и значительное количество артиллерийских, инженерных и специальных частей и соединений.

Разгромив группу армий "Северная Украина", войска фронта должны были перенести боевые действия за пределы Советского Союза и начать совместно с соседними фронтами освобождение Польши.

Утром 13 июля перешли в наступление на рава-русском направлении передовые отряды 3-й гвардейской и 13-й армий. К исходу следующего дня оборона противника была прорвана на глубину 15-20 км. На львовском же направлении 60-я и 38-я армии, начавшие наступление 14 июля, завершить прорыв к намеченному сроку не смогли. Более того, крупная вражеская группировка 15 июля, нанеся сильный контрудар из района южнее Золочева, потеснила 38-ю армию.

После прорыва обороны на северном участке в сражение были введены подвижные войска: 16 июля - конно-механизированная группа генерала В. К. Баранова и 17 июля - 1-я гвардейская танковая армия. Конники и танкисты стремительно наступали в общем направлении на Ярослав, в обход бродской группировки врага с севера.

На львовском направлении 60-я армия вклинилась в оборону противника лишь одним 15-м стрелковым корпусом. Образовался узкий коридор шириной 4-6 км и протяженностью до 18 км, в который 16 июля была введена 3-я гвардейская танковая армия, а 17 июля, вслед за ней - 4-я танковая армия.

Ввод в сражение двух танковых армий в такой узкой полосе при одновременном отражении сильных контратак противника на флангах является единственным примером в истории Великой Отечественной войны.

К исходу дня 18 июля войска 1-го Украинского фронта, прорвав оборону врага на протяжении 200 км, продвинулись на глубину 50-80 км и окружили в районе Броды восемь дивизий. 17 июля войска фронта форсировали Западный Буг и вступили на территорию Польши.

18 июля из района Ковеля в направлении Люблина перешла в наступление группировка левого крыла 1-го Белорусского фронта. Это еще более ухудшило положение противника. Создались выгодные условия для дальнейшего наступления советских войск.

Немецко-фашистское командование предпринимало отчаянные попытки освободить свои окруженные дивизии и удержать Львов. Но все они потерпели неудачу. Четыре дня продолжались ожесточенные бои по ликвидации войск противника в районе Броды. В результате ударов с нескольких направлений окруженная группировка была рассечена на части и 22 июля полностью уничтожена.

На правом крыле фронта 13-я, 1-я гвардейская танковая армии и конно-механизированная группа генерала В. К. Баранова к исходу 23 июля вышли на реку Сан и захватили плацдармы на ее западном берегу в районе Ярослава. Предпринятые же 19-20 июля попытки 3-й гвардейской и 4-й танковых армий ударами с востока овладеть Львовом успеха не имели: противник перебросил сюда значительные силы. Командующий фронтом решил освободить город глубоким обходным маневром танковых армий и одновременным ударом по врагу с востока. За три дня 3-я гвардейская танковая армия, используя успех войск правого крыла фронта, совершила 120-километровый марш-маневр в обход Львова с севера. 24 июля она вышла в район Яворова и развернула наступление одновременно на двух прямо противоположных направлениях - на Львов и Перемышль.

4-я танковая армия на рассвете 22 июля достигла южной окраины Львова и завязала уличные бои.

Удар с востока в направлении Львова наносила 60-я армия. Гарнизон противника, стремясь избежать окружения, начал отходить на юго-запад. 27 июля город был очищен от врага. В тот же день на левом крыле фронта войска 1-й гвардейской армии генерала А. А. Гречко, перешедшие в наступление еще 21 июля, освободили город Станислав.

Таким образом, за 15 дней 1-й Украинский фронт продвинулся на запад более чем на 200 км.

Огромную помощь войскам в боях за Львов оказывали партизаны и подпольщики. Они нападали на отдельные подразделения и автоколонны противника, разрушали мосты и линии связи, добывали для советского командования важные сведения.

27 и 28 июля Ставка определила новые задачи фронта. Прежде всего он должен был во взаимодействии с 1-м Белорусским фронтом разгромить подходившие резервы противника, форсировать Вислу и овладеть крупным плацдармом. Для этого ему нужно было перенести основные усилия на правое крыло. На сандомирское направление были повернуты 1-я и 3-я гвардейские танковые армии.

Выполняя новые задачи, войска стремительно выдвигались к Висле, а частью сил наступали к Карпатам. 29 июля передовые соединения 3-й гвардейской и 13-й армий, 1-й и 3-й гвардейских танковых армий вышли к реке и, несмотря на упорное сопротивление врага, с ходу форсировали ее у Барану. Завязались ожесточенные бои за расширение плацдарма в районе Сандомира.

В начале августа гитлеровцы нанесли сильный контрудар из районов городов Мелец и Тарнобжег на Баранув, рассчитывая отсечь переправившиеся за Вислу войска от остальных сил фронта и затем уничтожить их.

4 августа командование фронтом ввело в сражение свежую, 5-ю гвардейскую армию, которая, разгромив врага на восточном берегу Вислы, переправилась на сандомирский плацдарм. Впоследствии туда были переброшены 4-я танковая армия, несколько стрелковых корпусов, артиллерийские и инженерные части. В течение августа войска фронта, отражая непрерывные контратаки гитлеровцев, вели наступательные бои на плацдарме. К концу месяца он был расширен до 120 км по фронту и 50 км в глубину. Немецкая группа армий "Северная Украина" потерпела крупное поражение: 32 дивизии потеряли от 50 до 70 процентов состава, а 8 дивизий были полностью уничтожены.

Более 123 тыс. солдат и офицеров, отличившихся в этих боях, были награждены орденами и медалями, 160 человек удостоились звания Героя Советского Союза.

246 частям и соединениям были присвоены почетные наименования освобожденных ими городов, а 353 части и соединения удостоились орденов.

В период напряженной борьбы за сандомирский плацдарм части и соединения центра и левого крыла 1-го Украинского фронта продвигались к Дембице и Карпатам. В связи с тем, что наступление в горах требовало специальной подготовки войск и особых методов управления ими, Ставка Верховного Главнокомандования 5 августа образовала новый, 4-й Украинский фронт. В его состав вошли силы левого крыла 1-го Украинского фронта: 1-я гвардейская и 18-я армии, а также управление 8-й воздушной армии.

На подступах к Карпатам войска фронта 15 августа, по указанию Ставки, перешли к обороне. Наступление в Карпатах возобновилось в октябре 1944 г. Вскоре противник был изгнан из последних районов Украинской ССР. 27 октября освобождён Ужгород - важный политический центр Закарпатской Украины.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Яссо-Кишинёвская операция

ЯССО-КИШИНЁВСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Сложившаяся к августу 1944 года военно-политическая обстановка потребовала приступить к решительным действиям на ясско-бухарестском направлении. Эта необходимость была обусловлена рядом обстоятельств.

 

Во-первых, на направлении главного удара советские войска вырвались далеко на запад и нуждались в передышке. Дальнейшее их продвижение в Польше стало рискованным, так как над правым и левым крыльями фронтов, наступавших на центральном участке, нависли группы армий "Север" и "Южная Украина". Для обеспечения наступления на варшавско-берлинском направлении необходимо было разгромить фланговые вражеские группировки. На севере эта задача решалась Ленинградским и тремя Прибалтийскими фронтами, на юге - 2-м и 3-м Украинскими.

 

Во-вторых, весной и летом 1944 г. в связи с победами Красной Армии на юге антифашистская борьба в странах Юго-Восточной Европы достигла большого накала. Поэтому наступление советских войск в глубь Балкан приобретало значение мощного внешнего фактора для быстрого назревания там антифашистских восстаний, резкого усиления движения Сопротивления вообще.

 

Советским войскам предстояло наступать на румынской земле, на территории государства, являвшегося сателлитом фашистской Германии и участвовавшего в агрессии против СССР.

 

В Румынии летом 1944 г. политическая ситуация была сложной, но в целом благоприятной для Красной Армии. Три с лишним года солдаты румынской армии воевали за чуждые им интересы. Экономика страны расстроилась. В стране росло недовольство войной. Настроения против войны получили широкое распространение и в армии.

 

Вступление советских войск в Румынию весной 1944 г. и упоминавшееся уже заявление правительства СССР от 2 апреля оказали большое влияние на политическое положение в стране.

 

Накануне наступления 2-го и 3-го Украинских фронтов линия боевого соприкосновения советских и фашистских войск пролегала от района южнее Черновиц на юго-восток, проходила севернее Ясс к Оргееву и далее по Днестру до Черного моря. Южнее Тирасполя советские войска еще весной 1944 г. захватили плацдармы на правом берегу Днестра.

 

Противник занимал оборону на удобной для этого местности. Его позиции слева упирались в предгорья Карпат, а справа - в Черное море. Гитлеровцы создали здесь развитую, глубоко эшелонированную оборону с мощными инженерными сооружениями. Также были укреплены города, возведены рубежи вдоль западных берегов рек Сирет и Прут.

 

На территории Румынии и Молдавии действовала группа армий "Южная Украина" под командованием генерала Г. Фриснера. К началу наступления войск Красной Армии она оказалась несколько ослабленной: в июле - августе из ее состава на центральный участок советско-германского фронта были переброшены 12 дивизий, в том числе 6 танковых и 1 моторизованная. Соседняя группа армий "Северная Украина" после июльско-августовских боёв не могла оказать ей какой-либо помощи.

 

В группу армий "Южная Украина" входили 8-я и 6-я немецкие, 4-я и 3-я румынские армии и 17-й немецкий отдельный корпус - всего 47 дивизий, в том числе 3 танковые и 1 моторизованная, и 5 бригад. Эти силы насчитывали 900 тыс. солдат и офицеров, 7600 орудий и минометов калибра 75 мм и выше, 404 танка и штурмовых орудия. Группу армий поддерживали 810 самолетов 4-го воздушного флота и румынского авиакорпуса. Из 47 дивизий 25 были немецкие, остальные дивизии и 5 бригад - румынские. Гитлеровское командование не очень доверяло румынам и расположило их соединения вперемешку со своими. Кроме того, оно включило немецкие дивизии в румынские корпуса, подчиненные командирам немецких корпусов. Генерал Фриснер и его штаб полагали, что удар советских армий может быть нанесен в междуречье Сирета и Прута и на Кишинев. Именно поэтому они создали наиболее плотные боевые порядки войск в междуречье и в центре, на кишиневском выступе. На этом выступе занимали оборону 14 отборных дивизий 6-й немецкой армии, а правее и левее их н

 

аходились румынские, менее боеспособные дивизии.

 

Советское командование планировало прорвать оборону противника силами 2-го и 3-го Украинских фронтов на двух далеко отстоявших один от другого участках - северо-западнее Ясс и южнее Тирасполя. Затем наступление должно было развиваться по сходящимся к району Хуши, Васлуй направлениям и привести к окружению и уничтожению вражеских войск, занимавших оборону на кишиневском выступе. Далее предполагалось овладеть районом Фокшанских ворот (равнинный проход между Восточными Карпатами и низовьем Дуная), участком устья Дуная и выйти на линию восточные отроги Восточных Карпат, дельта Дуная. В основу замысла операции легло намерение Ставки Верховного Главнокомандования воспользоваться выгодной конфигурацией линии фронта и слабостью флангов центральной вражеской группировки для ее окружения и уничтожения.

 

2-й Украинский фронт наносил главный удар из района северо-западнее Ясс в направлении на Васлуй силами трех общевойсковых, одной танковой, одной воздушной армий и одного танкового корпуса, а вспомогательный - вдоль реки Сирет на юг, силами общевойсковой армии и конно-механизированной группы.

 

3-й Украинский фронт главный удар наносил с плацдарма в стык 6-й немецкой и 3-й румынской армий силами трех общевойсковых, одной воздушной армий и двух мехкорпусов. Намечалось окружить и уничтожить 6-ю немецкую армию во взаимодействии с войсками 2-го Украинского фронта, а 3-ю румынскую - при содействии Черноморского флота. Вспомогательный удар наносился через Днестровский лиман на Аккерман (Белгород-Днестровский) стрелковыми соединениями совместно с Дунайской военной флотилией. Черноморскому флоту предстояло прервать морские сообщения группы армий "Южная Украина", нанести удары по портам Констанца и Сулина.

 

В составе двух фронтов было 90 дивизий, 6 танковых и механизированных корпусов, 3 укрепленных района, 3 бригады и большое количество специальных частей, насчитывавших 1 250 тыс. человек личного состава, 16 тыс. орудий и минометов, 2200 боевых самолетов, 1870 танков и самоходно-артиллерийских установок.

 

На участках прорыва вражеской обороны фронты сосредоточили основные силы, достигнув многократного превосходства над противником. Была обеспечена высокая плотность артиллерии - 240- 280 орудий и минометов на 1 км фронта. Объяснялось это намерением советского командования в возможно короткий срок прорвать сильную оборону противника и вывести наступающие войска в ее оперативную глубину. Вспоминая о Ясско-Кишиневской операции, маршал Малиновский писал: "Первоначально намечалось осуществить прорыв на фронте в 22 км. В этом случае на 1 км фронта прорыва мы могли сосредоточить до 220 орудий калибра 75 мм и выше. Когда я докладывал в Ставке план операции, И. В. Сталин сказал, что 220 орудий на километр фронта маловато, надо больше. Я ответил, что больше нет. Тогда он предложил атаковать не на 22-, а на 16-километровом фронте".

 

Противник долгое время оставался в неведении о готовящейся операции. И лишь 18 августа командование группы армий "Южная Украина" пришло к мнению, что в ближайшее время начнется большое наступление 2-го и 3-го Украинских фронтов. Однако, это был запоздалый вывод - немецкое командование уже не располагало временем для того, чтобы предпринять какие-либо существенные контрмеры.

 

Утром 20 августа на врага обрушился мощный артиллерийский удар. Главная полоса его обороны подвергалась огневому воздействию на всю глубину - на 4-6 км. На 3-м Украинском фронте 17-я воздушная армия провела авиационную подготовку.

 

За первые два дня наступления войск 2-го Украинского фронта 27-я и 52-я армии прорвали оборону противника на глубину до 25 км. 6-я танковая армия, введенная в сражение 20 августа, выдвинулась к хребту Маре. Занимавшие оборону на участке прорыва пять неприятельских дивизий были разгромлены в первый же день операции. К 23 августа фашистское командование использовало все резервы, имевшиеся на этом направлении. Частые контратаки гитлеровцев не достигали цели. Войска фронта, стремительно продвигаясь, овладели Яссами и укрепленным районом Тыргу-Фрумос.

 

Столь же успешно осуществили прорыв обороны противника войска 3-го Украинского фронта. К исходу 21 августа на направлении главного удара 37-я и 46-я армии продвинулись на 25-30 км., а 4-й гвардейский мехкорпус - на 50 км.

 

Медленнее продвигалась 57-я армия. Правофланговые дивизии 6-й армии противника оказали ей сильное сопротивление. Однако к третьему дню наступления враг исчерпал свои резервы и в полосе 3-го Украинского фронта. Германское командование, несмотря на тяжелое положение, создавшееся на стыке 6-й немецкой и 3-й румынской армий, не сняло из-под Кишинева ни одной дивизии. Оно ошибочно полагало, что удар с днестровского плацдарма - вспомогательный, что главные события должны последовать на кишиневском направлении. Это заблуждение врага советское командование поддерживало в течение двух-трех месяцев, имитируя разными мерами сосредоточение больших сил в районе восточнее и северо-восточнее Кишинева.

 

Наземным войскам активно содействовали 5-я и 17-я воздушные армии. За два дня они произвели 6350 самолетовылетов.

 

Авиация Черноморского флота наносила удары по фашистским боевым кораблям, по Констанце и другим портам.

 

За два дня вражеская оборона была сокрушена. Положение противника крайне осложнилось. Создалась угроза изоляции 3-й румынской армии от 6-й немецкой. Стало возможным окружение основных сил врага в кишиневском выступе. Фашистское командование исчерпало все оперативные резервы и не могло влиять на ход событий. В то же время командующие 2-м и 3-м Украинскими фронтами имели на направлениях ударов 25 стрелковых дивизий, еще не введенных в бой.

 

21 августа командующие 2-м и 3-м Украинскими фронтами получили приказ завершить окружение вражеских войск в районе Хуши. "Успешное решение задачи разгрома кишиневской группировки противника, - указывала Ставка,- откроет нам дорогу к основным экономическим и политическим центрам Румынии…".

 

22 августа танковые соединения 2-го Украинского фронта совершили бросок на 25-30 км, а два мехкорпуса 3-го Украинского фронта - на 50 км. Танкисты оказались в 35-40 км от переправ на Пруте, а основные силы 6-й немецкой армии находились в 80-90 км. В этот же день перешли в наступление дивизии левого фланга 46-й армии. При поддержке кораблей Дунайской флотилии, артиллерии и авиации они форсировали Днестровский лиман и заняли Аккерман. Соединения 46-й армии глубоко охватили фланги 3-й румынской армии. 23 августа она, оказавшись в окружении, сложила оружие. Попытки входивших в ее состав немецких частей вырваться из окружения были пресечены силами десанта, высаженного Дунайской флотилией в районе Жебриян.

 

Вечером 23 августа командованию группы армий "Южная Украина" стало известно о свержении правительства Антонеску.

 

23-24 августа с северо-запада и востока на Прут, в район Хуши, Леово, вышли танкисты 2-го и 3-го Украинских фронтов. В кольце оказались силы пяти немецких армейских корпусов. Не попавшие в окружение остатки вражеских соединений отходили под ударами советских войск, действовавших на внешнем фронте окружения, который к этому времени переместился на юго-запад на 100-150 км. Конно-механизированная группа 2-го Украинского фронта к исходу 24 августа достигла района Бакэу, а соединения 6-й танковой армии - района Текуча.

 

Остатки разбитых дивизий 8-й армии противника оказались на правом берегу Прута. Их ликвидацией занялись войска 2-го Украинского фронта. Большая же часть окруженных соединений - почти вся 6-я немецкая армия - находилась к востоку от реки. Их добивали армии 3-го Украинского фронта.

 

Основные силы 2-го Украинского фронта на внешнем фронте продолжали продвигаться на запад и юго-запад, а 46-я армия выходила к пунктам переправ в нижнем течении Дуная.

 

В течение 25-26 августа кольцо вокруг врага на восточном берегу постепенно сжималось. Советское командование предъявило гитлеровцам ультиматум о капитуляции. Он был отвергнут, и советские войска при содействии авиации продолжали уничтожать противника. Однако значительной части войск 6-й немецкой армии удалось переправиться на западный берег. Отсюда через два дня большая их группа с танками и артиллерией, воспользовавшись тем, что боевые порядки войск 52-й армии оказались недостаточно плотными, прорвалась на юго-запад. Она намеревалась пробиться через Карпаты в Венгрию. Для уничтожения этой группы были выделены шесть стрелковых и один танковый корпус. На обширной территории развернулись упорные бои. Они закончились 4 сентября победой советских войск.

 

25 немецких дивизий группы армий "Южная Украина" 18 были окружены и ликвидированы. Всего же советские войска с 20 августа по 3 сентября уничтожили 22 немецкие дивизии и разгромили почти все румынские соединения, находившиеся на фронте. В плен было взято 208,6 тыс. солдат и офицеров, в том числе 25 генералов.

 

На направлении главного удара войска 2-го Украинского фронта, поддержанные авиацией, 30 августа вышли на ближние подступы к Бухаресту. На правом крыле, в трудных условиях Восточных Карпат, они с боями преодолели от 20 до 70 км. Войска 3-го Украинского фронта, наступая по обоим берегам Дуная, подходили к болгаро-румынской границе. За 11 дней оба фронта продвинулись до 320-350 км. Корабли Дунайской флотилии вошли в нижнедунайские порты, а Черноморского флота - в Констанцу. Подводные лодки занимали позиции вблизи побережья Румынии.

 

24 августа 5-я ударная армия выбила врага из Кишинева.

 

Сокрушительные удары Красной Армии под Яссами и Кишиневом создали благоприятные внешние условия для устранения фашистского режима в Румынии и вывода её из войны на стороне Германии.

 

Очищением от врага междуречья Днестр, Прут завершилось освобождение Молдавской ССР.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Рижско - Таллинская операция

РИЖСКО - ТАЛЛИНСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Зимой 1944 года, в результате успешных операций под Ленинградом и Новгородом, советские войска приблизились к восточным границам Прибалтийских республик. Однако попытки развить наступление на таллинском и рижском направлениях весной 1944 г. не дали результатов.

 

Фронты северо-западного направления занимали следующее положение: войска Ленинградского фронта находились на рубеже реки Нарва, вступив здесь на территорию Эстонской ССР; 3-го Прибалтийского - на восточных подступах к Пскову и Острову; 2-го Прибалтийского - на рубеже восточнее Пушкинских Гор и Идрицы и 1-го Прибалтийского - южнее озера Нещердо, на подступах к Полоцку и Витебску.

 

Разгром фашистских войск в Белоруссии заставил гитлеровцев перебросить туда часть сил группы армий "Север". Создались выгодные условия для перехода в наступление советских войск и севернее Даугавы (Западной Двины).

 

4 июля Ставка поставила задачи перед фронтами, действовавшими севернее этой реки. 10 июля из района восточнее Идрицы в направлении на Ригу начали наступление войска 2-го Прибалтийского фронта. Прорвав 16 июля сильно укрепленную оборону противника, они перенесли боевые действия на территорию Латвийской ССР и к концу августа подошли к Эргли, заняли Гостини.

 

Войска 3-го Прибалтийского фронта, перешедшие в наступление 17 июля, прорвали вражескую оборону и вступили на территорию Эстонской и Латвийской ССР. 25 августа они заняли Тарту и вышли к Валге. Действовавшие севернее соединения Ленинградского фронта 26 июля освободили Нарву.

 

Наступление Красной Армии на северо-западном направлении, прямо связанное с грандиозной битвой на главном направлении, также увенчалось успехом. В июле - августе советские войска продвинулись в районе к югу от Чудского озера более чем на 200 км, освободили часть Эстонии, значительную часть Латвии и большую часть Литвы. К началу сентября линия фронта проходила западнее Нарвы, у Чудского озера и Тарту, восточнее Валги, западнее Гулбене, у Крустпнлса, Бауски и Елгавы, западнее Шяуляя, у Расейняя.

 

Положение противника в Советской Прибалтике значительно ухудшилось. Войска группы армий "Север" (оперативная группа "Нарва", 18-я и 16-я армии) и 3-я танковая армия из группы армий "Центр" теперь занимали оборону на новом, почти тысячекилометровом рубеже, от Финского залива до Немана. Всего прибалтийская группировка врага включала 56 дивизий, в том числе 5 танковых и 2 моторизованные, и 3 моторизованные бригады (730 тыс. солдат и офицеров, 7 тыс. орудий и минометов, 1216 танков и штурмовых орудий, до 400 боевых самолетов).

 

Разгром этой группировки и полное освобождение Прибалтийских республик Верховное Главнокомандование возложило на Ленинградский, 3, 2 и 1-й Прибалтийские фронты и Краснознаменный Балтийский флот. В составе фронтов насчитывалось 125 дивизий, 7 укрепленных районов, 5 отдельных танковых и механизированных корпусов. В них входили 900 тыс. человек личного состава,17 480 орудий и минометов 76-мм калибра и выше, 3080 танков и самоходно-артиллерийских установок. В воздушных армиях имелось 2640 боевых самолетов. Кроме того, к операциям привлекались военно-воздушные силы Балтийского флота и авиация дальнего действия.

 

При планировании наступления намечалось нанести два удара на Ригу: один южнее, другой севернее Даугавы в целях расчленения группы армий "Север" и отсечения ее от основных сил немецко-фашистской армии.

 

3-й Прибалтийский фронт главный удар на Ригу наносил из района южнее озера Выртсъярв, а 2-й Прибалтийский фронт - из района восточнее Эргли.

 

1-й Прибалтийский фронт должен был удерживать занимаемые рубежи в центре и на левом крыле. На правом крыле ему предстояло наступать с юго-востока на Ригу и выйти к побережью Балтийского моря, отрезав противнику пути отхода в сторону Восточной Пруссии.

 

Таким образом, войска трех Прибалтийских фронтов должны были наступать с северо-востока, востока и юго-востока на столицу Латвии. Ленинградский фронт, взаимодействовавший с Балтийским флотом, наносил удар из района Тарту в направлении Раквере и далее на Таллин.

 

Наступление началось 14 сентября к полосе трех Прибалтийских фронтов, а 17 сентября - в полосе Ленинградского фронта.

 

Решающее влияние на ход операции оказал успех ударной группировки 1-го Прибалтийского фронта, наступавшей на его правом крыле, из района Бауски. За три дня советские части продвинулись на глубину более 50 км и вышли на подступы к Балдоне и Даугаве, что поставило основные силы немецкой группы армий "Север" перед угрозой изоляции. Тогда же 3-й и 2-й Прибалтийские фронты нанесли врагу большие потери. Дальнейшее их продвижение должно было рассечь группу армий "Север". Однако раздробить группировку противника здесь не удалось.

 

Немецко-фашистское командование решило отвести свои войска на подготовленные тыловые рубежи между Рижским заливом и Даугавой, в 60-90 км от Риги.

 

Линия фронта сокращалась более чем на 300 км. Это давало гитлеровцам возможность высвободить несколько пехотных дивизий. Маневр начинался с отвода немецко-фашистских войск из Эстонии. Однако осуществить планомерный отход на тыловые рубежи врагу не удалось.

 

Ленинградский фронт, действовавший в Эстонии, наносил удар на тартуском участке. Сюда из района Нарвы была переброшена 2-я ударная армия, войска которой были переправлены через Теплое озеро (пролив между Чудским и Псковским озерами) бригадой кораблей Балтийского флота. Перейдя в наступление, армия за два дня преодолела до 28 км.

 

Успешное продвижение 2-й ударной армии вынудило немецкое командование начать отвод своих войск с нарвского участка вечером 18 сентября. Действовавшая здесь 8-я армия в ночь на 19 сентября перешла к их преследованию. На следующий день северо-западнее Чудского озера, в районе Лохусу, она встретилась с вышедшими сюда частями 2-й ударной армии. После этого 8-я армия, в состав которой из 2-й ударной был передан 8-й эстонский корпус, стала преследовать врага в направлении на Таллин, а 2-я ударная - в направлении на Пярну.

 

Передовые соединения 8-й армии натолкнулись на упорное сопротивление вражеских арьергардов, прикрывавших отход главных сил.

 

Утром 22 сентября передовые отряды 8-й армии вышли на подступы к Таллину, во взаимодействии с Балтийским флотом уничтожили прикрывавшие город части противника и к 15 часам освободили столицу Эстонской ССР, важную военно-морскую базу на Балтийском море.

 

В ходе преследования врага с 8-й армией взаимодействовали соединения Балтийского флота. Они прикрывали правый фланг армии с моря и воздуха, высаживали десанты морской пехоты на островах Финского залива и в портах Кунда, Локса, Таллин, Палдиски. Одновременно авиация флота активно действовала и на морских сообщениях противника, препятствуя его эвакуации из Эстонии.

 

Овладев Таллином, войска продолжали продвигаться на юго-запад, завершая освобождение Эстонской республики. 24 сентября 8-я армия заняла город и порт Хаапсалу. К 26 сентября она очистила западное побережье Эстонии. 2-я ударная армия в этот день пересекла границу с Латвией и встретилась с войсками 3-го Прибалтийского фронта, наступавшими на рижском направлении.

 

В результате десятидневного наступления войска Ленинградского фронта во взаимодействии с Балтийским флотом очистили от гитлеровцев материковую часть Эстонии и начали подготовку к освобождению островов Моонзундского архипелага. Противник вынужден был вывести свои силы из Финского залива. Балтийский флот развернул подводные лодки в море и приступил к обеспечению морских коммуникаций с Прибалтийскими республиками, Финляндией и Швецией.

 

Гитлеровское командование, стремясь остановить советские войска, предприняло два мощных контрудара: один - из района юго-западнее Елгавы силами 3-й танковой армии и другой - из района Балдоне силами четырех пехотных и двух танковых дивизий. Однако, эти удары не достигли цели. Войска 1-го Прибалтийского фронта не только отбили ожесточенные атаки врага, но и овладели 22 сентября городом Балдоне.

 

К этому времени оборонительные возможности противника в районе Риги существенно уменьшились. Немецкое командование спешно отводило18-ю армию на заранее подготовленный, хорошо укрепленный рубеж "Сигулда", проходивший в 60 км северо-восточнее Риги. Сосредоточение основных сил группы армий "Север" в районе рижского плацдарма резко увеличило здесь плотность обороны.

 

В этих условиях Ставка Верховного Главнокомандования признала целесообразным перенести главный удар советских войск с рижского направления на мемельское, где вражеская группировка оставалась прежней. 24 сентября фронты получили новые задачи. 1-й Прибалтийский фронт должен был перегруппировать свои войска с рижского направления в район Шяуляя, нанести оттуда удар на Момель и выйти на побережье Балтийского моря на участке от Либавы до Немана, отрезая тем самым пути отхода прибалтийской группировке противника в Восточную Пруссию. Войскам 3-го и 2-го Прибалтийских фронтов предстояло, продолжая наступление на рижском направлении, освободить столицу Латвии и очистить от врага побережье Балтийского моря до Либавы.

 

Для обеспечения внезапности удара на мемельском направлении были определены короткие сроки его подготовки. Принимались также меры для дезинформации противника. Новая задача 1-го Прибалтийского фронта требовала крупнейшей перегруппировки его сил с правого фланга к центру. Этот сложный маневр удалось осуществить скрытно и быстро, в течение шести суток. В район Шяуляя на расстояние от 80 до 240 км были переброшены четыре армии, в том числе одна танковая, два отдельных танковых корпуса и один мехкорпус, а также большое количество средств усиления.

 

Признаки сосредоточения советских войск в районе Шяуляя немецко-фашистское командование заметило лишь 2 октября - за два дня до начала наступления. Опасаясь изоляции своих основных сил на рижском плацдарме, оно вечером 5 октября начало отвод войск с рубежа "Сигулда" на укрепления рижских обводов. На мемельское же направление стали спешно перебрасываться из района Елгавы две танковые и одна моторизованная дивизии, а также часть соединений с рижского плацдарма. Но довести до конца эту перегруппировку сил противник не успел.

 

Наступление на мемельском направлении началось 5 октября. На второй день советские войска завершили прорыв тактической зоны обороны. Для развития успеха на главном направлении 6 октября в прорыв были введены 19-й танковый корпус и 5-я гвардейская танковая армия.

 

В сражение вступили также 51-я армия и 4-я ударная армии. Преследуя противника, войска фронта к исходу 8 октября подошли к его тыловым рубежам. Здесь, на подступах к Мемелю и Тильзиту (Советск), они вклинились во вражескую оборону. За четыре дня наступления глубина прорыва достигла 60-90 км, а ширина - 200 км. Враг при этом понес тяжелые потери.

 

В дальнейшем правофланговые армии фронта, 4-я ударная и 6-я гвардейская, развивали наступление на северо-запад; армии центра, 51-я, 43-я и 5-я гвардейская танковая армии, продвигались в направлении морского побережья, а левофланговая - 2-я гвардейская армия - к нижнему течению Немана. На правом крыле фронта возросло сопротивление врага и продвижение войск было незначительным. Успешно действовала 51-я армия. На либавском направлении она за два дня прошла до 60 км, к исходу 10 октября пересекла юго-западную границу Латвии и вышла на морское побережье западнее Руцавы. В этот же день на непосредственных подступах к Мемелю завязали бои соединения 43-й армии, а 5-я гвардейская танковая армия в районе Паланги (севернее Мемеля) достигла морского побережья. На левом крыле фронта 2-я гвардейская армия, продолжая преследование противника в юго-западном направлении, вышла к 10 октября к северо-восточным границам мемельских земель, отторгнутых от Литвы гитлеровскими захватчиками еще в 1939 г.

 

С выходом советских войск к морскому побережью группа армий "Север" оказалась отрезанной и потеряла сухопутную связь с Восточной Пруссией. Однако с ходу овладеть Мемелем не удалось. Борьба за город затянулась до конца января 1945 г. На тильзитском направлении советские войска к 22 октября заняли северный берег Немана и вышли на границу с Восточной Пруссией.

 

Изгнание оккупантов из Литвы заняло три с половиной месяца. В июле - августе была освобождена большая ее часть, а в сентябре - октябре - остальная территория республики, за исключением района Мемеля.

 

Оставив в июле - августе 1944 г. почти половину территории Прибалтийских советских республик, германское командование стремилось, во что бы то ни стало, удержать за собой город и морской порт Ригу, имевшие важнейшее стратегическое значение. На рижском направлении, севернее Даугавы, фашисты создали ряд мощных оборонительных рубежей, на которые опирались основные силы группы армий "Север".

 

Войска 3-го и 2-го Прибалтийских фронтов, действовавшие на рижском направлении, в первые три дня наступления (14- 16 сентября) продвинулись незначительно. К 22 сентября, несмотря на отчаянное противодействие гитлеровцев, ударные группировки фронтов прорвали укрепления основного рубежа обороны. Начав преследование, войска 27 сентября подошли к укреплениям "Сигулда".

 

В результате двухнедельного наступления (14-27 сентября) была освобождена большая часть Латвии. Но фашистские захватчики к концу сентября удерживали еще немалую территорию республики. В их руках оставался и Моонзундский архипелаг (Эстония), что обеспечивало вражескому флоту свободу действий в Рижском заливе и в средней части Балтийского моря. Гитлеровское командование стремилось как можно прочнее закрепиться на рижском плацдарме и Моонзундском архипелаге и усиливало там свою оборону. На рубеже "Сигулда" оно держало 17 дивизий, а южнее Даугавы - 14.

 

Первые попытки советских войск с ходу преодолеть рубеж "Сигулда" не удались. В планы действий 3-го и 2-го Прибалтийских фронтов были внесены необходимые изменения, началась более тщательная подготовка к прорыву. Осуществить его намечалось 7 октября. Однако последующие события потребовали новых поправок. В связи с успехами 1-го Прибалтийского фронта на мемельском направлении немецкое командование, боясь окружения своей группировки, начало в ночь на 6 октября поспешно отводить войска из района северо-восточнее Риги. Установив это, 3-й и 2-й Прибалтийские фронты с утра 6 октября перешли к преследованию противника. 10 октября они вышли к переднему краю рижского оборонительного обвода. К тому времени вся полоса наступления севернее Даугавы была принята 3-м Прибалтийским фронтом, войска которого 11 октября глубоко вклинились в первую полосу обороны противника.

 

12 октября войска 3-го Прибалтийского фронта полностью овладели первой полосой городского обвода, а во второй половине дня подошли к последней полосе обороны, проходившей по западным берегам озер Киш и Юглас. 13 октября войска фронта овладели плацдармом в районе Межапаркс и начали наступление в тыл гитлеровских войск, оборонявших межозерные перешейки, а к 23 часам заняли Межапаркс и вступили в северо-восточную (правобережную) часть города. К утру 13 октября они полностью заняли правобережную - основную и большую - часть Риги.

 

2-й Прибалтийский фронт, перегруппировавший все свои силы к югу от Даугавы, правофланговыми войсками наступал на Ригу вдоль южного (левого) берега реки. 13 октября противник был сбит с промежуточных позиций. На следующий день завязались бои на ближних подступах к юго-западной части города. В этот же день наступавший в обход Риги с юга 130-й латышский стрелковый корпус перерезал дорогу Рига - Елгава. Рижский гарнизон оказался под угрозой окружения, и значительная его часть бежала. 15 октября была очищена от гитлеровцев и левобережная часть города.

 

Изгнанием врага из Риги завершилось освобождение советских Прибалтийских республик.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Белградская операция

БЕЛГРАДСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

В последних числах сентября 1944 г, войска 3-го Украинского фронта вышли на болгаро-югославскую границу в районе Видина. От Пирота на юг, до стыка границ Болгарии, Югославии и Греции, были развернуты болгарские войска. Предстояло наступление против немецко-фашистских сил, находившихся на югославской земле.

 

В Югославии к сентябрю 1944 г. создалась весьма благоприятная для патриотических сил политическая ситуация. К 1944 г. в Югославии окончательно сложились и укрепились органы народной власти: Антифашистское вече народного освобождения и Национальный комитет освобождения. Существовали также их местные органы. В сентябре 1944 г. народные войска насчитывали, по югославским данным, около 400 тыс. человек. Они были сведены в корпуса, дивизии, бригады, партизанские отряды. Управлял войсками Верховный штаб. Еще до подхода советских войск Народно-освободительная армия Югославии (НОАЮ) отразила семь крупных наступлений врага и расширила границы районов, освобожденных от немецко-фашистских оккупантов.

 

Советское правительство направило в Югославию военную миссию во главе с генералом Н. В. Корнеевым. Миссия была аккредитована при Национальном комитете освобождения Югославии и приступила к выполнению своих обязанностей в феврале 1944 г.

 

Наряду с политической поддержкой Советский Союз оказывал Югославии и материальную помощь. Специально выделенная для этой цели авиационная дивизия доставила югославским патриотам только с мая по сентябрь 1944 г. 920 тонн различных грузов: вооружения, боеприпасов, обмундирования, обуви, средств связи, медикаментов. Эта помощь резко возросла с выходом советских войск к югославской границе.

 

Английское и американское правительства начали помогать НОАЮ в 1943 г. С осени этого года они имели военные миссии, аккредитованные при ее Верховном штабе. Одновременно Англия и США всячески поддерживали эмигрантское королевское правительство, добиваясь сохранения в Югославии довоенного общественного порядка. Летом 1944г. Черчилль усиленно настаивал на том, чтобы И. Броз Тито дал согласие на высадку английских войск в Югославии. Но военные и политические события развернулись так, что до завершения боевых действий Красной Армии в Югославии англичане не смогли высадиться на Адриатическом побережье этой страны. Их войска появились в районе Триеста лишь в мае 1945 г.

 

Несмотря на значительные успехи югославских народов в борьбе за освобождение своей родины, к сентябрю 1944 г. все важнейшие города, основные железные и автомобильные дороги ещё оставались в руках оккупантов. Только с выходом советских войск в западные районы Болгарии стало возможным изгнание врага со всей югославской территории. В начале сентября Тито обратился к СССР с просьбой о вступлении Красной Армии в Югославию. Советское правительство решило оказать немедленную помощь. Наиболее важные вопросы о действиях советских и болгарских войск в Югославии и согласовании их с действиями НОАЮ были разрешены в сентябре 1944 г.

 

В это время началась эвакуация немецко-фашистских войск из Греции, вызванная изменением политической и стратегической обстановки на Балканах. С выходом Красной Армии на болгаро-югославскую границу для гитлеровских войск, действовавших на юге Балкан, создалась явная угроза оказаться отрезанными. Гитлеровское командование приказало армейской группе "Сербия", находившейся в восточных районах Сербии, организовать прочную оборону вдоль сербско-болгарской границы и обеспечить эвакуацию войск с юга Балканского полуострова. Особое значение гитлеровцы придавали удержанию железной дороги Салоники - Белград. Для этого они использовали все свои оперативные резервы и выделили из группы армий "Ф" войска армейской группы "Сербия", усилив ее отдельными частями пяти дивизий.

 

К Белградской операции привлекались силы 3-го Украинского фронта и оперативно подчиненные ему болгарские войска, часть сил 2-го Украинского фронта и югославские войска. Все эти силы насчитывали 660 тыс. человек, 4477 орудий и минометов, 421 танк и САУ, 1250 самолетов. Им противостоял противник, имевший 150 тыс. солдат и офицеров, 2130 орудий и минометов, 125 танков и штурмовых орудий и 352 самолета.

 

Задолго до начала операции 17-я воздушная армия получила задачу всячески препятствовать выводу гитлеровских войск из Греции и южных районов Югославии. В период с 15 по 21 сентября она разрушала железнодорожные мосты и другие важные объекты в районах Ниша, Скопье, Крушеваца.

 

28 сентября перешла в наступление 57-я армия. Она наносила главный удар из района Видина в общем направлении на Белград.

 

Бои сразу же приняли ожесточенный характер. В районе Неготина войскам армии удалось окружить и к 4 октября уничтожить часть сил армейской группы "Сербия". С 28 сентября по 10 октября на центральном участке они при поддержке авиации продвинулись на 130 км. За это время армия преодолела Восточно-Сербские горы, вышла в долину реки Морава и форсировала ее в районе Велика-Планы. 10 октября к Мораве подошел и 4-й гвардейский мехкорпус, переброшенный сюда из Юго-Восточной Болгарии. В ходе боев была установлена тесная связь с 14-м корпусом НОАЮ, активно содействовавшим наступлению советских войск. Правый фланг 57-й армии обеспечивала Дунайская флотилия.

 

46-я армия 2-го Украинского фронта при содействии НОАЮ очистила югославское левобережье Тисы и Дуная. 10-й гвардейский корпус этой армии, овладев городом Панчево, расположенным на левом берегу Дуная, значительно способствовал успеху войск 3-го Украинского фронта. 2-я болгарская армия подходила к городу Лесковац. С запада туда же наступал 13-й югославский корпус.

 

12 октября 4-й гвардейский мехкорпус нанес удар на Белград. Преодолев сопротивление врага южнее Белграда, он 14 октября подошел к городу и завязал бои на его окраине. 12-й корпус НОАЮ в это время удерживал все дороги южнее реки Сава, идущие из Белграда на юго-запад. Однако борьба за полное очищение города от вражеских войск затянулась до 19 октября, так как часть сил пришлось направить на ликвидацию 20-тысячной группировки противника, окруженной юго-восточнее Белграда. 20 октября столица Югославии была полностью освобождена.

 

С советской стороны в борьбе за Белград участвовали 4-й гвардейский мехкорпус, 73-я и 106-я гвардейские, 236-я стрелковые дивизии, 3 артиллерийские бригады и 16 артиллерийских, минометных и самоходно-артиллерийских полков, зенитно-артиллерийская дивизия и 3 отдельных зенитно-артиллерийских полка. С югославской стороны принимали участие 8 дивизий 1-го Пролетарского и 12-го корпусов. Действия советских и югославских воинов поддерживали 17-я воздушная армия и Дунайская флотилия.

 

К исходу 21 октября войска 57-й армии вышли на линию Белград, Крагуевац. Болгарские войска во взаимодействии с 13-м корпусом НОАЮ и советскими частями освободили Ниш и Лесковац, достигнув линии Куршумлия, Вране.

 

В результате совместных действий советских, югославских и болгарских войск были освобождены восточные районы Югославии и ее столица - Белград, потерпела серьезное поражение группа армий "Ф". Германское командование, лишившись магистрали Салоники - Белград - Будапешт, вынуждено было ускорить эвакуацию своих войск с юга Балканского полуострова в северо-западную часть Югославии.

 

Вскоре после Белградской операции советские войска были переброшены в Венгрию. Но и после этого Советское правительство продолжало оказывать помощь югославским народам в борьбе с оккупантами. В 1944 г. Югославии было передано 264 самолета, 65 танков Т-34, свыше 3 тыс. орудий и минометов, 6394 станковых, ручных и зенитных пулемета, 5456 пистолетов-пулеметов, свыше 5300 винтовок и карабинов и много другой боевой техники и различных военных материалов.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Разгром фашистских войск в Венгрии

РАЗГРОМ ФАШИСТСКИХ ВОЙСК В ВЕНГРИИ

После выхода Румынии, Болгарии и Финляндии из фашистского блока единственным союзником Германии в Европе оставалась Венгрия. Три с лишним года Венгрия участвовала в войне против СССР. Экономика страны почти полностью была подчинена интересам гитлеровской Германии; решающие отрасли промышленности находились в руках немецких монополий. Ее военные расходы за три года выросли в 11 раз. В марте 1944 г. Венгрию оккупировали немецко-фашистские войска. Встревоженное антифашистским восстанием в Румынии, правительство Венгрии 25 августа приняло решение не допустить вступления Красной Армии в страну. При этом оно рассчитывало на помощь немецко-фашистских войск. Венгерское фашистское правительство стремилось выиграть время, чтобы англичане, с которыми Хорти давно установил тайные связи, могли оккупировать Венгрию. Это полностью совпадало с намерением Черчилля, давно лелеявшего мечту ввести английские войска в Юго-Восточную Европу. Хорти тайно обратился к США и Англии с предложением заключить перемирие, но получил ответ с рекомендацией обратиться по этому вопросу к Советскому Союзу, войска которого уже пересекли границу Венгрии.

 

1 октября в Москву прибыла венгерская миссия с полномочием подписать соглашение о перемирии, если Советский Союз согласится на "участие американцев и англичан в оккупации Венгрии" и на "свободный отход немецких войск". Однако правительство СССР не могло принять это условие.

 

Узнав о намерениях Хорти, германское командование усилило контроль над венгерскими военными учреждениями и войсками. Оно перебросило в район Будапешта крупные танковые силы.

 

К концу сентября 800-километровая линия боевого соприкосновения войск 2-го Украинского фронта и фашистских войск тянулась от перевала Прислоп на Карпатах до Дуная (восточнее Белграда), образуя два огромных выступа. Первый выступ, в Карпатах и северной части Трансильвании, вдавался на восток; второй, в западных районах Румынии, был обращен в сторону противника, упираясь вершиной в юго-восточный участок границы Венгрии.

 

Во второй половине сентября 2-й Украинский фронт имел в своём составе 40 дивизий, 2 укрепленных района, 8 танковых, механизированных и кавалерийских корпусов и другие соединения и части, в которых насчитывалось 10 200 орудий и минометов, 750 танков и самоходно-артиллерийских установок, 1100 самолетов. В оперативном подчинении фронта находились 1-я и 4-я румынские армии.

 

2-му Украинскому фронту противостояли группа армий "Юг" (8-я и 6-я немецкие, 2-я и 3-я венгерские армии) и небольшая часть сил группы армий "Ф". Всего вражеская группировка имела 32 дивизии и 5 бригад, 3500 орудий и минометов, 300 танков, около 550 самолетов.

 

К северо-востоку от водораздела Карпатского хребта находилась полоса 4-го Украинского фронта, которому противостояли часть сил 1-й немецкой танковой армии и 1-я венгерская армия из группы армий "А". Левее, вдоль болгарской границы, были развернуты войска 3-го Украинского фронта и болгарской армии, начавшие 28 сентября наступление на территории Югославии против группы армий "Ф".

 

Войскам 2-го Украинского фронта предстояло при содействии 4-го Украинского фронта разгромить противостоящие силы врага, что должно было вывести Венгрию из войны на стороне Германии.

 

6 октября началась Дебреценская операция 2-го Украинского фронта. Цель ее заключалась в том, чтобы очистить от фашистских войск восточные районы Венгрии, а также северную часть Трансильвании.

 

Фронт нанес главный удар войсками центра из района северо-западнее Арада на Дебрецен, Ньиредьхазу, а вспомогательные удары - на флангах.

 

В первые же дни наступления на направлении главного удара 53-я армия и конно-механизированная группа генерала И. А. Плиева при поддержке 5-й воздушной армии разгромили 3-ю венгерскую армию. Группа Плиева, продвинувшись за три дня на 80-100 км, вышла в район Карцага, на дальние подступы к Дебрецену. Наступавшая на Орадю 6-я гвардейская танковая армия, у которой был значительный некомплект танков, встретила сильное сопротивление гитлеровцев и продвигалась медленно. Левофланговая 46-я армия к вечеру 8 октября освободила югославские районы к востоку от реки Тиса. Все левобережье от района Сегеда до устья было очищено от врага. Советские соединения захватили плацдармы на правом берегу этой реки.

 

Войска фронта, выйдя в глубокие тылы трансильванской группировки противника, поставили ее в тяжелое положение. Гитлеровцы, усилив сопротивление в районе Оради и на подступах к Дебрецену, 9 -10 октября начали отходить перед правым крылом 2-го Украинского фронта. По указанию Ставки главные силы конно-механизированной группы были повернуты на юго-восток с задачей совместно с 6-й гвардейской танковой армией овладеть Орадей, а затем нанести удар на Дебрецен. На этом направлении в период с 9 по 22 октября шли упорные бои.

 

В район Оради и Дебрецена противник стянул крупные силы, в том числе пять танковых дивизий. Преодолев их противодействие, советские подвижные войска 19 октября ворвались в Дебрецен, а на следующий день овладели им. На правом крыле 40-я, 4-я румынская и 27-я армии, преследуя противника, продвинулись на 120 км и вступили в непосредственную связь с правофланговыми соединениями, наступавшими на дебреценско-ньиредьхазском направлении. На левом крыле 46-я армия захватила в междуречье Тисы и Дуная огромный плацдарм. Ее левофланговые соединения в районе города Байя вышли на Дунай.

 

Во время операции авиация фронта, непрерывно поддерживая наземные войска, произвела до 5 тыс. самолетовылетов.

 

В результате Дебреценской операции были освобождены северная часть Трансильвании и все левобережье Тисы. Войска, продвинувшись за 23 дня на 130-275 км, вышли на линию Чоп, Сольнок, Байя, форсировали Тису и захватили крупный плацдарм от Альпара на Тисе до Байи на Дунае.

 

Дебреценская операция осуществлялась в тесном взаимодействии с 4-м Украинским фронтом, который 9 сентября перешел в наступление с целью преодолеть Карпаты и выйти в районы Ужгорода и Мукачево.

 

26 октября войска фронта освободили Мукачево - крупный город с развитой промышленностью, а на следующий день город Ужгород - административный и экономический центр Закарпатской Украины.

 

К моменту завершения Дебреценской операции закончилась и Карпатско-Ужгородская операция. В результате их советские войска, перевалив через Карпаты и ликвидировав трансильванский выступ, сократили линию фронта на несколько сот километров.

 

Успех Дебреценской операции вынудил находившуюся в Москве венгерскую военную делегацию принять предварительные условия соглашения о перемирии между Венгрией и СССР и его союзниками. В соответствии с соглашением Венгрия, оставаясь независимым государством, должна была порвать связи с фашистской Германией и вступить в войну с ней.

 

15 октября гитлеровское командование отстранило Хорти от власти. Пришедший к власти главарь венгерских фашистов Ф. Салаши отдал армии приказ продолжать военные действия против советских войск.

 

Учитывая сложившуюся обстановку, Ставка приняла решение немедленно нанести фронтальный удар силами левого крыла 2-го Украинского фронта в северо-западном направлении в целях выхода в район Будапешта. 29 октября началась Будапештская операция, составившая второй этап освобождения Венгрии. Соединения левого крыла фронта 2 ноября вышли на подступы к венгерской столице с юга. Вскоре был нанесен второй фронтальный удар в направлении Будапешта, на этот раз с востока.

 

После некоторой паузы 5 декабря 2-й Украинский фронт возобновил наступление. Замыслом командования предполагалось овладеть Будапештом двумя охватывающими ударами. С северо-востока наступали силы центра - 7-я и 6-я гвардейские танковые армии и конно-механизированная группа генерала И. А. Плиева, а с юго-запада наносила удар 46-я армия левого крыла фронта.

 

Войска центра 9 декабря вышли в район Шаги и на Дунай севернее Будапешта. 46-я армия форсировала Дунай, захватила плацдарм, но, понеся большие потери, пробить оборону врага к юго-западу от Будапешта не смогла. Войска правого крыла овладели городом Мишкольц и вышли севернее его на чехословацкую границу.

 

Борьба против будапештской группировки врага велась силами 2-го и 3-го Украинских фронтов. В конце октября - начале ноября, после завершения Белградской операции, 57-я армия и фронтовые средства усиления 3-го Украинского фронта были переброшены из района Белграда на левый берег Дуная, в район к югу от Байи. Сюда же подходила переданная из резерва Ставки 4-я гвардейская армия. В ночь на 7 ноября началось форсирование Дуная силами 57-й армии в районе югославских населенных пунктов Батина и Апатии. 17 дней шли упорные бои за плацдармы, за их расширение и слияние в один. Отсюда и началось наступление, осуществлявшееся при поддержке 17-й воздушной армии. Развивая успех, 4-я гвардейская армия 9 декабря подошла к озерам Веленце и Балатон. К югу от Балатона, на подступы к нефтеносному району Надьканижи, вышла 57-я армия. Дальше войскам продвинуться не удалось. Они были остановлены на оборонительной линии "Маргарита".

 

12 декабря последовала директива Ставки об окружении будапештской группировки и овладении столицей Венгрии силами 2-го и 3-го Украинских фронтов. К этому времени в их составе было 84 дивизии, в том числе 14 румынских, и 10 танковых, механизированных и кавалерийских корпусов. С 3-м Украинским фронтом взаимодействовали войска НОАЮ. Кроме того, ему была оперативно подчинена 1-я болгарская армия, выдвигавшаяся к линии фронта. Наземные войска поддерживались 5-й и 17-й воздушными армиями. Противник имел 51 дивизию, в том числе 9 танковых дивизий, и 2 танковые бригады.

 

2-й Украинский фронт, наступая левым крылом на Будапешт, должен был нанести главный удар из района Шаги на юг, выйти на Дунай севернее Эстергома и отрезать пути отхода будапештской группировке на северо-запад.

 

Задача 3-го Украинского фронта состояла в том, чтобы, нанося удар из района озера Веленце на север, выйти на Дунай в районе Эстергома, отрезать пути отхода будапештской группировке на запад, а частью сил наступать на Будапешт и совместно с армиями 2-го Украинского фронта овладеть им.

 

Наступление началось 20 декабря. Войска фронтов, преодолевая отчаянное сопротивление противника, 26 декабря соединились в районе Эстергома. Будапештская группировка оказалась в кольце. Линия внешнего фронта окружения проходила в 50 - 60 км к западу от венгерской столицы.

 

Важнейшим военно-политическим итогом октябрьско-декабрьского наступления 2-го и 3-го Украинских фронтов явились разгром гитлеровской группы армий "Юг" и окружение крупной группировки противника в районе Будапешта. При этом советские войска продвинулись в западном и северо-западном направлениях от 250 до 400 км.

 

Бои за Будапешт с 27 декабря 1944 года по 13 февраля 1945 года вела специально созданная Будапештская группа войск из трёх стрелковых корпусов и 9-ти артиллерийских бригад из состава 2-го Украинского фронта. Бои завершились ликвидацией 188-тысячной группировки противника и взятием Будапешта.

 

Войска 4-го Украинского фронта преодолели Карпатский хребет и прошли с боями более 200 км. Были созданы условия для полного освобождения Чехословакии и развития наступления на венском направлении.

 

В результате боевых действий советских войск в Венгрии был выведен из войны последний сателлит Германии.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Петсамо-Киркинесская операция

ПЕТСАМО-КИРКЕНЕССКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Наступательная операция войск Карельского фронта и Северного флота была проведённа 7-29 октября 1944 года с целью изгнания немецко-фашистских оккупантов из Советского Заполярья. После разгрома вражеских войск в Карелии и последовавшего затем выхода Финляндии из войны войска Карельского фронта почти полностью очистили от захватчиков Советское Заполярье. К октябрю 1944 г. противник удерживал лишь незначительную часть советской территории западнее Мурманска. Линия фронта проходила от губы Малая Волоковая по перешейку полуострова Средний, далее от губы Большая Западная Лица к озёрам Чапр и Кошкаявр. Здесь, в условиях труднопроходимой горно-лесистой и болотистой местности, немецкие войска за три года создали мощную трёхполосную оборону, насыщенную долговременными сооружениями, глубиной до 150 км. В этом районе оборонялся 19-й горнострелковый корпус, насчитывавший в своём составе 53 тыс. человек, свыше 750 орудий и миномётов, 20-й немецкой горной армии. Его поддерживали авиация 5-го воздушного флота (160 само

 

лётов) фашистской Германии и значительные военно-морские силы, базировавшиеся на порты Северной Норвегии. К проведению Петсамо-Киркенессой операции были привлечены:

 

- из состава Карельского фронта 14-я армия, имевшая в своём составе 97 тысяч человек, 2,1 тысячи орудий и миномётов, 126 танков и САУ;

 

- из состава Северного флота отряды кораблей в составе 6 эсминцев, 8 подводных лодок, 20 торпедных катеров, 23 морских охотников и 2 бригады морской пехоты. Войска поддерживала авиация 7-й воздушной армии и Северного флота (всего около 1000 самолётов).

 

Перед войсками была поставлена задача - окружить и уничтожить главные силы противника путём глубокого обхода их с юга и одновременного удара с севера, затем овладеть г. Петсамо (Печенга) и развивать наступление к советско-норвежской границе.

 

Главный удар наносился левым флангом 14-й армии из района южнее озера Чапр в общем направлении на Луостари, Петсамо. На правом фланге армии специально созданная оперативная группа должна была активными действиями сковать вражеские войска, а в последующем совместно с бригадами морской пехоты наступать на Петсамо.

 

Северный флот должен был высадить морской десант в тыл противнику, нарушить морские перевозки врага, блокировать порты Петсамо и Киркенес, обеспечить безопасность своих коммуникаций в Баренцевом море, а также поддерживать огнём кораблей и авиацией наступление войск на приморском направлении.

 

Утром 7 октября войска 14-й армии начали наступление. В ходе трёхдневных ожесточённых боёв они прорвали тактическую зону обороны противника на гл. направлении по фронту до 20 км и вглубь до 16 км. 126-й стрелковый корпус обходным манёвром с юга создал угрозу окружения противника в районе Луостари и вынудил его к отходу. В ночь на 10 окт. корабли Северно флота высадили на южном берег губы М. Волоковая десант в составе 63-й бригады морской пехоты, которая к утру вышла во фланг и тыл противника, оборонявшегося на перешейке полуострова Средний, и во взаимодействии с 12-й бригадой морской пехоты, наступавшей с полуострова, сломила сопротивление врага в этом районе. Затем обе бригады продолжили наступление на Петсамо.

 

Вечером 12 октября был высажен морской десант (660 чел.) в порт Линахамари.

 

15 октября войска 14-й армии во взаимодействии с силами Северного флота освободили город Петсамо, а 21 октября вышли к границе с Норвегией и 22 октября освободили посёлок Никель. Одновременно вдоль побережья залива Варангер-фьорд развернули наступательные действия морские десанты, высаженные кораблями Северного флота.

 

В целях завершения разгрома противника и оказания помощи норвежскому народу в освобождении от гитлеровской оккупации советские войска 22 октября перешли советско-норвежскую границу. 25 окт. соединения 131-го и 99-го стрелковых корпусов при поддержке морского десанта освободили г. Киркенес.

 

27 октября 126-й лёгкий стрелковый корпус очистил от противника город Нейден, а 31-й стрелковый корпус вышел в район Наутси.

 

29 октября 1944 года советские войска завершили Петсам-Киркенесскую операцию, закрепившись на рубеже севернее Нейдена и юго-западнее Наутси.

 

В результате Петсамо-Киркенесской операции советские войска продвинулись на 3апад до 150 км, освободили районн Петсамо и северные районы Норвегии, положив тем самым начало освобождению этой страны от немецко-фашистской оккупации. В результате Петсамо-Киркенесской операции немецкие войска потеряли только убитыми около 30 тысяч человек. Северный флот потопил 156 вражеских кораблей и судов, а советские лётчики уничтожили 125 самолётов противника.

 

на предыдущую на следующую

ПАРТИЗАНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ В ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ.

Партизанское движение в тылу у фашистских войск на временно оккупированной территории началось буквально с первых дней войны. Оно было составной частью вооружённой борьбы советского народа против фашистских захватчиков и явилось важным фактором в достижении победы над фашистской Германией и её союзниками.

 

Партизанское движение имело высокую степень организации. В соответствии с Директивой СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29.06.41 г. и постановлением ЦК ВКП(б) от 18.07.41 г. «Об организации борьбы в тылу германских войск», при Ставке Верховного Главнокомандования был организован Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД) во главе с 1- м секретарем ЦК КП Белоруссии П.К.Пономаренко, а на периферии - областные и республиканские штабы партизанского движения и их представительства на фронтах (Украинский штаб партизанского движения, Ленинградский, Брянский и т.п.).

 

В этих документах давались указания о подготовке партийного подполья, об организации, комплектовании и вооружении партизанских отрядов, определялись задачи партизанского движения.

 

Уже в 1941 году на оккупированных территориях действовало 18 подпольных обкомов, свыше 260 окружкомов, горкомов, райкомов и др. органов, большое количество первичных партийных организаций и групп, в которых насчитывалось 65,5 тысяч коммунистов.

 

Борьбу советских патриотов возглавили 565 секретарей обкомов, горкомов и райкомов партии, 204 председателя областных, городских и районных исполкомов депутатов трудящихся, 104 секретаря обкомов, горкомов и райкомов комсомола, а также сотни других руководителей. Осенью 1943 в тылу врага действовало 24 обкома, свыше 370 окружкомов, горкомов, райкомов и других партийных органов. В результате организационной работы ВКП(б) усиливалась боеспособность партизанских отрядов, расширялись зоны их действия и повышалась эффективность борьбы, в которую вовлекались широкие массы населения, устанавливалось тесное взаимодействие с советскими войсками.

 

К концу 1941 года на оккупированной территории действовало свыше 2 тысяч партизанских отрядов, в составе которых сражались до 90 тысяч человек. Всего в годы войны в тылу врага насчитывалось более 6 тысяч партизанских отрядов, в которых сражалось с свыше 1 млн. 150 тысяч партизан.

 

В 1941 - 1944 гг. в рядах советских партизан на оккупированной территории СССР сражались:

РСФСР (оккупированные области) - 250 тыс. чел.
Литовская ССР -10 тыс. чел.
Украинская ССР – 501750 чел.
Белорусская ССР – 373942 чел.
Латвийская ССР – 12000 чел.
Эстонская ССР – 2000 чел.
Молдавская ССР – 3500 чел.
Карело - финская ССР – 5500 чел.

 

К началу 1944 года в них находилось: рабочих — 30,1%, крестьян — 40,5%, служащих — 29,4%. 90,7% партизан составляли мужчины, 9,3% — женщины. Во многих отрядах коммунисты составляли до 20%, около 30% всех партизан были комсомольцами. В рядах советских партизан сражались представители большинства национальностей СССР.

 

Партизаны уничтожили, ранили и захватили в плен свыше миллиона фашистов и их пособников, уничтожили более 4 тысяч танков и бронемашин, 65 тысяч автомашин, 1100 самолётов, разрушили и повредили 1600 железнодорожных мостов, пустили под откос свыше 20 тысяч железнодорожных эшелонов.

 

Партизанские отряды или группы организовывались не только на оккупированной территории. Их формирование на не оккупированной территории сочеталось с обучением личного состава в специальных партизанских школах. Прошедшие обучение и подготовку отряды или оставались в намеченных районах перед их оккупацией, или перебрасывались в тыл врага. В ряде случаев формирования создавались из военнослужащих. В ходе войны практиковалась заброска в тыл врага организаторских групп, на базе которых создавались партизанские отряды и даже соединения. Особенно важную роль такие группы сыграли в западных районах Украины и Белоруссии, в Прибалтике, где, в связи с быстрым продвижением немецко-фашистских войск, многие обкомы и райкомы партии не успели наладить работу по развёртыванию партизанского движения. Для восточных районов Украины и Белоруссии, для западных областей РСФСР, была характерна заблаговременная подготовка к партизанской войне. В Ленинградской, Калининской, Смоленской, Орловской, Московской и Тульской областях, в Крыму, базой формирования стали истребительные батальоны, в состав которых входило около 25 500 бойцов. Заранее создавались районы базирования партизанских отрядов и склады материальных средств. Характерной чертой партизанского движения в Смоленской, Орловской областях и в Крыму было участие в нём значительного числа воинов Красной Армии, оказавшихся в окружении или бежавших из плена, что значительно повышало боеспособность партизанских сил.

 

Основной тактической единицей партизанского движения являлся отряд — в начале войны обычно несколько десятков человек, позже — до 200 и более бойцов. В ходе войны многие отряды объединялись в соединения (бригады) численностью от нескольких сотен до нескольких тысяч человек. В вооружении преобладало лёгкое оружие (автоматы, ручные пулемёты, винтовки, карабины, гранаты), но многие отряды и соединения располагали миномётами и станковыми пулемётами, а некоторые и артиллерией. Люди, вступавшие в партизанские формирования, принимали партизанскую присягу. В отрядах устанавливалась твёрдая воинская дисциплина.

 

В зависимости от конкретных условий организовывались мелкие и крупные формирования, региональные (местные) и нерегиональные. Региональные отряды и соединения постоянно базировались в одном районе и несли ответственность за защиту его населения и борьбу с оккупантами в данном районе. Нерегиональные соединения и отряды выполняли задания в различных районах, совершая продолжительные рейды, маневрируя которыми, руководящие органы партизанского движения сосредоточивали усилия на главных направлениях для нанесения мощных ударов по тылам врага.

 

На формы организации партизанских сил и способы их действия влияли физико-географические условия. Обширные леса, болота, горы являлись основными районами базирования партизанских сил. Здесь возникли партизанские края и зоны, где могли широко применяться различные способы борьбы, в т. ч. открытые бои с карательными экспедициями противника. В степных же районах крупные соединения успешно действовали лишь в ходе партизанских рейдов. Находившиеся здесь постоянно небольшие отряды и группы обычно избегали открытых столкновений с врагом и наносили ему ущерб главным образом диверсиями.

 

В ряде районов Прибалтики, Молдавии, южной части Западной Украины, которые только в 1939—40 годах вошли в состав СССР, гитлеровцам удалось через буржуазных националистов распространить своё влияние на некоторые слои населения. Существовавшие в этих районах небольшие партизанские отряды и подпольные организации вели главным образом диверсионно-разведывательные действия и политработу.

 

Общее стратегия, руководство партизанским движением осуществляла Ставка ВГК. Непосредственно стратегическое руководство осуществлял Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД) при Ставке, созданный 30 мая 1942 года. Ему были подчинены в оперативном отношении республиканские и областные штабы партизанского движения (ШПД), которые возглавляли секретари или члены ЦК компартий республик, крайкомов и обкомов ВКП(б) (с 1943 г. Украинский ШПД подчинялся непосредственно Ставке ВГК). ШПД подчинялись также Военным советам соответствующих фронтов.

 

В тех случаях, когда на территории республики или области действовало несколько фронтов, при их Военных советах создавались представительства или оперативные группы республиканских и областных ШПД, которые, осуществляя руководство боевой деятельностью партизан в полосе данного фронта, подчинялись соответствующему ШПД и Военному совету фронта.

 

Укрепление руководства партизанским движением шло по линии улучшения связи партизан с Большой землёй, совершенствования форм оперативного и стратегического руководства, улучшения планирования боевой деятельности. Если летом 1942 лишь около 30% партизанских отрядов, состоявших на учёте ШПД, имели радиосвязь с Большой землёй, то в ноябре 1943 года почти 94% отрядов поддерживали радиосвязь с органами руководства партизанским движением через рации партизанских бригад.

 

Большую роль в развитии партизанской борьбы в тылу врага сыграло совещание руководящих работников НКО, ЦШПД с представителями подпольных партийных органов, командирами и комиссарами крупных партизанских формирований Украины, Белоруссии, Орловской и Смоленской областей, проведённое ЦШПД по поручению ЦК ВКП(б) в конце августа— начале сентября 1942 года. Итоги совещания и важнейшие вопросы борьбы в тылу врага были сформулированы в приказе наркома обороны СССР И.В. Сталина от 5 сентября 1942 года «О задачах партизанского движения».

 

Большое внимание уделялось бесперебойному снабжению партизан оружием, боеприпасами, минноподрывной техникой, медикаментами, эвакуации самолётами тяжелораненых и больных на Большую землю. За время своего существования ЦШПД направил штабам партизанского движения 59 960 винтовок и карабинов, 34 320 автоматов, 4210 ручных пулемётов, 2556 противотанковых ружей, 2184 миномёта калибров 50 мм и 82 мм, 539 570 ручных противопехотных и противотанковых гранат. В 1943 году только самолётами АДД и ГВФ было совершено свыше 12 тысяч самолётовылетов в тыл врага (половина из них — с посадкой на партизанские аэродромы и площадки).

 

Расширению партизанского движения способствовала огромная политическая работа партизан и подпольщиков среди населения оккупированных районов. Население оказывало партизанам помощь продовольствием, одеждой и обувью, укрывало их и предупреждало об опасности, саботировало все мероприятия противника. Срыв фашистских планов по использованию людских и материальных ресурсов оккупированных районов — одна из важнейших заслуг партизан.

 

Большое внимание в партийно-политической работе среди партизан уделялось воспитанию и боевой подготовке личного состава. За годы войны центральные и республиканские школы партизанского движения подготовили и направили в тыл врага около 30 тысяч различных специалистов, среди них были подрывники, организаторы подполья и партизанского движения, радисты, разведчики и др. Тысячи специалистов готовились в тылу врага на «лесных курсах».

 

Коммуникации, особенно железные дороги, стали основным объектом боевой деятельности партизан, которая по своему размаху приобрела стратегическое значение.

 

Впервые в истории войн партизаны провели по единому замыслу ряд крупных операций по выводу из строя вражеских железнодорожных коммуникаций на большой территории, которые были тесно связаны по времени и объектам с действиями Красной Армии и снизили пропускную способность железных дорог на 35—40%.

 

Зимой 1942 – 1943 годов, когда Красная Армия громила гитлеровские войска на Волге, Кавказе, Среднем и Верхнем Дону, они обрушили свои удары на железные дороги, по которым враг подбрасывал к фронту резервы. В феврале 1943 года на участках Брянск – Карачев, Брянск - Гомель ими было подорвано несколько железнодорожных мостов, в том числе мост через Десну, по которому ежедневно проходило к фронту от 25 до 40 эшелонов и столько же поездов обратно — с разбитыми воинскими частями, техникой и награбленным имуществом.

 

В Белоруссии только с 1 ноября 1942 г. по 1 апреля 1943 г. было взорвано 65 железнодорожных мостов. Украинские партизаны подорвали железнодорожный мост через реку Тетерев на участке Киев — Коростень и несколько мостов в других районах. Под ударами партизан почти все время находились такие крупные железнодорожные узлы, как Смоленск. Орша, Брянск, Гомель, Сарны, Ковель, Шепетовка. Только с ноября 1942 г. по апрель 1943 г., в разгар контрнаступления под Сталинградом и общего наступления, они пустили под откос около 1500 вражеских эшелонов.

 

Сильные удары по коммуникациям противника были нанесены в ходе летне-осенней кампании. Это затрудняло врагу перегруппировки, подвоз резервов и боевой техники, что явилось огромной помощью Красной Армии.

 

Грандиозной по своим масштабам, по количеству участвовавших сил и достигнутым результатам была партизанская операция, вошедшая в историю под названием «Рельсовая война». Она планировалась Центральным штабом партизанского движения и готовилась долго и всесторонне. Главная цель операции заключалась в том, чтобы одновременным массовым подрывом рельсов парализовать перевозки гитлеровцев по железным дорогам. К этой операции привлекались партизаны Ленинградской, Калининской. Смоленской, Орловской областей. Белоруссии и частично Украины.

 

Операция «Рельсовая война» началась в ночь на 3 августа 1943 г. В первую же ночь было подорвано свыше 42 тыс. рельсов. Массовые подрывы продолжались в течение всего августа и первой половины сентября. Уже к концу августа из строя было выведено более 171 тыс. рельсов, что составляет 1 тыс. км одноколейного железнодорожного пути. К середине сентября количество подорванных рельсов достигло почти 215 тысяч. «Только за один месяц число взрывов увеличилось в тридцать раз», — сообщало в своем донесении 31 августа командование корпуса охранных войск группы армий «Центр».

 

19 сентября началась новая такая операция, получившая условное название «Концерт». На этот раз рельсовая война охватила и другие районы. В нее включились партизаны Карелии, Эстонии, Латвии, Литвы и Крыма. Последовали еще более сильные удары. Так, если в операции «Рельсовая война» приняли участие 170 партизанских бригад, отрядов и групп, насчитывавших около 100 тыс. человек, то в операции «Концерт» — уже 193 бригады и отряда численностью более 120 тыс. человек.

 

Удары по железным дорогам сочетались с нападением на отдельные гарнизоны и подразделения врага, с засадами на шоссейных и грунтовых дорогах, а также с нарушением речных перевозок гитлеровцев. В течение 1943 г. было подорвано около 11 тыс. вражеских поездов, выведено из строя и повреждено 6 тыс. паровозов, около 40 тыс. вагонов и платформ, уничтожено свыше 22 тыс. автомашин, разрушено или сожжено около 5500 мостов на шоссейных и грунтовых дорогах и более 900 железнодорожных мостов.

 

Мощные удары партизан за всей линией советско-германского фронта потрясли врага. Советские патриоты не только причинили противнику большой урон, дезорганизовали и парализовали железнодорожное движение, но и деморализовали оккупационный аппарат.

 

Враг был вынужден отвлекать на охрану железнодорожных коммуникаций, протяжённость которых на оккупированной территории СССР составляла 37 тысяч километров, крупные силы. Как показал опыт войны, для организации даже слабой охраны железной дороги на каждые 100 км необходим 1 батальон, для сильной охраны — 1 полк, а иногда, например, летом 1943 года в Ленинградской области, гитлеровцы были вынуждены ввиду активных действий партизан выделять для охраны до 2 полков.

 

Важную роль играла разведывательная деятельность партизан и подпольщиков, державших под наблюдением обширную территорию. Только с апреля до декабря 1943 г. они установили районы сосредоточения 165 дивизий, 177 полков и 135 отд. батальонов противника, при этом в 66 случаях раскрыли их организацию, штатную численность, фамилии командного состава. Накануне Белорусской операции 1944 г. партизаны сообщили о расположении 33 штабов, 30 аэродромов, 70 крупных складов, о составе 900 вражеских гарнизонов и около 240 частей, о направлении движения и характере перевозимых грузов 1642 эшелонов противника и т. п.

 

В ходе оборонительных сражений 1941 года взаимодействие партизан с войсками Красной Армии осуществлялось преимущественно в тактических и оперативно-тактических рамках и выражалось в основном в ведении разведки в интересах советских войск и проведении незначительных диверсий в тылу врага.

 

В период зимнего наступления Красной Армии 1941—42 г.г. взаимодействие партизан с войсками расширилось. Партизаны наносили удары по коммуникациям, штабам и складам, участвовали в освобождении населённых пунктов, наводили советскую авиацию на вражеские объекты, содействовали воздушным десантам.

 

В летней кампании 1942 г. партизаны в интересах оборонительных операций Красной Армии решали следующие задачи: затруднение перегруппировок вражеских войск, уничтожение живой силы, боевой техники противника и срыв его снабжения, отвлечение сил на охрану тыла, разведка, наведение советских самолётов на цели, освобождение военнопленных.

 

Действия партизан отвлекли 24 вражеские дивизии, в том числе 15—16 постоянно использовались на охране коммуникаций. В августе 1942 г. было произведено 148 крушений железнодорожных эшелонов, в сентябре — 152, в октябре — 210, в ноябре — 238. Однако в целом взаимодействие партизан с Красной Армией носило ещё эпизодический характер.

 

С весны 1943 года систематически разрабатывались планы оперативного использования партизанских сил. В ходе зимнего наступления 1942—43 г.г., во время Курской битвы 1943 г., битвы за Днепр и в операциях по освобождению восточных районов Белоруссии партизаны активизировали действия в интересах наступающих советских войск. Наступление Красной Армии в 1944 года проводилось в тесном взаимодействии с партизанами, которые активно участвовали почти во всех стратегических операциях.

 

Возросло значение тактического взаимодействия, поскольку наступление советских войск проходило через районы, где географические условия способствовали созданию противником прочной обороны (лесисто-болотистая местность Ленинградской и Калининской областей, Белоруссии, Прибалтики, северо-западных районов Украины). Именно здесь действовали крупные группировки партизан, которые значительно помогли войскам преодолеть сопротивление врага. С началом наступления Красной Армии они срывали вражеские переброски войск, нарушали их организованный отход и управление ими и т. п. С приближением советских войск партизаны наносили противнику удары с тыла и содействовали прорыву его обороны, отражению его контрударов, окружению немецко-фашистских группировок. Партизаны способствовали советским войскам в овладении населёнными пунктами, обеспечивали открытые фланги наступающих войск. Партизаны, содействуя наступлению Красной Армии, помимо нарушения вражеских коммуникаций захватывали переправы на реках, освобождали отдельные населенные пункты, узлы дорог и удерживали их до подхода передовых частей. Так, на Украине во время наступления советских войск к Днепру они захватили 3 переправы через Десну, 10 — через Припять и 12 — через Днепр.

 

Наиболее ярким примером такого эффективного взаимодействия является Белорусская операция 1944 года, в которой мощная группировка белорусских партизан представляла собой, по существу, пятый фронт, согласовывавший свои операции с четырьмя наступающими фронтами.

 

В 1944 году для оказания помощи братским народам в борьбе против немецко-фашистских оккупантов партизанские отряды и соединения производили рейды за пределы советской территории. На оккупированной территории Польши действовало 7 соединений и 26 отд. крупных отрядов советских партизан, в Чехословакии — более 40 соединений и отрядов, из них около 20 вышли сюда рейдами, остальные сформировались на базе десантированных организаторских групп.

 

Борьба советских людей в тылу врага была ярким проявлением советского патриотизма. Значение партизанского движения в войне определялось большой помощью советским войскам, которую оно оказывало для достижения победы над врагом.

 

В этой войне исчезло понятие «Партизанское движение» как стихийных и самостоятельных действий отдельных отрядов и групп. Руководство партизанским движением было централизовано до стратегических масштабов.

 

Единое руководство боевой деятельностью партизан при устойчивой связи между ШПД и партизанскими формированиями, взаимодействие партизан с Красной Армией в тактическом, оперативном и стратегическом масштабах, проведение партизанскими группировками крупных операций, широкое применение современной минноподрывной техники, систематическая подготовка партизанских кадров, снабжение партизан из тыла страны, эвакуация больных и раненых из вражеского тыла на Большую землю, действия советских партизан за пределами СССР — эти и другие особенности партизанского движения в Великой Отечественной войне значительно обогатили теорию и практику партизанской борьбы как одной из форм вооружённой борьбы.

 

Для борьбы против советского населения, оказавшего гитлеровцам ожесточенное сопротивление, оккупанты бросили в общей сложности 50 дивизий, что составило 20 % всех немецких войск, находившихся на советско-германском фронте, притом, что до лета 1944 г. на всех остальных фронтах (против союзников), вместе взятых, находилось только 6 % войск гитлеровского Вермахта.

 

Мы с полным основанием можем считать, что в лице армии советских партизан фашистская Германия имела перед собой истинный второй фронт.

 

Немецкий генерал Гудериан писал, что «партизанская война стала настоящим бичом, сильно влияющим на моральный дух фронтовых солдат».

 

Партизанское движение и большевистское подполье в тылу врага носили подлинно широкий народно - патриотический характер. Они полностью отвечали тем требованиям, которые к ним были предъявлены в выступлении И.В. Сталина 3 июля 1941 г.: «В захваченных районах создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывая все их мероприятия».

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Партизанское движение в Белоруссии

ПАРТИЗАНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ В БЕЛОРУССИИ

В Белоруссии партизанская борьба в тылу немецко-фашистских захватчиков начала развёртываться с первых дней войны и приняла всенародный характер.

 

Подбором кадров для руководства партизанским движением занимался Секретариат ЦК КП(б)Б. В основе его работы по организации массового партизанского движения лежали Директива СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941, Постановление ЦК ВКП(б) от 18 июля 1941 «Об организации борьбы в тылу германских войск», а также директивы ЦК КП(б)Б № 1 от 30 июня и № 2 от 1 июля 1941. В соответствии с этими документами местные партийные органы обязывались заблаговременно подготовиться к подпольной работе и развёртыванию широкого партизанского движения.

 

Создаваемая сеть подпольных партийных органов, возглавивших партизанское движение, охватывала все районы Белоруссии. Первыми перешли на нелегальное положение Минский, затем Гомельский обкомы. В Пинской области функции обкома выполняла партийная «тройка». В 1941 г. на оккупированной территории действовало 3 подпольных обкома, 2 горкома, 21 райком. Там, где ЦК КП(б)Б совместно с обкомами сумели создать партийное подполье летом 1941 г., была высокая активность партизанского движения. Эффективно действовал партизанский отряд под командованием В. 3. Коржа, созданный в июне 1941 г. в Пинской обл.

 

С июля 1941 года начал борьбу организованный Полесским обкомом партии партизанский отряд «Красный Октябрь», под командованием Т. П. Бумажкова и Ф. И. Павловского.

 

Большую работу по развёртыванию партизанского движения проводил Минский подпольный обком. Активно действовали партизанские отряды Слуцкого, Старобинского, Краснослободского, Любанского, Руденского, Черпенского районов. В Могилёвской области начали борьбу коммунисты Кличевского, Осиповичского, Кричевского, Чериковского, Березинского и других районов.

 

Поднимались на борьбу с врагом жители Витебской области, в которой партизанское движение развернулось под руководством Россонского, Меховского, Богушевского, Лепельского, Суражского, Городокского, Ушачского подпольных райкомов партии. Большую подготовительную работу провёл Гомельский обком: сразу после оккупации начал боевые действия партизанский отряд «Большевик» под команд. И. С. Федосеенко.

 

Помимо организации партийного подполья, ЦК КП(б)Б вёл работу по оказанию помощи оставленным в тылу врага партийным и советским работникам. Уже в первый месяц войны ЦК КП(б)Б направил в тыл противника и организовал на местах 118 партизанских отрядов и групп.

 

Важное значение в становлении партизанских сил и укреплении в них строгой дисциплины имела разработанная ЦК КП(б)Б и опубликованная 2 авг. 1941 в газете «Звезда» присяга белорусского партизана.

 

Подпольные партийные ячейки, диверсионные, разведывательные группы, партизанские отряды и группы летом 1941 года были образованы в Белостокской, Барановичской, Вилейской, Брестской областях.

 

В апреле 1942 года на нелегальном совещании руководителей антифашистских комитетов и организаций Брестской области был создан межрайонный центр — «Комитет борьбы с немецко-фашистскими оккупантами» (секретарь И.П. Урбанович), возглавивший партизанскую борьбу в ряде районов Брестской области и в некоторых районах Барановичской и Белостокской областей.

 

Большинству партизанских отрядов в 1941 году приходилось начинать боевые действия в прифронтовой полосе, согласовывая их с действиями советских войск.

 

Особенностью развития партизанского движения в Белоруссии было пополнение партизанских отрядов воинами Красной Армии, оказавшимися в окружении. Они вносили в партизанское движение воинскую выучку, дисциплину, часто становились командирами и комиссарами партизанских отрядов и групп.

 

К середине августа 1941 года (по учтённым данным) на территории Белоруссии действовал 231 партизанский отряд, в которых насчитывалось свыше 12 тысяч человек.

 

В тяжёлых условиях развёртывалось партизанское движение в 1942 году. В результате понесённых потерь в борьбе с оккупантами осенью — зимой 1941 года, многие из партийных комитетов, созданных до оккупации, а также переброшенных через линию фронта, прекратили деятельность. Сократилось и число партизан: к началу 1942 года в партизанских отрядах насчитывалось около 4 тысяч бойцов.

 

К январю 1942 года на оккупированной территории действовали Минский и Гомельский подпольные обкомы, 3 горкома и 15 районных партийных организаций (комитетов, центров, «троек»).

 

31 января 1942 года ЦК КП(б)Б принял пост. «О мерах по улучшению связи и руководства подпольными партийными организациями и партизанскими отрядами Белоруссии».

 

Для укрепления руководства всенародной борьбой ЦК КП(б)Б образовал Северо-Западную оперативную группу (Калининский фронт) и Западную оперативную (Брянский фронт), которые должны были устанавливать и поддерживать непосредственную связь с подпольными партийными органами и партизанскими отрядами.

 

ЦК КП(б)Б направил в тыл врага с марта по сентябрь 1942 года свыше 20 партизанских отрядов, 102 организаторские и 62 диверсионные группы. Партизанское движение активизировалось на всей территории Белоруссии, начался процесс укрупнения партизанских формирований. Объединение партизанских отрядов Октябрьского района Полесской области явилось прообразом партизанских бригад.

 

8 апреля 1942 года в Витебской области была создана 1-я Белорусская партизанская бригада под командованием М. Ф. Шмырёва и Р. В. Шкредо. К середине 1942 года было уже 14 партизанских бригад, к концу года — 56, а к концу 1943 года — 180 партизанских бригад.

 

Совершенствовалось руководство партизанским движением: в июне 1942 года была упразднена Северо-Западная оперативная группа ЦК КП(б)Б, в сентябре — Западная группа, а 9 сентября 1942 года был образован Белорусский штаб партизанского движения (БШПД).

 

В результате успешных боевых действий партизанских формирований на оккупированной территории с конца 1941 года начали образовываться партизанские края и зоны. В марте 1942 года был полностью освобождён Кличевский район Могилёвской области с райцентром. Большие территории были освобождены в 1942 году в Белорусском Полесье, Витебской, Минской, Барановичской, Вилейской областях. С конца 1943 года партизаны контролировали около 60% оккупированной территории Белоруссии.

 

Большую роль в развитии партизанского движения сыграл 5-й Пленум ЦК КП(б)Б, состоявшийся 26—28 февраля 1943 года в Москве, который подчеркнул, что первоочередной задачей подпольных партийных органов является дальнейшее усиление партизанского движения.

 

В соответствии с этим решением ЦК КП(б)Б в 1943 году создал новые подпольные обкомы, было практически закончено создание подпольных партийных органов в Витебской, Гомельской, Минской и Пинской областях.

 

В 1943 году ЦК КП(б)Б и БШПД направили на оккупированные территории 13 партизанских отрядов и 111 организаторских и диверсионных групп. За линию фронта было отправлено около 1900 человек.

 

Большая помощь белорусским партизанам была оказана из советского тыла оружием, боеприпасами, медикаментами и т. п.

 

В ноябре 1942 года на территории Белоруссии действовали 430 партизанских формирований насчитывавших около 50 тысяч бойцов, к маю 1943 — 548 партизанских отрядов, в которых сражались свыше 75 тысяч человек.

 

Массовый приток в партизанские отряды наблюдался летом и осенью 1943 года, после победы Красной Армии в Курской битве. В сентябре 1943 года с врагом сражались 103 тысячи партизан, к концу 1943 года — свыше 153 тысяч. В течение 1943 года в партизанские отряды вступило около 96 тысяч патриотов.

 

В ноябре 1942 г. ЦК КП(б)Б принял постановление о развёртывании партизанского движения в западных областях. Уполномоченные ЦК КП(б)Б были направлены в Барановичскую, Белостокскую, Брестскую, Виленскую области, где с их помощью были образованы подпольные обкомы и другие партийные органы.

 

По указанию БШПД в западные области были передислоцированы многие партизанские бригады и отряды из восточных районов Белоруссии. Так, в октябре 1943 г. из-под Витебска в Вилейскую область перешли бригады им. К.К. Рокоссовского, им. Г.К. Жукова, 4-я Белорусская, а также 7 отрядов из других партизанских бригад.

 

В ноябре 1943 года в Брестской, Барановичской, Пинской, Вилейской, Белостокской областях действовало 185 партизанских отрядов, насчитывавших около 26 тысяч бойцов.

 

Вместе с ростом партизанских отрядов росли и партизанские резервы, из которых пополнялись действующие отряды и формировались новые. К началу 1943 года партизанский резерв составлял 150 тысяч человек (в ноябре 1942 года — 30 тысяч человек).

 

По мере развития партизанского движения успешно проводились операции наступательного характера. Уничтожались крупные фашистские гарнизоны, проводились налёты на железнодорожные станции, захватывались плацдармы.

 

Партизаны активно участвовали в крупных операциях на вражеских коммуникациях — «Рельсовая война» и «Концерт». Эффективной формой борьбы были партизанские рейды. Рейды применялись при передислокации партизанских отрядов в новые районы базирования.

 

Активно действовали партизаны в период Белорусской операции 1944 года. Во время её проведения большинство резервов немецко-фашистских армий «Центр» были скованы борьбой с партизанами. В период боёв за освобождение Белоруссии войсками Красной Армии на оккупированной территории действовало 157 бригад и 83 отдельных партизанских отряда, в рядах которых сражались свыше 270 тысяч патриотов. Партизанский резерв насчитывал до 250 тысяч человек.

 

Партизаны оказывали помощь советским войскам при форсировании рек, захватывая и удерживая до их прихода мосты, мешали организованному отходу противника, с подходом советских танков действовали в качестве танковых десантов, участвовали в освобождении Минска, Слуцка, Борисова, Могилёва, Кличева, Пинска и других городов.

 

Белорусские партизаны взаимодействовали с партизанами оккупированных областей РСФСР, Литвы, Украины.

 

За весь период оккупации Белоруссии в партизанском движении участвовало свыше 440 тысяч человек. С июня 1941 года по июль 1944 года партизанами было убито, ранено и взято в плен свыше 500 тысяч немецко-фашистских оккупантов и их пособников. Народные мстители подорвали 11128 вражеских эшелонов, 34 бронепоезда, разгромили 29 железнодорожных станций, 948 штабов, уничтожили 18700 автомашин, 1355 танков и бронемашин, 305 самолётов, взорвали 939 складов с боеприпасами. За совершённые подвиги 87 патриотов были удостоены звания Героя Советского Союза, 120 тысяч награждены боевыми орденами и медалями.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Партизанское движение на Украине

ПАРТИЗАНСКОЕ ДВИЖЕНИЕ НА УКРАИНЕ.

После получения Директивы СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 года ЦК КП(б) Украины создал оперативную группу для организации сети подпольных партийных органов, партизанских формирований, подбора и подготовки кадров организаторов народной борьбы в тылу врага.

 

5 июля 1941 ЦК КП(б)У рассмотрел вопрос о создании партийного подполья и развёртывании всенародной борьбы в тылу немецко-фашистских оккупантов. Требования и рекомендации ЦК были изложены по радио 6 июля и опубликованы в воззвании к украинскому народу Президиума ВС УССР, СНК УССР, ЦК КП(б)У.

 

Для подпольной работы и руководства партизанским движением с июня по сентябрь 1941 года было образовано 23 обкома, 685 райкомов и горкомов, 4316 подпольных партийных ячеек. Однако не все созданные партийные органы смогли начать работу на оккупированной территории, ряд подпольных партийных органов был сформирован после оккупации территории УССР.

 

В августе 1941 г. по решению ЦК КП(б)У в Киеве была создана спецшкола по подготовке кадров для партизанского движения, затем такие школы были образованы в Харькове, Полтаве, Лисичанске. За несколько месяцев в них прошли подготовку около 4,5 тысяч организаторов подполья и партизанского движения.

 

Партийные подпольные органы организовывались и базировались с учётом местных условий. Составы партийных органов степных районов рассредоточивались по нескольким населённым пунктам. В лесной зоне Украины развёртывалась широкая сеть партизанских формирований, на которые базировались подпольные партийные органы. Ещё до оккупации под руководством ЦК КП(б)У обкомы, горкомы и райкомы партии организовали для развёртывания партизанского движения 883 отряда, свыше 1700 диверсионных и разведывательных групп.

 

Широкая сеть партизанских формирований была создана в Днепропетровской, Киевской, Кировоградской, Николаевской, Одесской, Полтавской, Сталинской, Сумской, Харьковской и Черниговской областях.

 

В Сумской области было образовано 35 отрядов, насчитывавших свыше 1450 бойцов. Центром концентрации партизанских сил Сумской области был Спадщанский лес. Боевая деятельность Сумского партизанского соединения (командир С.А. Ковпак) сыграла выдающуюся роль в развитии партизанского движения на Украине.

 

К концу 1941 года были сформированы партизанские отряды во всех районах Черниговской области. После объединения с областным партизанским отрядом четырёх районных отрядов было образовано одно из крупнейших партизанских соединений на Украине (командир соединения А.Ф. Фёдоров).

 

Большую работу по формированию партизанских сил провёл Сталинский обком КП(б)У, организовавший в 37 районах области 180 партизанских отрядов и групп, насчитывавших в своём составе свыше 4 тысяч человек.

 

Под руководством Киевского горкома партии было создано 11 партизанских отрядов и 2 партизанских полка, насчитывавших свыше 4 тысяч бойцов. В Киевской области было сформировано 24 отряда.

 

С большими трудностями встретились партийные комитеты при организации партизанского движения в западных областях Украины, где Советская власть существовала всего около 2 лет, а в Измаильской и Черновицкой областях — лишь один год. Но и там создавались партизанские отряды и группы.

 

Наиболее успешно развёртывалась партизанская борьба с немецко-фашистскими оккупантами в Станиславской, Ровенской и Волынской областях.

 

Под руководством ЦК КП(б)У, подпольных партийных органов партизанское движение на Украине уже в 1941 году приобрело широкий размах. В партизанских отрядах и диверсионных группах сражались свыше 28 тысяч бойцов, которых активно поддерживало население.

 

Крепло и активизировалось партизанское движение на Киевщине, Житомирщине, в Каменец-Подольской, Винницкой и других областях. Нарастала борьба в западных областях Украины: в сентябре 1942 года патриоты Львова объединились в единую подпольно-партизанскую организацию «Народная гвардия». Укреплению партизанских сил в Ровенской области способствовало появление в окрестностях города партизанского отряда под командованием Д.Н. Медведева. Сильные удары по врагу наносили Черниговский областной партизанский отряд, партизанский отряд под командованием А.Н. Сабурова, Путивльский партизанский отряд Ковпака, партизаны Полтавской, Харьковской, Киевской, Кировоградской и других областей. На 1 мая 1942 года ЦК КП(б)У имел связь с 766 украинскими партизанскими отрядами, насчитывавшими в своём составе свыше 26 тысяч бойцов и 613 диверсионно-разведывательными группами, в которых сражались около 2 тысяч человек.

 

Для объединения руководства партизанским движением по Постановлению ГКО от 30 мая 1942 года в июне 1942 года был создан Украинский штаб партизанского движения (УШПД). Для усиления парт, руководства партизанским движением и партийным подпольем Политбюро ЦК ВКП(б) решением от 2 октября 1942 года образовало подпольный ЦК КП(б)У, в состав которого вошли В.А. Бегма, А.И. Гаевой, М.С. Гречуха, А.Н. Зленко, С.А. Ковпак, П.Ф. Куманёк, Л.Р. Корниец, Д.С. Коротченко, С.В. Руднев, М.С. Спивак, А.Н. Сабуров, В.Ф. Старченко, Т.А. Строкач, И.К. Сыромолотный, А.Ф. Фёдоров и другие.

 

ЦК КП(б)У нацелил подпольный ЦК на изучение и обобщение опыта борьбы во вражеском тылу, на оперативное решение непосредственно на местах вопросов деятельности подпольных партийных органов, на дальнейшее развёртывание партизанского движения. Подпольный ЦК КП(б)У разработал план действий партийных и советских органов Украины на оккупированной территории. УШПД в сентябре — ноябре 1942 года переправил в тыл врага 59 организаторских групп (629 человек). Начался рейд партизанских соединений Ковпака и Сабурова из восточных районов в западные, затем началась передислокация других украинских партизанских отрядов, находившихся в Брянских лесах Орловской области. В Сумскую область вышли отряды под командованием Я.И. Мельника, П.Ф. Куманька, М.И. Наумова. Готовилось к рейду Черниговское соединение А.Ф. Фёдорова, находившееся в Клетнянских лесах Орловской области.

 

К концу 1942 года на Украине действовало свыше 1 тысячи подпольных партийных и комсомольских органов, организаций и групп, 5 крупных партизанских соединений, около 900 партизанских отрядов и свыше 1 тысячи диверсионных и разведывательных групп, в которых сражались более 77 тысяч советских патриотов.

 

В результате расширения партизанского движения на территории Украины в 1942 — 43 годах образовались партизанские края и зоны. Партизаны контролировали обширные районы Ровенской, Сумской, Житомирской и Волынской областей.

 

Особенно широко развернулось партизанское движение в Черниговской области. Её южные районы и прилегающие к ним районы Киевской области стали партизанской зоной, которую контролировало свыше 20 тысяч партизан. В Сумской области, после ухода на Правобережную Украину 4 партизанских соединений, были созданы новые партизанские формирования. После прибытия в конце 1942 года партизанского соединения Сабурова значительно активизировалась партизанская борьба на Житомирщине. Под руководством подпольных обкомов усиливалось партизанское движение в Каменец-Подольской, Винницкой, Кировоградской области.

 

Большое влияние на рост партизанского движения оказали рейды партизанских соединений Мельника, Наумова по территории ряда областей. Расширялось партизанское движение и в западных районах Украины: на Ровенщине действовало партизанское соединение Медведева и 11 местных партизанских отрядов, в Волынской области — партизанское соединение Фёдорова и несколько местных отрядов.

 

К концу 1943 года на оккупированной территории Украины действовало 29 партизанских соединений и 83 отдельных отряда, с которыми поддерживал связь УШПД. В составе этих соединений и отрядов сражались с оккупантами 43,5 тысячи партизан.

 

Многие партизанские отряды и группы не имели связи с УШПД и действовали самостоятельно. Всего в 1943 на оккупированной территории Украины действовало свыше 300 тысяч партизан.

 

Для непосредственного руководства боевой деятельностью партизанских формирований были образованы областные штабы партизанского движения (Сумской, Черниговский, Житомирский, Ровенский, Винницкий, Каменец-Подольский). На остальной части Украины партизанскими формированиями руководили подпольные обкомы партии и представительства УШПД при военных советах фронтов.

 

Партизанские соединения и отряды взаимодействовали с частями Красной Армии в битве за Днепр, в Киевской, Корсунь-Шевченковской и других крупных операциях.

 

Несмотря на то что после освобождения Левобережной Украины находившиеся здесь партизанские отряды были расформированы, численность партизан к началу 1944 года возросла. В январе 1944 года действовало 31 соединение (192 отряда) и 81 отдельный отряд. Партизанские формирования в этот период были сосредоточены в Винницкой, Волынской, Житомирской, Каменец-Подольской, Ровенской областях. 19 партизанских соединений и отрядов были перебазированы в Станиславскую, Львовскую, Тернопольскую, Черновицкую и Волынскую области. В конце 1943 — начале 1944 года, при наступлении четырёх Украинских фронтов от Полесья до Чёрного моря, партизанские формирования В.А. Бегмы, М.И. Наумова, А.Н. Сабурова, А.Ф. Фёдорова, И.Ф. Фёдорова оказывали советским войскам большую помощь.

 

После освобождения Правобережной Украины и половины территории западных областей в ещё оккупированные районы были направлены партизанские отряды из расформированных соединений В.А. Бегмы и А.Ф. Фёдорова, переправлялись в тыл противника и крупные соединения. Важное значение для развития партизанского движения в западных областях Украины имел рейд 1-й партизанской дивизии им. С.А. Ковпака под командованием П.Н.Вершигоры (Львовско-Варшавский рейд).

 

До февраля 1944 года по указанию ЦК КП(б)У в западные области было передислоцировано с Правобережной Украины 15 партизанских соединений. Летом 1944 года, когда Красная Армия завершала освобождение западных областей Украины, партизаны усилили удары по коммуникациям врага, тесно взаимодействуя с советским командованием. В 1944 силами украинских партизан было освобождено 45 городов, райцентров, железнодорожных станций, которые удерживались ими до подхода советских войск.

 

В борьбе с немецко-фашистскими оккупантами в годы войны на оккупированной территории Украины принимало участие свыше 500 тысяч партизан. Всего на оккупированной территории Украины действовало 60 партизанских соединений и около 2 тысяч партизанских отрядов и разведывательно-диверсионных групп, не входивших в состав соединений.

 

Партизанами было выведено из строя около 500 тысяч фашистских оккупантов и их пособников, разгромлено 467 гарнизонов, комендатур, штабов, полицейских управлений, пущено под откос около 5 тысяч воинских эшелонов, подорвано свыше 1500 танков, 200 самолётов, 600 железнодорожных мостов, уничтожено свыше 900 складов.

 

95 патриотам, сражавшимся в партизанских отрядах на территории Украины, было присвоено звание Героя Советского Союза, 183 тысячи партизан были награждены орденами и медалями.

 

на предыдущую на следующую

ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ СТОРОН К НАЧАЛУ КАМПАНИИ 1945 ГОДА

1944-й год был ознаменован величайшими победами Вооруженных Сил СССР и героическими подвигами тружеников тыла.

 

Советский народ по-прежнему нес основную тяжесть борьбы с фашистскими захватчиками, напрягал все силы, чтобы ускорить достижение полной победы. В стране росло производство чугуна, стали, проката, увеличивалась добыча угля, выработка электроэнергии. Тыл страны в достатке снабжал фронт вооружением, боеприпасами, снаряжением, продовольствием.

 

Грандиозные победы Советского Союза над фашистской Германией, одержанные в 1944 г., оказали решающее влияние на всю международную обстановку.

 

К 1945 г. неизмеримо возрос международный авторитет СССР. К этому времени Советский Союз имел дипломатические отношения уже с 41 государством, тогда как непосредственно перед войной они были установлены лишь с 25 государствами.

 

В ходе летне-осенней кампании 1944 г. Советские Вооруженные Силы уничтожили 96 фашистских дивизий и 24 бригады. Кроме того, они разгромили 219 дивизий и 22 бригады, которые потеряли от 50 до 75 процентов своего состава. В общей сложности урон гитлеровской Германии на советско-германском фронте за это время составил 1 600 тыс. солдат и офицеров, в том числе безвозвратные потери (за период с июня по декабрь) — более 860 тыс. человек, 6700 танков, 2800 орудий и минометов, более 12 тыс. самолетов. Немецко-фашистская армия испытывала острый недостаток в людях и боевой технике. За август — октябрь 1944 г. потери ее сухопутных войск были восполнены всего лишь на 56 процентов.

 

Намного ослаб военно-экономический потенциал Германии. После изгнания вермахта с огромных оккупированных территорий на Востоке и Западе она лишилась богатых источников стратегического сырья и продовольствия. Сузилась и её военно-промышленная база. Однако, в 1944 г. германская военная промышленность смогла ещё выпустить немало боевой техники: 149 тыс. орудий и 33 200 минометов всех видов, 18 300 танков и штурмовых орудий, 32 900 боевых самолетов. Но к концу года производство вооружения стало заметно падать. В первом квартале 1945 г. оно ещё более сократилось.

 

Усилилась изоляция фашистской Германии на международной арене. Гитлеровский блок развалился. Румыния, Болгария, Италия и Финляндия не только порвали всякие связи с германским государством, но и начали против него военные действия. К концу 1944 г. с Германией поддерживали дипломатические отношения только 9 государств.

 

Однако, несмотря на значительное ухудшение положения Германии, ее вооруженные силы все еще представляли внушительную силу — под ружьем находилось более 9 420 тыс. солдат и офицеров (без учета 350 тыс. человек в инонациональных формированиях). Действующая армия фашистской Германии насчитывала свыше 5,4 млн. человек. Как и прежде, большая её часть была сосредоточена на советско-германском фронте. В его составе находилось находилось 3,7 млн. человек, 56,2 тыс. орудий и минометов, 8,1 тыс. танков и штурмовых орудий, 4,1 тыс. самолетов. В тылу противник имел большое количество резервов и различных формирований, так называемую армию резерва — в общей сложности 2,5 млн. человек, 10,1 тыс. орудий и минометов, свыше 1,6 тыс. танков и штурмовых орудий, 323 боевых самолета. Значительная часть этих сил вскоре также была переброшена на восточный фронт.

 

В результате успешного наступления Красной Армии линия советско-германского фронта сократилась с 4400 до 2200 км. Теперь она проходила по территории Курляндии, Клайпедской области, Восточной Пруссии, Польши, Чехословакии и Венгрии.

 

Благодаря огромным усилиям ВКП(б), Советского правительства и всего народа мощь Вооруженных Сил еще более возросла. К январю 1945 г. они насчитывали 9 412 тыс. человек, 144,2 тыс. орудий и минометов, 15,7 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок и 22,6 тыс. боевых самолетов. После трех с половиной лет кровопролитной борьбы Красная Армия, вышедшая к границам Германии, была, как никогда, сильной, хорошо вооруженной. В этом нашли одно из важнейших проявлений великие преимущества социалистического строя, его огромные возможности. В действующей армии (без резерва Ставки) было 6,7 млн. человек, 107,3 тыс. орудий и минометов, 12,1 тыс. танков и САУ, 14,7 тыс. боевых самолетов. В нее входили также польские, чехословацкие, румынские и болгарские войска: 29 дивизий и 5 бригад, насчитывавших 347,1 тыс. человек, свыше 3,9 тыс. орудий и минометов, 181 танк и САУ, 427 боевых самолетов. В составе 3-го Белорусского фронта сражался французский авиационный полк «Нормандия — Неман».

 

На фронте Советские Вооруженные Силы превосходили противника: по личному составу — в 1,8 раза, по орудиям и минометам — в 1,9, по танкам и самоходно-артиллерийским установкам — в 1,5, по боевым самолетам — в 3,6 раза.

 

На Западе рубежи английских, американских и французских армий проходили от устья реки Маас в Голландии вдоль границ Германии до Швейцарии. Всего здесь у союзников было 76 полнокровных дивизий и 15 отдельных бригад. Им противостояли 74 слабо укомплектованные германские дивизии и 3 бригады. В Италии союзные войска, находившиеся на рубеже Равенна, Пиза, имели 22 дивизии и 9 бригад. Против них действовали 31 дивизия и 1 бригада противника. На Балканах Народно-освободительная армия Югославии вела борьбу с 10 немецкими дивизиями и 4 бригадами. Всего на европейских фронтах США, Великобритания и Франция имели 5,7 млн. человек, 50 тыс. орудий и минометов, 16,1 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок, 16,7 тыс. боевых самолетов. Действовавшие против этих сил немецко-фашистские войска насчитывали 1,9 млн. человек, 45 тыс. орудий и минометов, 3,5 тыс. танков и штурмовых орудий, 2,7 тыс. самолетов. Союзники имели огромное превосходство над противником: по личному составу — в 3 раза, по орудиям и минометам — в 1,1, по танкам и самоходно-артиллерийским установкам — в 4,6, по боевым самолетам — в 6,2 раза. Несмотря на это, армии США и Англии отвлекли на себя лишь одну треть немецко-фашистских дивизий. Следовательно, и после открытия второго фронта западные союзники в борьбе с общим врагом прилагали намного меньше усилий, чем Советский Союз.

 

Планы сторон на 1945 год были следующими. Советские Вооруженные Силы, очистившие от оккупантов всю советскую землю (за исключением северо-западной части Латвийской ССР) и почти всю Юго-Восточную Европу, теперь должны были завершить разгром врага. Эту задачу предусматривалось осуществить в ходе одной военной кампании.

 

По плану Верховного Главнокомандования советским войскам предстояло одновременно нанести сокрушительные удары на всем советско-германском фронте, разгромить группировки врага в Восточной Пруссии, Польше, Чехословакии, Венгрии, Австрии и выйти на рубеж устье реки Висла, Быдгощ, Познань, Бреслау (Вроцлав), Моравска-Острава, Вена. Основные их усилия сосредоточивались на варшавско-берлинском направлении, на фронте в 300 км. В последующем Красная Армия должна была занять Берлин, освободить Прагу и победоносно закончить войну.

 

К участию в этом наступлении привлекались семь фронтов — три Белорусских и четыре Украинских. Войскам 2-го и 1-го Прибалтийских фронтов предстояло и дальше блокировать с суши прижатую к морю курляндскую группировку врага и во взаимодействии с Краснознаменным Балтийским флотом не допустить переброски её войск на другие направления.

 

Части сил 1-го Прибалтийского фронта предстояло принять участие в наступлении в Восточной Пруссии.

 

Балтийский флот должен был активно содействовать наступлению сухопутных войск. Северный флот, обеспечивая внешние и внутренние перевозки, вел ожесточенную борьбу с германскими подводными лодками.

 

Военно-воздушные силы должны были, удерживая господство в воздухе, наносить сосредоточенные удары по врагу, содействуя сухопутным войскам и Военно-Морским Силам в выполнении поставленных им задач.

 

Англо-американское союзное командование вновь решило ускорить наступление в глубь Германии. Как и в последних числах августа 1944 г., так и теперь в основе этих соображений лежали политические мотивы. Союзников беспокоили грандиозное наступление Красной Армии, стремительный темп её продвижения к Берлину. Их решения на проведение стратегических операций принимались в зависимости от положения на советско-германском фронте.

 

Что касается германского командования, то оно все еще продолжало надеяться на раскол антифашистской коалиции. Ожидая большого наступления советских войск, гитлеровцы принимали меры к тому, чтобы не допустить их к жизненно важным центрам Германии. На берлинском направлении на глубину до 500 км враг подготовил семь оборонительных рубежей, проходивших по территории Польши, между Вислой и Одером (Одрой), и усовершенствовал укрепления на бывшей германо-польской границе, особенно на рубеже Одера, а также на южных границах Германии.

 

Фашисты надеялись, опираясь на прочную оборону, обескровить наступающие советские войска и не допустить их к Берлину.

 

Одновременно фашистское командование планировало активные действия против советских войск в Венгрии и продолжение контрнаступления против американо-английских войск на Западе.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Освобождение Польши

ОСВОБОЖДЕНИЕ ПОЛЬШИ

В общем плане кампании на 1945 год войска Красной Армии готовились к январскому наступлению, которое намечалось развернуть от Балтики до южных отрогов Карпат. Советским войскам предстояло разгромить противника в Польше, завершить освобождение польского народа от гитлеровской оккупации. Оно должно было создать выгодные условия для наступления непосредственно на Берлин.

 

Немецко-фашистское командование стремилось любой ценой удержать Польшу. На ее территории, на фронте от Сероцка до Ясло, оно имело 30 дивизий, 2 бригады и гарнизон Варшавы в составе 4—5 крепостных пехотных батальонов. Кроме того, в городах Польши в качестве гарнизонов располагались до 50 отдельных батальонов, которые в последующем были использованы в боях против советских войск. Из семи оборонительных рубежей между Вислой и Одером наиболее подготовленным был первый — вислинский. Его плотно занимали главные силы группы армий «А». Остальные рубежи не были заранее заняты войсками и предназначались для того, чтобы в случае прорыва Красной Армии последовательной обороной обескровить здесь её войска и не допустить их к Одеру.

 

Задачу освобождения Польши Ставка возложила на 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты. Правее должны были наступать войска левого крыла 2-го Белорусского фронта, а левее — войска правого крыла 4-го Украинского.

 

Операция по освобождению польских земель к западу от Вислы получила название Висло-Одерской. Основная её идея состояла в том, чтобы одновременными сильными ударами на нескольких участках взломать оборону гитлеровцев, быстро ввести в образовавшиеся бреши крупные массы войск и, развивая успех танковыми и механизированными соединениями, стремительно преследовать противника. При этом предполагалось занять промежуточные рубежи вражеской обороны раньше отступающих немецких частей или резервов. Важная роль в операции отводилась авиации.

 

Планировалось нанесение двух основных мощных ударов в направлении на Познань и Бреслау, чтобы быстро прорвать всю глубину обороны врага, рассечь его группировку на изолированные части и уничтожить их.

 

Исходным рубежом наступления была река Висла. 1-й Белорусский фронт наносил главный удар с магнушевского плацдарма в общем направлении на Познань. Одновременно его войска вели наступление с пулавского плацдарма в общем направлении на Радом, Лодзь. Часть сил фронта, действовавшая на правом крыле, должна была разгромить варшавскую группировку противника.

 

Войска 1-го Украинского фронта наносили удар с сандомирского плацдарма в общем направлении на Бреслау.

 

В составе этих фронтов насчитывалось 2203,7 тыс. человек, 33 500 орудий и минометов, свыше 7 тыс. танков и самоходно-артиллерийских установок, 5 тыс. боевых самолетов, что составляло одну треть орудий и минометов, более половины танков и САУ, одну треть самолетов всей действующей армии.

 

Операции предшествовала тщательная подготовка войск. Они пополнялись людьми, техникой и вооружением. Непрерывно совершенствовались тактические приемы боя, организация управления и взаимодействия всех родов войск и авиации.

 

Начало операции было ускорено в связи с просьбой союзников облегчить их тяжелое положение, в которое они попали в результате наступления немецко-фашистских войск в Арденнах и Вогезах.

 

12 января ударная группировка 1-го Украинского фронта, а 14 января ударная группировка 1-го Белорусского фронта перешли в наступление. Главная полоса обороны на вислинском рубеже была прорвана в первые же сутки наступления. Введенные в сражения танковые соединения, развивая успех пехоты, стремительно продвигались на запад. Преодолевая или обходя отдельные очаги сопротивления, подвижные части захватывали подготовленные позиции в тылу врага и тем самым лишали его возможности закрепиться на них.

 

Войска 1-го Украинского фронта, продвинувшись за четыре дня до 100 км, заняли крупный город Кельце. 17 января соединения 3-й гвардейской танковой армии, 5-й гвардейской армии и 52-й армии преодолели вражескую оборону на реке Варта и штурмом овладели военно-промышленным центром Польши— городом Ченстохова.

 

Успешно наступали и войска 1-го Белорусского фронта. За первые два дня они продвинулись в глубину обороны врага на 25 — 50 км и нанесли ему тяжелые потери. 16 января 69-я армия и 11-й танковый корпус штурмом овладели городом Радом и затем стали стремительно продвигаться на Лодзь. Тем временем 47-я и 61-я армии обходили Варшаву с севера и юга.

 

Части 2-й гвардейской танковой армии ударили по варшавской группировке противника с тыла. В ночь на 17 января перешла в наступление 1-я армия Войска Польского. Она форсировала Вислу севернее и южнее Варшавы, сломила сопротивление противника и утром 17 января ворвалась в столицу.

 

Быстрому продвижению советских войск направлениях на Познань и Бреслау в значительной мере способствовало наступление 3-го и 2-го Белорусских фронтов в Восточной Пруссии и на северо-западе Польши и 4-го Украинского фронта в южных районах Польши.

 

18 января армии 1-го Украинского фронта развернули борьбу за Верхне-Силезский промышленный район. 19 января соединения 3-й гвардейской танковой, 5-й гвардейской и 52-й армий подошли к Бреслау, а войска левого крыла фронта освободили древнюю столицу Польши — Краков. Продвигаясь вперед, они обходили с юга группировку противника, находившуюся юго-западнее Ченстоховы. С севера по ней нанесла удар 21-я армия. Советское командование предприняло охватывающий маневр силами 3-й гвардейской танковой армии и 1-го гвардейского кавалерийского корпуса. Под угрозой окружения противник был вынужден поспешно отступить и был окончательно разгромлен западнее Силезского района.

 

В период с 23 января по начало февраля войска 1-го Украинского фронта на широком фронте вышли на Одер. Форсировав реку в районах Олау (Олава) и северо-западнее Оппельна (Ополе), они захватили и расширили плацдарм на её западном берегу. К северо-западу от Бреслау достигли реки 3-я гвардейская, 13-я и 4-я танковая армии, у самого города — 52-я и 6-я армии, а юго-восточнее Бреслау — 5-я гвардейская и 3-я гвардейская танковая армии.

 

Войска 1-го Белорусского фронта 18 января завершили уничтожение вражеских войск, окруженных к западу от Варшавы, а на другой день овладели крупным промышленным городом Лодзь.

 

В связи с тем, что войска 2-го Белорусского фронта начали продвигаться на северо-запад, в район Эльбинга (Эльблонг), между ним и 1-м Белорусским фронтом образовался разрыв. Гитлеровцы решили воспользоваться создавшейся брешью и нанести контрудар с севера во фланг 1-го Белорусского фронта крупными силами, сосредоточенными в Восточной Померании. Чтобы надежно обеспечить правое крыло фронта и отразить контрудар померанской группировки фашистов, в сражение были введены армии второго эшелона (в том числе 1-ю армию Войска Польского) 1-го Белорусского фронта и часть сил ударной группировки.

 

Главные же силы фронта продолжали наступление на запад. Вскоре они окружили познанскую, а затем шнейдемюльскую группировки врага. 29 января войска 1-го Белорусского фронта вступили на территорию Германии. Продвигаясь к Одеру, объединения фронта к 3 февраля полностью очистили от противника правый берег реки, форсировали её и захватили плацдармы в районе Кюстрина (Костшин). На Одер вышли на широком фронте шесть армий, в том числе две танковые.

 

В начале февраля полным успехом завершилась эта операция — одна из крупнейших наступательных операций Великой Отечественной войны. Она была развернута в полосе до 500 км, на глубину 500 км и продолжалась 23 дня. Средний темп продвижения советских войск составил 25 км в сутки, а танковых и механизированных соединений — 30—-35 км. В ходе операции враг понес огромный, невосполнимый урон: было разгромлено 25 и уничтожено 35 его дивизий. Войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов захватили богатые трофеи: до 14 тыс. орудий и минометов, около 1400 танков и штурмовых орудий, много другого вооружения, боевой техники и снаряжения. Это крупное поражение вынудило германское командование перебросить в полосу наступления Красной Армии дополнительно более 29 дивизий, 4 бригады и значительное количество техники и вооружения с других участков советско-германского фронта, с западного и итальянского фронтов, а также войска из резерва.

 

Успех грандиозного наступления советских войск получил большой международный резонанс. Так, У. Черчилль 27 января 1945 г. писал И. В. Сталину: «Мы восхищены Вашими славными победами... Примите нашу самую горячую благодарность и поздравление по случаю исторических подвигов».

 

К началу февраля обозначился большой успех наступления и на других направлениях. Соединения 2-го Белорусского фронта достигли побережья Балтики в районе Мариенбург (Мальборк), Эльбинг и окончательно отсекли восточно-прусскую группировку противника. Это значительно облегчило действия советских войск в Польше. Наступавшие в предгорьях Карпат войска 4-го Украинского фронта под командованием генерала И. Е. Петрова в течение января продвинулись по территории Южной Польши и Чехословакии на 100—200 км. и вышли на линию Бельско-Бяла, Закопане, Попрад (70 км западнее Прешова).

 

В результате январского наступления Красная Армия освободила большую часть западных районов Польши. Боевые действия велись уже на территории Германии. Войска Красной Армии находились на подступах к Берлину: до него оставалось 60—70 км.

 

Гитлеровские войска закреплялись на рубежах по Одеру и так называемому Померанскому валу, рассчитывая не допустить дальнейшего продвижения советских армий в глубь Германии. В Померании готовилась нанести контрудар немецкая группа армий «Висла», созданная 25 января. Советское командование, разгадав намерение врага, принимало необходимые меры к их срыву.

 

В феврале — марте главные усилия Красной Армии были направлены против группировок противника на территории Восточной Померании, Нижней и Верхней Силезии, Восточной Пруссии. Одновременно шли напряженные бои за удержание и расширение плацдармов, занятых на западном берегу Одера. Часть советских войск выходила на рубеж реки Нейсе.

 

В Восточной Померании гитлеровское командование сосредоточило две армии из состава группы армий «Висла», которые угрожали с севера соединениям 1-го Белорусского фронта, выдвинувшимся к Одеру.

 

Фашисты, стремясь закрепиться в Померании и сохранить пути в Восточную Пруссию, решили нанести контрудар силами 16 пехотных, 4 танковых, 2 моторизованных дивизий, 5 бригад, 8 отдельных групп и 5 гарнизонов крепостей. В резерве группы армий «Висла» находились 4 пехотные и 2 моторизованные дивизии.

 

Ставка Верховного Главнокомандования, оценив сложившуюся обстановку, освободила 2-й Белорусский фронт от дальнейшего участия в боевых действиях на территории Восточной Пруссии и поручила ему ликвидировать восточно-померанскую группировку врага. Войскам фронта предстояло очистить от противника побережье Балтийского моря от устья Вислы до устья Одера и овладеть портами Данциг (Гданьск) и Гдыня. Противник занимал здесь заранее созданный, сильно укрепленный оборонительный рубеж — Померанский вал, состоявший из нескольких хорошо оборудованных в инженерном отношении оборонительных полос. Учитывая это, Ставка привлекла к разгрому померанской группировки, кроме 2-го Белорусского фронта, войска 1-го Белорусского фронта, включая его танковые армии, и 1-ю армию Войска Польского. В операцию подключилась также часть сил Балтийского флота.

 

Развивая наступление, советское войска нанесли по вражеской группировке два мощных удара: один — 24 февраля силами 2-го Белорусского фронта из района Линде на Кёзлин, другой — 1 марта силами 1-го Белорусского фронта из района юго-восточнее Штаргарда на Кольберг (Колобшег). Наступающие армии рассекли восточно-померанскую группировку и вышли к побережью Балтийского моря.

 

С выходом к морю войска 2-го Белорусского фронта повернули к востоку, в направлении на Данциг, а 1-го Белорусского — на запад, к низовьям Одера. К концу марта Восточная Померания была полностью очищена от вражеских войск, соединения 2-го Белорусского фронта овладели портами Гдыня и Данциг.

 

Одновременно с ликвидацией противника в Померании развернулись сражения в Нижней и Верхней Силезии. Здесь войска 1-го Украинского фронта должны были нанести поражение силезской группировке, выйти на рубеж реки Нейсе, занять более выгодные исходные позиции для последующих ударов на берлинском и дрезденском направлениях, а также охватить с севера вражеские войска, действовавшие в Чехословакии. Фронту противостояли 26 пехотных, 4 танковые, 2 моторизованные дивизии, а также танковая бригада и корпусная группа «Бреслау».

 

8 февраля с плацдарма севернее Бреслау войска правого крыла 1-го Украинского фронта (3-я гвардейская, 13-я, 52-я общевойсковые, 4-я и 3-я гвардейская танковые армии) начали Нижне-Силезскую операцию. Удары наносились из района южнее Глогау (Глогув) в направлениях на Котбус и Пенцих. Оборона противника в Нижней Силезии была прорвана в первый же день наступления. Развивая успех, советские армии к 24 февраля продвинулись более чем на 100 км и вышли на рубеж реки Нейсе в полосе 100 км, от ее устья до Пенциха и окружили гарнизоны крепостей Бреслау (до 40 тыс. человек) и Глогау (до 18 тыс.). В этих районах оборона гитлеровцев по Одеру была прорвана.

 

15 марта войска левого крыла фронта (5-я гвардейская, 21, 59, 60-я и переброшенная сюда 4-я танковая армии, три танковых и механизированных корпуса) приступили к Верхне-Силезской операции. Разгромив оппельнскую группировку врага, советские войска вышли к предгорьям Судет, на границу Чехословакии. В результате этой операции войска левого крыла 1-го Украинского фронта в районе юго-западнее Оппельна окружили и к исходу 20 марта разгромили свыше пяти дивизий противника.

 

К концу марта соединения 1-го и 2-го Белорусских, 1-го Украинского фронтов достигли побережья Балтийского моря и рек Одер и Нейсе. Плацдармы, захваченные советскими войсками в начале февраля на Одере, севернее Франкфурта, к концу марта были расширены. 4-й Украинский фронт в течение февраля — марта 1945 г. продолжал наступление в Карпатах и на подступах к Моравска-Остраве. Продвинувшись на правом крыле на 35 км, а на левом — на 75 км, его войска к концу марта вышли на линию 15 — 20 км северо-восточнее Моравска-Остравы, Истебна, Врутки. Здесь они вынуждены были закрепиться: враг отстаивал этот важный промышленный район с особым упорством.

 

Главным итогом наступления Советских Вооруженных Сил на варшавско-берлинском направлении было освобождение Польши.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Восточно-Прусскую операция

ВОСТОЧНО-ПРУССКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Одновременно с наступлением в Польше Советские Вооруженные Силы успешно провели Восточно-Прусскую операцию.

 

На восточно-прусском плацдарме фашистское командование с 1944 г. сосредоточило крупную группировку войск, стремясь, во что бы то ни стало, удержать его в своих руках. Укрепленные районы с большим количеством долговременных огневых точек и сооружений крепостного типа, прикрытых с востока противотанковыми препятствиями, сочетались с приспособленными к обороне многочисленными хуторами с каменными постройками. Все эти укрепления были искусно использованы оборонявшейся в Восточной Пруссии группой армий «Центр». В её состав к 13 января входили 43 дивизии, самокатная бригада, 2 отдельные группы и ряд специальных формирований. Группа насчитывала 780 тыс. человек (в том числе до 200 тыс. фольксштурмовцев), 8200 орудий и минометов, 700 танков и штурмовых орудий и 775 самолетов.

 

Цель Восточно-Прусской операции состояла в том, чтобы отсечь группу армий «Центр» от остальных сил немецко-фашистской армии, прижать её к морю, расчленить и уничтожить по частям. Эту задачу Ставка Верховного Главнокомандования возложила на 3-й и 2-й Белорусские фронты, которым должны были оказать содействие 1-й Прибалтийский фронт и Балтийский флот.

 

3-му Белорусскому фронту предстояло разгромить тильзитско-инстербургскую группировку противника. По замыслу операции он наносил главный удар на Велау, а вспомогательные удары — на Тильзит (при содействии 43-й армии 1-го Прибалтийского фронта) и на Даркемен. В дальнейшем войскам надлежало развивать наступление на Кенигсберг.

 

2-й Белорусский фронт должен был разгромить млавскую группировку и развивать наступление в направлении на Мариенбург, Эльбинг. Выходом к побережью Балтийского моря войска этого фронта отсекали восточно-прусскую группировку от остальных сил германской армии.

 

Балтийскому флоту предписывалось содействовать наступавшим вдоль морского побережья войскам своей авиацией и артиллерией. Ему предстояло также высаживать десанты, продолжать уничтожение в Балтийском море боевых кораблей и транспортных судов противника, препятствовать эвакуации его войск, техники и награбленных ценностей.

 

Советские армии, участвовавшие в Восточно-Прусской операции, насчитывали 1 669 тыс. человек, 25 426 орудий и минометов, 3859 танков и само-ходно-артиллерийских установок. Их действия поддерживали 3097 боевых самолетов. Наличие таких сил позволяло создать мощные ударные группировки, способные преодолеть хорошо подготовленную вражескую оборону. В состав ударной группировки 3-го Белорусского фронта вошли 39-я, 5-я, 28-я, 11-я гвардейская армии и два танковых корпуса. Удар на Тильзит наносили 43-я армия и часть сил 39-й армии, а на Даркемен — 2-я гвардейская армия. 31-я армия получила приказ занять оборону и быть готовой перейти в наступление. Действия войск фронта поддерживали 1-я и 3-я воздушные армии.

 

Ударная группировка 2-го Белорусского фронта включала 3-ю, 48-ю, 2-ю ударную армии, 5-ю гвардейскую танковую армию и три корпуса (механизированный, танковый и кавалерийский). 65-я армия (с одним танковым корпусом) и 70-я армия, наступая на стыке двух фронтов на Грудзёндз и Торунь, обеспечивали устойчивое взаимодействие двух фронтов и прикрывали войска, действовавшие на варшавско-берлинском направлении. Непосредственное обеспечение ударной группировки с севера достигалось наступлением 49-й армии на Ортельсбург. 50-я армия должна была занимать оборону. Сухопутные войска поддерживала 4-я воздушная армия.

 

Операция началась 13 января наступлением войск 3-го Белорусского фронта. На следующий день в нее включились силы 2-го Белорусского фронта.

 

В отличие от Висло-Одерской операции, прорыв обороны противника в Восточной Пруссии проходил медленно, особенно в полосе 3-го Белорусского фронта. 3-му Белорусскому фронту удалось прорвать вражескую оборону на своем участке только 18 января. Его армии продвинулись в полосе 60 км на глубину 45 км, а войска 2-го Белорусского фронта — в полосе 110 км на глубину 60 км. Они разгромили три дивизии противника и нанесли серьезное поражение нескольким другим соединениям.

 

Преодолевая промежуточные полосы вражеской обороны, советские войска продвигались вперед, рассекая на части группировку противника. 26 января части 5-й гвардейской танковой армии вышли к Балтийскому морю севернее Эльбинга. Вскоре в районы Мариенбурга и Эльбинга вышли войска 48-й и 2-й ударной армий. Пути отхода восточно-прусской группировки на запад были отрезаны. Почти одновременно соединения 65-й и 70-й армий, наступавшие на левом крыле 2-го Белорусского фронта, достигли рубежа нижней Вислы и захватили плацдарм на её западном берегу, а войска 1-го Белорусского фронта овладели сильным опорным пунктом на Висле городом-крепостью Быдгощ.

 

Противодействуя отсечению войск в Восточной Пруссии, германское командование решило нанести контрудар силами четырех пехотных, двух моторизованных и одной танковой дивизий из района западнее Хейльсберга в направлении на Мариенбург. Немцы рассчитывали отбросить вышедшие к морю советские соединения и деблокировать свою группировку. В ночь на 27 января противник нанес удар по соединениям 48-й армии. К исходу 27 января гитлеровцам удалось продвинуться в западном направлении на 10—20 км, а в последующие три дня — до 30 км.

 

Командование фронта выдвинуло к району прорыва противника стрелковый, механизированный и два танковых корпуса, основные силы кавалерийского корпуса, пять истребительно-противотанковых артиллерийских бригад, которые остановили врага, а затем отбросили его в исходное положение и прочно закрепились на побережье Балтики. Восточно-прусская группировка лишилась сухопутной связи с Германией.

 

Войска 3-го Белорусского фронта, разгромив тильзитскую группировку, стали развивать наступление на Кенигсберг. 30 января они обошли город с севера и юга и овладели значительной частью Земландского полуострова. Армии левого крыла фронта заняли весь район Мазурских озер. Одновременно 1-й Прибалтийский фронт овладел крупным морским портом и городом Клайпеда.

 

В результате выхода 2-го и 3-го Белорусских фронтов к Балтийскому морю восточно-прусская группировка противника оказалась рассеченной на три части. На Земландском полуострове оборонялись 8 пехотных и 1 танковая дивизии, а также несколько отдельных полков и батальонов фольксштурма, входивших в оперативную группу «Земланд». 4 пехотные дивизии, несколько отдельных полков, крепостных и охранных частей были окружены в Кенигсберге. 23 дивизии (в том числе 1 танковая и 3 моторизованные), 2 отдельные группы и бригада, прижатые к морю, вели бои в районе юго-западнее города.

 

Бои по ликвидации противника в Восточной Пруссии продолжались в феврале и марте. Эта задача решалась войсками 3-го Белорусского фронта (2-й Белорусский фронт вел боевые действия в Восточной Померании).

 

9 февраля Ставка Верховного Главнокомандования приказала 3-му Белорусскому фронту завершить разгром врага юго-западнее Кенигсберга не позднее 20—25 февраля. Однако, в установленные сроки поставленную Ставкой задачу войска фронта выполнить не смогли.

 

25 февраля Ставка упразднила 1-й Прибалтийский фронт, а его армии свела в Земландскую группу, включив её в состав 3-го Белорусского фронта.

 

13 марта возобновились боевые действия по ликвидации хейльсбергской группировки врага. Только с 13 по 29 марта было уничтожено более 93 тыс. и взято в плен свыше 46 тыс. солдат и офицеров; враг потерял также около 5 тыс. орудий и минометов, 605 танков и штурмовых орудий, 128 самолетов.

 

Одновременно с ликвидацией хейльсбергской группировки советские войска готовились к штурму Кенигсберга. Эта задача возлагалась на 43, 50, 11-ю гвардейскую и 39-ю армии, насчитывавшие свыше 137 тыс. человек, около 5200 орудий и минометов, 538 танков и самоходно-артиллерийских установок. Их поддерживали 2400 боевых самолетов.

 

Наступление началось 6 апреля. К 9 апреля советские войска завершили штурм Кенигсберга и вынудили его гарнизон капитулировать. Противник потерял около 134 тыс. солдат и офицеров (убитыми 42 тыс. и пленными до 92 тыс. человек).

 

В результате победы под Кенигсбергом создались благоприятные условия для уничтожения последней части восточно-прусской группировки, зажатой на Земландском полуострове. Здесь советские войска перешли в наступление 13 апреля. 17 апреля был ликвидирован мощный узел сопротивления Фишхаузен. Остатки гитлеровских войск засели в морской крепости Пиллау. К исходу 25 апреля штурмом была взята эта крепость — последний опорный пункт обороны немецко-фашистских войск в Восточной Пруссии.

 

Завершив разгром противника в Восточной Пруссии, войска 3-го Белорусского фронта получили новые задачи. Часть их была направлена на усиление 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов перед заключительной битвой за Берлин. Балтийский флот, внесший большой вклад в успех операции, теперь получил возможность, базируясь на Пиллау, более активно действовать в южной части Балтийского моря и поддерживать приморский фланг сухопутных войск в их завершающем наступлении.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Берлинская операция

БЕРЛИНСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Весной 1945 г. не только Красная Армия, но и союзные войска вели боевые действия на территории Германии. Советские армии находились в 60—70 км от Берлина, а передовые американо-английские части — в 100—120 км. Союзники к середине апреля вышли на Эльбу на участке Гамбург, Виттенберге, Магдебург. Далее линия их фронта тянулась к Нюрнбергу и Штутгарту.

 

Красная Армия готовилась к завершающему удару на берлинском направлении. Овладение Берлином означало победоносное завершение войны против фашистской Германии.

 

Берлинская операция в истории Великой Отечественной войны занимает особое место. При взятии Берлина получили окончательное решение важнейшие военно-политические вопросы, от которых во многом зависело послевоенное устройство Германии и её место в политической жизни Европы.

 

Советские Вооруженные Силы, готовясь к последней схватке с фашизмом, строго исходили из согласованной с союзниками политики безоговорочной капитуляции Германии как в области военной, экономической, так и политической. Главной нашей целью на этом этапе войны была полная ликвидация фашизма в общественном и государственном строе Германии и привлечение к строжайшей ответственности всех главных нацистских преступников за их зверства, массовые убийства, разрушения и надругательства над народами в оккупированных странах.

 

Замысел Берлинской операции в Ставке в основном определился в ноябре 1944 года. Уточнение его проходило в процессе Висло-Одерской, Восточно-Прусской и Померанской операций.

 

При разработке плана Берлинской операции учитывались и действия экспедиционных войск союзников, которые в конце марта — начале апреля 1945 года широким фронтом вышли на Рейн и приступили к его форсированию, с тем, чтобы развернуть общее наступление в центральные районы Германии.

 

Верховное командование союзных войск ближайшей целью своих действий ставило ликвидацию группировки противника и овладение промышленным районом Рура. Затем оно планировало выдвижение американских и английских войск на Эльбу на берлинском направлении. Одновременно развертывались операции американских и французских войск в южном направлении с целью овладения районами Штутгарта, Мюнхена и выхода в центральные районы Австрии и Чехословакии.

 

Несмотря на то, что решениями Ялтинской конференции советская зона оккупации была определена далеко западнее Берлина, советские войска уже находились на Одере и Нейсе (в 60—70 километрах от Берлина) и были готовы начать Берлинскую операцию, англичане все еще продолжали лелеять мечту о захвате Берлина раньше, чем туда придет Красная Армия.

 

Хотя между американскими и английскими политическими и военными деятелями не было единства в стратегических целях на завершающем этапе войны, само Верховное командование экспедиционными силами союзников не отказалось от мысли при благоприятной обстановке захватить Берлин.

 

В последние дни марта И. В. Сталин через американскую миссию получил информацию Эйзенхауэра о его плане выхода на согласованную линию на берлинском направлении. Из этого сообщения было видно, что дальнейшее наступление английские и американские войска предполагали развернуть на северо-восток, чтобы выйти в район Любека, и на юго-восток с целью подавления противника на юге Германии.

 

И. В. Сталин знал, что гитлеровское руководство за последнее время развило активную деятельность в поисках сепаратных соглашений с английским и американским правительствами. Учитывая безнадежное положение германских войск, можно было ожидать, что гитлеровцы прекратят сопротивление на западе и откроют американским и английским войскам дорогу на Берлин, чтобы не сдать его Красной Армии.

 

Отойдя за Рейн, немцы могли организовать серьезное сопротивление англо-американским войскам. Однако этого сделано не было. И, прежде всего потому, что основные силы были переброшены на восток против советских войск. Даже в критические для рурской группировки дни верховное немецкое командование за счет своей западной группировки усиливало фронт на востоке против советских войск.

 

Гитлеровское правительство, стремясь отстоять столицу, избежать безоговорочной капитуляции, мобилизовало все ресурсы страны. Германское командование по-прежнему бросало главные силы сухопутных войск и авиации против Красной Армии. К 15 апреля на восточном фронте оно имело 214 дивизий (в том числе 34 танковых и 15 моторизованных) и 14 бригад. Американо-английским войскам, выходившим к Эльбе, противостояли всего 60 слабо укомплектованных пехотных немецких дивизий, общая боеспособность которых равнялась двадцати шести штатным дивизиям и 5 танковых дивизий, в которых не насчитывалось и 200 исправных танков. У союзников было 80 полнокровных дивизий, в том числе 23 танковые дивизии.

 

Особое преимущество союзники имели в авиации. Своими авиационными ударами они практически могли в любом районе осуществить полное подавление всякого сопротивления как на земле, так и в воздухе.

 

Таким образом, форсирование Рейна американскими и английскими войсками проходило в облегченных условиях, и Рейн был захвачен ими, по существу, без сопротивления немцев.

 

Не ожидая ликвидации рурской группировки немецких войск, главное командование войсками союзников поспешно бросило основные силы на берлинское направление с целью выхода на Эльбу.

 

Делая все, чтобы сдержать наступление Красной Армии, гитлеровцы одновременно продолжали добиваться соглашения с правящими кругами США и Англии, чтобы избежать безоговорочной капитуляции. Они по-прежнему надеялись на раскол антифашистской коалиции. Для них не было секретом, что между СССР и его союзниками существовали разногласия по ряду вопросов ведения войны и послевоенного устройства Европы. Гитлеровское руководство всемерно стремилось не допустить овладения Берлином Красной Армией и было готово сдать столицу американским или английским войскам.

 

Взять Берлин рассчитывали и союзники. Вопреки договоренности между главными державами антифашистской коалиции о включении германской столицы в зону операций советских войск, игнорируя принятое в Ялте соглашение, Черчилль настаивал на продвижении британских соединений к востоку от Эльбы. 1 апреля 1945 г., незадолго до взятия Вены советскими войсками, Черчилль писал Рузвельту: «Русские армии, несомненно, захватят всю Австрию и войдут в Вену. Если они захватят также Берлин, то не создастся ли у них слишком преувеличенное представление о том, будто они внесли подавляющий вклад в нашу общую победу... Поэтому я считаю, что с политической точки зрения нам следует продвигаться в Германии как можно дальше на восток и что в том случае, если Берлин окажется в пределах нашей досягаемости, мы, несомненно, должны его взять».

 

Верховный главнокомандующий экспедиционными силами союзников в Западной Европе генерал Эйзенхауэр еще 15 сентября 1944 г. в письме фельдмаршалу Монтгомери отмечал: «Ясно, что Берлин является главной целью. По-моему, тот факт, что мы должны сосредоточить всю нашу энергию и силы с целью быстрого броска на Берлин, не вызывает сомнений».

 

Черчилль немногим более чем за месяц, а Эйзенхауэр за восемь месяцев до взятия Берлина Красной Армией твердо намеревались первыми войти в столицу Германии. Однако обстоятельства, действительность распорядились по-иному.

 

Наступление американо-английских войск, последовавшее 23 марта с рубежа Рейна, сначала развивалось успешно. На центральном участке передовые части захватили плацдармы на Эльбе, в районах Виттенберге и Магдебурга. Однако, далеко оторвавшись от главных сил и тылов, союзные войска не сумели не только развить успех, но и отразить контратаки немцев. Плацдарм у Магдебурга был оставлен. Эйзенхауэр в докладе объединенному комитету начальников штабов от 14 апреля вынужден был указать: «Учитывая крайнюю необходимость срочно открыть наступательные действия на севере и на юге, следует отвести наступлению на Берлин второе место и ожидать дальнейшего развития событий».

 

Вопрос о захвате Берлина союзными войсками был окончательно снят лишь тогда, когда на Одере и Нейсе мощный удар артиллерии, минометов, авиации и дружная атака танков и пехоты советских войск потрясли до основания оборону немецких войск.

 

Битва за Берлин планировалась немецким верховным командованием как решающая битва на Восточном фронте. Пытаясь воодушевить свои войска, Гитлер в воззвании от 14 апреля писал:

 

«Мы предвидели этот удар и противопоставили ему сильный фронт. Противника встречает колоссальная сила артиллерии. Наши потери в пехоте пополняются бесчисленным количеством новых соединений, сводных формирований и частями фольксштурма, которые укрепляют фронт. Берлин останется немецким...»

 

Оборона основных стратегических направлений на Восточном фронте осуществлялась тремя группами гитлеровских армий.

 

Группа армий «Висла», оборонявшаяся по Одеру, прикрывала подступы к Берлину с северо-востока и востока. Южнее действовала центральная группа армий, оборонявшая Саксонию и подступы к промышленным районам Чехословакии с северо-востока. Южная группа армий перекрывала Австрию и юго-восточные подступы к Чехословакии.

 

Группа армий «Висла» первоначально сама готовилась нанести контрудар войскам 1-го Белорусского фронта. Однако после её разгрома и потери померанского плацдарма оставшиеся войска отошли за Одер и приступили к усиленной подготовке обороны берлинского направления. Для усиления группы армий «Висла» немецкое командование продолжало спешно формировать новые части и соединения, преимущественно эсэсовские. Только в одном учебном лагере в районе Дебериц для этой группы армий за короткий срок было сформировано три дивизии.

 

Оборону непосредственных подступов к Берлину возглавил Гиммлер, а все руководящие посты здесь были переданы эсэсовским генералам. Этим гитлеровское командование подчеркивало особую серьёзность сложившейся ситуации. За март и апрель 1945 года на берлинское направление было переброшено с различных направлений девять дивизий.

 

Немецкое командование разработало детальный план обороны берлинского направления. Оно надеялось на успех оборонительного сражения на реке Одер, представлявшей собой стратегическое предполье Берлина. В этих целях было осуществлено следующее.

 

Прикрывавшая город 9-я армия генерала Буссе усиливалась людским составом и техникой. В её тылу формировались новые дивизии и бригады. Укомплектованность соединений первой линии доводилась до штатной численности. Особое внимание уделялось сосредоточению и использованию в обороне танков и штурмовой артиллерии.

 

От Одера до Берлина создавалась сплошная система оборонительных сооружений, состоявшая из ряда непрерывных рубежей, по нескольку линий окопов. Главная оборонительная полоса имела до пяти сплошных траншей. Противник использовал ряд естественных рубежей: озера, реки, каналы, овраги. Все населенные пункты были приспособлены к круговой обороне.

 

Крепкие узлы сопротивления враг создал также в Штеттине (Щецин), Гартце, Шведте, Зелове, Франкфурте-на-Одере, Губене, Форсте, Котбусе, Шпремберге. Но наиболее сильными были его рубежи перед кюстринским плацдармом.

 

В районе северо-восточнее Берлина формировалась армейская группа «Штейнер», которая должна была нанести удар во фланг войскам 1-го Белорусского фронта. Сюда же перебрасывались отборные части морской пехоты.

 

Под Берлином оборона была особенно глубокой, плотно занятой войсками.

 

Войска, предназначавшиеся для защиты подступов к Берлину и самого города, были сведены в четыре армии (3-ю танковую и 9-ю, вошедшие в группу армий «Висла», 4-ю танковую и 17-ю, включенные в группу армий «Центр»). В этих армиях было 48 пехотных, 6 танковых и 9 моторизованных дивизий, 37 отдельных пехотных полков, 98 отдельных пехотных батальонов и большое число отдельных артиллерийских и специальных частей и соединений. Они насчитывали 1 млн. человек, 10 400 орудий и минометов, 1500 танков и штурмовых орудий и 3300 боевых самолетов (в том числе 120 реактивных Ме-262). В черте Берлина был сосредоточен гарнизон в составе более 200 тыс. человек. В резерве главного командования сухопутных войск находилось 8 дивизий. Характерно, что войска имели более 3 млн. фаустпатронов. Это ручное реактивное оружие, созданное для поражения танков, впервые было применено фашистской армией в 1945 г. С близкого расстояния (50—100 м.) оно пробивало броню толщиной 160—200 мм.

 

К активным действиям готовилась немецкая авиация, в которой преобладали истребители. В районе столицы имелась широкая сеть аэродромов и радиолокационных постов, позволявших непрерывно следить за полетами советских самолетов и наводить на них истребители.

 

Кроме того, проводились «специальные мероприятия» по обороне Берлина. Город делился по окружности на восемь секторов обороны. Кроме них, имелся еще особый, девятый сектор, охватывавший центр Берлина, где находились правительственные здания, Имперская канцелярия, гестапо и рейхстаг.

 

На непосредственных подступах к городу создавались три рубежа обороны: внешняя заградительная зона, внешний оборонительный обвод и внутренний оборонительный обвод. На улицах самого города строились тяжелые баррикады, противотанковые заграждения, завалы, бетонированные сооружения. Каждая улица, площадь, каждый переулок, дом, канал, мост становились составными элементами общей обороны города. Окна домов укреплялись и превращались в бойницы. Многие кварталы представляли собой батальонные узлы сопротивления. В городе насчитывалось более 400 железобетонных долговременных сооружений. Самые крупные из них, представлявшие собой врытые глубоко в землю шестиэтажные бункеры, вмещали до тысячи человек каждый.

 

Созданные для ведения уличных боев двести батальонов фольксштурма проходили специальное обучение.

 

Для усиления артиллерийской обороны подступов к Берлину и самого города привлекались все силы зенитной артиллерии. Свыше шестисот зенитных орудий крупного и среднего калибра были поставлены на противотанковую и противопехотную оборону города. Кроме того, в качестве огневых точек использовались танки, даже находившиеся в ремонте, но имевшие исправное артиллерийское вооружение. Их закапывали на перекрестках улиц, у железнодорожных мостов. Из членов союза фашистской молодежи «Гитлерюгенд» были сформированы вооружённые фаустпатронами отряды истребителей танков.

 

На оборонные работы в Берлине было привлечено свыше четырёхсот тысяч человек. В городе сосредоточились отборные полицейские и эсэсовские части. Для обороны особого сектора были стянуты многие эсэсовские полки и отдельные батальоны, располагавшиеся в ближайших районах. Возглавил эти эсэсовские войска начальник личной охраны Гитлера Монке.

 

В это время Советские Вооруженные Силы заканчивали подготовку к завершающему удару по фашистской Германии с целью разгромить берлинскую группировку противника и овладеть Берлином.

 

Работа по подготовке Берлинской операции была невиданной по своим масштабам и напряжению. На участке 1-го Белорусского фронта за короткое время было сосредоточено 83 стрелковые дивизии, 1155 танков и самоходных орудий, 14628 орудий и миномётов и 1531 установка реактивной артиллерии. На участке главного удара войск фронта артиллерийская плотность создавалась до 270 орудий калибром 76 миллиметров и выше на один километр фронта прорыва.

 

План Берлинской операции, в основном сложившийся к ноябрю 1944 года, корректировался в Ставке Верховного Главнокомандования по мере приближения советских войск к столице Германии.

 

По указанию Ставки Верховного Главнокомандования Военные советы 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов подготовили свои предложения по проведению Берлинской операции. Эти предложения 1 - 3 апреля обсуждались, с участием командующих 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами, на совещании в Ставке. Разработанный при участии командования и штабов фронтов план операции всесторонне учитывал обстановку и необходимость быстрейшего разгрома врага. Намечалось окружить всю берлинскую группировку, рассечь её и уничтожить по частям. Детально прорабатывалась организация прорыва вражеской обороны мощными фронтальными ударами. После овладения Берлином советским войскам предстояло выйти на Эльбу и встретиться там с американо-английскими войсками. К операции привлекались три названных фронта, часть Войск ПВО страны, часть сил Балтийского флота и Днепровская военная флотилия.

 

1-й Белорусский фронт получил задачу разгромить силы противника, оборонявшие восточные подступы к столице, овладеть Берлином и не позже чем на 12—15-й день операции выйти на Эльбу. Для этого в составе фронта были созданы три группировки войск.

 

Группировку, наносившую главный удар на Берлин в центре, с кюст-ринского плацдарма, составили шесть армий: 47-я, 3-я ударная, 5-я ударная, 8-я гвардейская, 1-я гвардейская танковая и 2-я гвардейская танковая армии. Также, в нее включалась 3-я армия, составлявшая второй эшелон фронта.

 

Общевойсковым армиям предстояло взломать вражескую оборону и создать условия для ввода в прорыв танковых армий. На шестой день операции эта группировка должна была овладеть Берлином. При этом 3-й ударной армии с приданным 9-м танковым корпусом предписывалось на восьмые сутки выйти в район западнее Берлина, а 47-й армии на – 11-й день — на рубеж Эльбы. 2-я гвардейская танковая армия должна была овладеть северо-западной частью Берлина, а 1-я гвардейская танковая — юго-западной и южной частями города.

 

Из районов севернее и южнее Кюстрина наносились вспомогательные удары: один — силами 61-й армии и 1-й армии Войска Польского в общем направлении на Эберсвалъде, Зандау, а другой — силами 69-й армии и 33-й армии в общем направлении на Фюрстенвальде, Бранденбург. Совместно с 33-й армией действовал 2-й гвардейский кавалерийский корпус. Днепровская флотилия оказывала содействие наземным войскам в прорыве обороны противника и обеспечивала переправы и противоминную защиту по Одеру.

 

1-й Украинский фронт должен был разгромить группировку противника в районе Котбуса и южнее Берлина, не позднее 10—12-го дня операции овладеть рубежом Белиц, Виттенберг, река Эльба, Дрезден. Директивой Ставки от 3 апреля 1945 г. командующему фронтом предписывалось главный удар нанести в направлении Шпремберга.

 

В качестве дополнительного варианта Ставка предусмотрела возможность поворота его танковых армий на Берлин, но лишь после того, как они минуют Люббен.

 

По решению командующего 1-м Украинским фронтом главный удар наносили: 3-я гвардейская армия, действовавшая с 25-м танковым корпусом, 13-я армия, 5-я гвардейская армия, действовавшая с 4-м гвардейским танковым корпусом, 3-я и 4-я гвардейские танковые армии. Общевойсковым армиям предстояло форсировать Нейсе, прорвать оборону врага и с рубежа реки Шпрее обеспечить ввод в сражение танковых армий. На пятый день операции танковые армии должны были выйти в район, находящийся в 30— 35 км юго-западнее Берлина.

 

Второй удар наносился в общем направлении Баутцен, Дрезден силами 52-й армии и 2-й армии Войска Польского. В состав этой группировки входили также 1-й польский танковый и 7-й гвардейский механизированный корпуса.

 

28-ю армию, которая не успевала полностью сосредоточиться к началу операции, предполагалось ввести в сражение в ходе боевых действий на направлении главного удара.

 

2-му Белорусскому фронту предстояло, форсировав Одер, разгромить штеттинскую группировку противника и в течение 12 — 14 дней с начала операции овладеть рубежом Анклам, Деммин, Мальхин, Виттенберге. Тем самым надежно обеспечивались действия 1-го Белорусского фронта с севера.

 

Главный удар 2-м Белорусским фронтом наносился из района севернее Шведта в общем направлении на Стрелиц с целью отсечь главные силы 3-й танковой армии врага от остальных войск группы армий «Висла». В состав ударной группировки входили: 65-я, 70-я и 49-я армии, а также 1, 3 и 8-й гвардейские танковые, 8-й механизированный и 3-й гвардейский кавалерийский корпуса. Войска 19-й и главные силы 2-й ударной армий получили задачу прочно удерживать занимаемые рубежи.

 

Балтийский флот содействовал наступлению войск 2-го Белорусского фронта вдоль моря и наносил удары по морским коммуникациям противника от Лиепаи до Ростока.

 

С воздуха поддерживали сухопутные силы 4, 10, 2 и 18-я воздушные армии, а также авиация Балтийского флота.

 

1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты должны были перейти в наступление 16 апреля, 2-й Белорусский — спустя четыре дня, после завершения перегруппировки войск из районов Гдыни и Данцига к нижнему течению Одера.

 

Предусматривалось одновременно с наступлением на главном, берлинском, направлении провести наступательные операции и на юге. Ставка рассчитывала, что активные действия 4, 2 и 3-го Украинских фронтов, решавших свои задачи по разгрому врага и освобождению Чехословакии, лишат германское командование возможности перебрасывать отсюда силы на берлинское направление.

 

Апрельское наступление Красной Армии развертывалось на всем советско-германском фронте. Оно должно было привести к окончательной победе над фашистской Германией.

 

К началу Берлинской операции в составе 1-го и 2-го Белорусских и 1-го Украинского фронтов насчитывалось 2 500 тыс. человек, 41 600 орудий и минометов, 6250 танков и самоходно-артиллерийских установок, 7500 боевых самолетов. Их превосходство над противником составляло: в людях — 2,5:1, в артиллерии — 4,0:1, в танках и самоходно-артиллерийских установках — 4,1:1, в авиации — 2,3:1. На направлениях главных ударов в результате сосредоточения здесь основных сил оно было еще большим.

 

Большое внимание уделялось обеспечению скрытности подготовки операции, строгому соблюдению направленных на это мер, которые были предусмотрены оперативной директивой командования 1-го Белорусского фронта от 12 апреля 1945 г.

 

16 апреля в 5 часов по московскому времени (в 3 часа по берлинскому) на кюстринском плацдарме артиллерия 1-го Белорусского фронта начала артподготовку. Бомбардировщики нанесли мощные удары по опорным пунктам и узлам сопротивления противника. После тридцатиминутного мощного артиллерийского обстрела пехота и танки непосредственной поддержки устремились в атаку. Атака сопровождалась двухслойным артиллерийским валом, а путь атакующим войскам освещали 140 зенитных прожекторов, расположенных через каждые 200 метров. Штурмовики и бомбардировщики под прикрытием истребителей непрерывно подвергали ударам боевые порядки гитлеровцев.

 

Противник вначале не оказал организованного сопротивления, но вскоре, оправившись от потрясения, стал драться с ожесточением. Разгорелись упорные, кровопролитные бои.

 

Противнику удалось задержать советские войска на Зееловских высотах, по которым проходила вторая полоса его обороны. Эти высоты имеют крутые скаты, труднодоступные не только для танков, но и для пехоты. Они были испещрены траншеями и окопами. Здесь фашисты вырыли также противотанковый ров глубиной до 3 м и шириной 3,5 м. Подступы к высотам простреливались многослойным перекрестным артиллерийским и ружейно-пулеметным огнем. Немецко-фашистские войска, отошедшие на вторую полосу, были усилены свежими частями из резерва, в том числе танковыми и артиллерийскими. По обеим сторонам шоссе, идущего от города Зелов на запад, находились позиции зенитной артиллерии, используемой для противотанковой обороны.

 

Бои на высотах были исключительно упорными. Войскам ударной группировки 1-го Белорусского фронта пришлось последовательно прорывать множество оборонительных полос и позиций противника. Командующий фронтом, стремясь ускорить продвижение войск, в первый же день наступления ввел в сражение танковые и механизированные корпуса обеих танковых армий. Вражескую оборону на Зееловских высотах удалось прорвать лишь к исходу 17 апреля. К утру 18 апреля Зееловские высоты были взяты. Войска 8-й гвардейской армии во взаимодействии с 1-й гвардейской танковой армией после мощной артиллерийской и авиационной подготовки опрокинули врага на основных участках и стали продвигаться вперед.

 

20 апреля в 13 часов 50 минут дальнобойная артиллерия 79-го стрелкового корпуса 3-й ударной армии дала два первых залпа по Берлину. Начался исторический штурм столицы фашистской Германии.

 

На следующий день войска фронта перерезали окружную автостраду и завязали бои за пригороды. 47-я армия и часть сил 2-й гвардейской танковой армии обходили Берлин с северо-запада.

 

Наступление 1-го Украинского фронта с первого же дня развивалось более высокими темпами. На направлении его удара оборона противника оказалась слабой, и к исходу первого дня наступления войска Красной Армии преодолели главную полосу обороны и вклинились во вторую. В тот же день, когда на Нейсе были построены мосты грузоподъемностью до 60 тонн, через реку переправились тяжелая артиллерия и передовые отряды танковых армий.

 

17 апреля войска фронта завершили прорыв второй полосы и подошли к третьей, проходившей по левому берегу реки Шпрее.

 

С прорывом тактической обороны противника в полосе 1-го Украинского фронта, создавались условия для стремительного продвижения его танковых войск. 3-я и 4-я гвардейские танковые армии были введены в бой и продвинулись на 20 – 25 километров, форсировали реку Шпрее и с утра 19 апреля начали продвигаться на Цоссен и Луккенвальде. 20 апреля они подошли к Цоссенскому оборонительному району, прикрывавшему столицу Германии с юга, а на следующий день полностью овладели им. Чтобы ускорить окружение франкфуртско-губенской группировки и не допустить её отхода в Берлин, 21 апреля в сражение была введена 28-я армия, составлявшая второй эшелон фронта.

 

61-я армия, 1-я армия Войска Польского и другие соединения фронта продвигались на Эльбу, где должны были встретиться с войсками союзников.

 

Войска 1-го Белорусского фронта в течение 18 апреля продвинулись на 4—8 км, а 19 апреля — еще на 9—12 км и завершили прорыв третьей полосы одерского рубежа обороны, не смотря на то, что противник ввел в сражение из своего резерва 7 дивизий, 2 бригады истребителей танков и свыше 30 отдельных батальонов.

 

2-й Белорусский фронт 18 и 19 апреля частью сил форсировал Ост-Одер, очистил от противника низину между реками Ост-Одер и Вест-Одер. 20 апреля его главные силы, форсировав Вест-Одер, взломали вражескую оборону на левом берегу и с боями стали продвигаться на запад.

 

Войска трех фронтов, действуя в полосе 300 км, в течение шести дней наступления прорвали вражескую оборону по Одеру и Нейсе. 21 апреля части 3-й ударной, 2-й гвардейской танковой, 47-й и 5-й ударной армий 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов ворвались на окраины Берлина и завязали бои в самом городе.

 

22 апреля 3-я гвардейская танковая армия 1-го Украинского фронта, усиленная войсками 28-й армии прорвала внешний оборонительный обвод. Советские части пробились на улицы Берлина и к концу дня вышли к каналу Тельтов.

 

Ставка потребовала не позже 24 апреля окружить основные силы 9-й и 4-й танковой армий противника юго-восточнее Берлина и не дать им возможности прорваться в город или на запад.

 

1-й Украинский фронт усилил нажим на 9-ю танковую армию противника с юга и юго-запада, а 1-й Белорусский фронт ввел в сражение 3-ю армию. Наступая навстречу войскам 1-го Украинского фронта, эта армия во взаимодействии с 69-й армией своего фронта и армиями 1-го Украинского фронта участвовала в завершении окружения франкфуртско-губенской группировки противника.

 

Одновременно другие войска 1-го Белорусского фронта совершали обход Берлина с севера и северо-запада. 22 апреля 47-я армия с 9-м танковым корпусом 2-й гвардейской танковой армии вышли в район северо-западного пригорода Берлина — Хеннигсдорфа. Навстречу им с юга продвигалась 4-я гвардейская танковая армия 1-го Украинского фронта. Складывались условия для полного окружения всех сил немецко-фашистской армии в районе Берлина.

 

24 апреля юго-восточнее Берлина 8-я гвардейская и 1-я гвардейская танковая армии 1-го Белорусского фронта, наступавшие на левом фланге ударной группировки, встретились с 3-й гвардейской танковой и 28-й армиями 1-го Украинского фронта. На следующий день правофланговые объединения ударной группировки 1-го Белорусского фронта — 47-я и 2-я гвардейская танковая армии — соединились с 4-й гвардейской танковой армией 1-го Украинского фронта западнее Берлина, в районе Кетцина. В результате вражеские войска численностью более 400 тысяч человек были окружены и расчленены на две группировки: берлинскую и франкфуртско-губенскую.

 

К юго-востоку от Виттенберге к Эльбе продвигались войска 1-го Белорусского фронта — 61-я армия, 1-я армия Войска Польского и 7-й гвардейский кавалерийский корпус. Слева к реке, на участке Виттенберг, Торгау, выходили 5-я гвардейская и 13-я армии 1-го Украинского фронта. Левее этих армий, в районе Будзишина, бои с противником, наносившим контрудары, вели 2-я армия Войска Польского и 52-я армия.

 

Введённая в бой из резерва фронта 3-я армия, развивая наступление вдоль канала Одер – Шпрее и используя успех 1-й гвардейской танковой армии, вышла в район Кенигсвустерхаузен. Затем, повернув на юг и юго-восток, она нанесла удар на Тойпитц и 25 апреля соединилась с частями правого крыла войск 1-го Украинского фронта, наступавшими в северо-западном направлении. Группировка вражеских войск юго-восточнее Берлина в районе Вендиш – Бухгольц была надёжно окружена.

 

25 апреля войска 1-го Украинского фронта – передовые подразделения 58-й и 97-й гвардейских дивизий 5-й гвардейской армии – вышли на Эльбу в районе Торгау. Здесь части 58-й гвардейской дивизии встретились с патрулями 69-й пехотной дивизии 1-й американской армии. Весь фронт немецко-фашистских войск оказался разорванным: армии, находившиеся в Северной и Южной Германии, были отрезаны друг от друга.

 

В самом Берлине, несмотря на то, что положение противника резко ухудшилось, по мере приближения советских войск к центру города, сопротивление усиливалось. В Берлине не прекращалось формирование батальонов фольксштурма. 22 апреля из тюрем были выпущены уголовники, которых фашисты также привлекли к обороне. В состав гарнизона Берлина влилось до 80 тыс. солдат отступавших частей и 32 тыс. полицейских. Общая его численность теперь превышала 300 тыс. человек. Вновь сформированную 12-ю армию, предназначавшуюся для действий на рубеже Эльбы против американских войск, гитлеровское командование повернуло на восток против 1-го Украинского фронта. Она получила приказ наступать в направлении Ютербога, соединиться в этом районе с пытавшимися пробиться из окружения на запад частями 9-й армии, а затем вместе с ними освободить Берлин.

 

Уличные бои шли в тщательно подготовленном к обороне огромном городе, где каждый дом был крепостью. Широкая сеть опорных пунктов и многочисленные пожары затрудняли штурм крупными силами.

 

В штурме Берлина советским войскам пришлось применить весь свой богатый опыт ведения уличных боев. Борьба в этом крупнейшем городе характеризовалась небывалой доселе взаимозависимостью различных родов войск. Выбить фашистов из опорных пунктов и узлов сопротивления пехота не могла без артиллерии, без ее огня прямой наводкой. Каждая атака пехоты и танков сопровождались массированными ударами артиллерии и авиации, которые наносились на всех участках фронта. 11 тысяч орудий разного калибра через определённые промежутки времени открывали одновременный огонь. С 21 апреля по 2 мая по Берлину было сделано почти миллион 800 тысяч артиллерийских выстрелов. Для уничтожения вражеской обороны было израсходовано 36 тысяч тонн артиллерийских боеприпасов.

 

Танки, вступая на улицы Берлина, теряли одно из главных своих преимуществ — маневренность, и это делало их весьма уязвимыми. Поэтому самостоятельно, без пехоты, они не могли вести борьбу в городе, но и стрелковые части нуждались в поддержке танков. Успех уличных боев во многом определялся действиями инженерно-саперных частей и подразделений. То, что не поддавалось орудийному огню (толстые каменные стены, железобетонные постройки), взрывалось саперами. Но им в свою очередь требовалось огневое прикрытие со стороны пехоты.

 

Все это показало, что в штурме Берлина уже недостаточно одного взаимодействия подразделений различных родов войск. Преодоление столь мощной обороны города требовало их организационного единства. Основой ведения боя в Берлине стали штурмовые группы и отряды.

 

Штурмовая группа представляла собой стрелковую роту или взвод, усиленные артиллерией, танками и саперами, а штурмовой отряд — стрелковый батальон с соответствующими средствами усиления. Успех действий таких подразделений во многом зависел от инициативы каждого командира, каждого бойца.

 

23 апреля Военный совет 1-го Белорусского фронта обратился к бойцам, сержантам, офицерам и генералам с воззванием, в котором призвал их быстрее овладеть Берлином.

 

Ломая оборону гитлеровцев, упорно продвигались на запад и войска 2-го Белорусского фронта. Это исключало возможность нанесения контрудара группой армий «Висла» с севера.

 

Немецко-фашистские войска, окруженные и расчлененные, все еще продолжали отчаянно сопротивляться. Гитлеровское командование не оставляло попыток разорвать фронт окружения. Упорно пыталась вырваться на запад франкфуртско-губенская группировка. Навстречу ей пытались пробиться части 12-й немецкой армии.

 

Войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов совместными усилиями расчленили франкфуртско-губенскую группировку на несколько мелких групп и 1 мая закончили ее ликвидацию. В ходе боев юго-восточнее Берлина они уничтожили свыше 60 тыс. вражеских солдат и офицеров и 120 тыс. взяли в плен, захватили более 300 танков и штурмовых орудий, 1500 полевых орудий, 2180 пулеметов, 17 600 автомашин и много различного военного имущества.

 

25 апреля передовые подразделения 58-й и 97-й гвардейских дивизий 5-й гвардейской армии вышли на Эльбу в районе Торгау, где встретились с патрулями 69-й пехотной дивизии 1-й американской армии, а войска 2-го Белорусского фронта, выйдя на линию Висмар, Шверин, Дёмиц, Виттенберге, встретились с английскими войсками. Весь фронт немецко-фашистских войск оказался разорванным: армии, находившиеся в Северной и Южной Германии, были отрезаны друг от друга.

 

В результате успешных наступательных действий трех фронтов создались все условия для того, чтобы в короткий срок разгромить окруженные в Берлине и юго-восточнее его вражеские войска и полностью овладеть столицей фашистской Германии. 25 апреля более 2 тыс. бомбардировщиков обрушили на позиции противника сотни тонн бомб. К исходу дня штурмовые подразделения вышли к черте центрального сектора города.

 

Особую ожесточенность приобрели бои в центральном секторе Берлина. Этот сектор от остальной части города отделялся с северной стороны рекой Шпрее, с южной — Ландвер-каналом, берега которых высотой до 3 м. одеты в гранит. Большинство мостов гитлеровцы взорвали. Сохранившийся на Шпрее мост имени Мольтке был защищен противотанковыми препятствиями и простреливался многослойным пулеметным огнем. Артиллерия также прикрывала его своим огнем с противоположного берега. В системе обороны центрального сектора выделялись массивные здания рейхстага и министерства внутренних дел, превращенные в мощные узлы сопротивления. Сильные укрепления противник создал и в парке Тиргартен (Зоологический сад).

 

В результате ожесточенных боев советские войска на некоторых участках прорвали оборону центрального сектора. С севера к нему вышла 3-я ударная армия; с востока и юго-востока наступали 5-я ударная, 8-я гвардейская и 1-я гвардейская танковая армии; с юга продвигались 3-я гвардейская танковая армия и 128-й корпус 28-й армии; с юго-запада — соединения 4-й гвардейской танковой армии; с запада и северо-запада — 47-я и 2-я гвардейская танковая армии.

 

Правофланговый 79-й корпус 3-й ударной армии, овладев районом Моабит, подошел к реке Шпрее у моста имени Мольтке. Через него открывался кратчайший путь к рейхстагу. В ночь на 29 апреля этот мост захватили бойцы 1-го батальона капитана С. А. Неустроева из 756-го полка 150-й дивизии и 1-го батальона старшего лейтенанта К. Я. Самсонова из 380-го полка 171-й дивизии. Спустя некоторое время на левый берег Шпрее были переброшены остальные подразделения этих полков, а также 525-й полк 171-й дивизии вместе с орудиями сопровождения, танками и фугасными огнеметами. В штурме рейхстага участвовали также подразделения 23-й танковой бригады. Вскоре наступавшие подразделения находились уже в 300—500 м от рейхстага. Но с ходу овладеть этим массивным, упорно обороняемым зданием не удалось.

 

Бой за рейхстаг, разгоревшийся рано утром 30 апреля, был очень упорным. Лишь к вечеру группы из батальонов В. И. Давыдова и С. А. Неустроева во главе с А. П. Берестом, К. В. Гусевым, И. Я. Сьяновым, а также группы майора М. М. Бондаря, капитана В. Н. Макова, лейтенанта Рахимджана Кашкарбаева и других ворвались в здание. Но и после овладения нижними этажами рейхстага гарнизон противника не сдавался. Шёл ожесточённый бой внутри здания.

 

В 18 часов был повторён штурм рейхстага. Части 171-й и 150-й стрелковых дивизий очищали от противника этаж за этажом. В 21 час50 минут 30 апреля сержант А.М. Егоров и младший сержант М.В. Кантария водрузили Знамя Победы над главным куполом рейхстага. Но гарнизон рейхстага не прекратил сопротивления, и только утром 2 мая остатки оборонявших его частей капитулировали. В боях за рейхстаг было убито и ранено более 2 тыс. солдат и офицеров противника, захвачено 2604 пленных, 1800 винтовок и автоматов, 59 орудий, 15 танков и штурмовых орудий.

 

В городе еще гремели бои, а советское командование уже принимало меры по налаживанию жизни в столице. Комендантом Берлина был назначен командующий 5-й ударной армией генерал Н. Э. Берзарин. 28 апреля он издал приказ о создании комендатуры столицы и сформировании комендатур в занятых районах Берлина.

 

В то время когда шел штурм рейхстага, соединения 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов все более сжимали кольцо вокруг центра города. 1 мая 39-я гвардейская дивизия 8-й гвардейской армии овладела районом Тиргартена. Успешно развивалось и наступление войск севернее Берлина. К исходу 30 апреля они уже находились в 15—20 км от Эльбы.

 

Войска 2-го Белорусского фронта, овладев городами Шведт и Штеттин, устремились на запад и северо-запад вдоль побережья Балтийского моря.

 

Положение противника стало безнадежным. 30 апреля покончил с собой Гитлер, оставив завещание, которым передавал власть гросс-адмиралу К. Дёницу.

 

Рано утром 1 мая в расположение частей 8-й гвардейской армии прибыл начальник штаба немецких сухопутных войск генерал пехоты Г. Кребс. Вести переговоры с ним было поручено командующему 8-й гвардейской армией генералу В. И. Чуйкову.

 

Из порученной Кребсу миссии выяснилось, что гитлеровцы пытаются избежать безоговорочной капитуляции. Тогда советское командование решило усилить натиск. В 18 часов 30 минут вся артиллерия, участвовавшая в штурме центрального сектора города, начала мощный огневой удар. Вскоре штурмовые подразделения возобновили атаки. Части 3-й ударной армии, наступавшие с севера, встретились южнее рейхстага с частями 8-й гвардейской армии, продвигавшимися с юга. В 00 часов 40 минут 2 мая фашисты по радио обратились с просьбой прекратить огонь и сообщили о высылке парламентеров. Прибывший вслед за парламентером командующий обороной Берлина генерал Г. Вейдлинг от имени фашистского командования заявил о согласии на безоговорочную капитуляцию. К 15 часам 2 мая сопротивление берлинского гарнизона повсеместно прекратилось. К исходу дня советские войска заняли весь город.

 

В ходе Берлинской операции Красная Армия разгромила 70 пехотных, 12 танковых и 11 моторизованных дивизий, много отдельных частей и подразделений противника. Было взято в плен около 480 тыс. солдат и офицеров, захвачено до 11 тыс. орудий и минометов, более 1500 танков и штурмовых орудий, 4500 самолетов.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Пражская операция

ПРАЖСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

С завершением Берлинской операции создались благоприятные условия для ликвидации последней крупной группировки немецко-фашистских войск, находившейся на территории Чехословакии.

 

К началу 1945 г. войска 4-го Украинского фронта (38-я, 1-я гвардейская, 18-я и 8-я воздушная армии) и 2-го Украинского фронта (40-я, 4-я румынская, 27, 53, 1-я румынская, 7-я гвардейская, 6-я гвардейская танковая, 5-я воздушная армии и 1-я гвардейская конно-механизированная группа) вышли на линию Ясло, река Ондава, юго-восточнее Кошице, Турна, северо-западнее Левице, Эстергом.

 

В январе 1945 г. войска 4-го Украинского фронта, продвинувшись в Словакии на 150—170 км, вышли на линию Трстена, Брезно, освободив почти половину словацкой земли. Это наступление помогло 1-му Украинскому фронту очистить Силезский промышленный район и способствовало созданию благоприятных условий для успешных действий войск правого крыла 2-го Украинского фронта, которые к концу января вышли на линию Брезно, Левице.

 

Успех Верхне-Силезской и Нижне-Силезской операций 1-го Украинского фронта и наступления 2-го и 3-го Украинских фронтов на венском направлении существенно повлиял на изменение общей обстановки на юге. Войска, сражавшиеся в Чехословакии, к середине апреля вышли на линию Истебна, Врутки, Годонин, освободили крупные города Словакии, в том числе ее столицу — Братиславу, а к концу апреля — важные промышленные центры Чехословакии — Моравска-Остраву и Брно. Своим наступлением 4-й и 2-й Украинские фронты сковали главные силы группы армий «Центр», не позволили гитлеровскому командованию перебрасывать отсюда подкрепления в район Берлина.

 

После разгрома берлинской стратегической группировки фашистское государство фактически рухнуло. Однако в своем политическом завещании Гитлер сделал попытку продлить существование фашистского режима, назначив новое правительство Германии во главе с гросс-адмиралом Деницем.

 

В своей речи во Фленсбурге Дёниц 5 мая говорил: «...моей первейшей задачей является спасение немцев от уничтожения наступающими большевиками. Только во имя этой цели продолжаются военные действия». Приказ германского верховного командования от того же числа гласил: «Складывая оружие в Северо-Западной Германии, Дании и Голландии, мы исходим из того, что борьба против западных держав потеряла смысл. На востоке, однако, борьба продолжается...».

 

Главнокомандующим сухопутными силами Германии выдвигался генерал-фельдмаршал Шернер, занимавший в это время пост командующего группой немецко-фашистских армий «Центр», находившихся главным образом в Чехословакии.

 

Шернер являлся реальной военной фигурой. Для продолжения войны в его распоряжении имелись весьма значительные по численности силы.

 

В Советской Прибалтике находилась группа армий «Курляндия». На побережье Балтийского моря продолжала сражаться группа войск «Восточная Пруссия». Западнее Берлина сопротивлялась, хотя - и основательно потрепанная, 12-я гитлеровская армия. В Чехословакии была сосредоточена под командованием генерал-фельдмаршала Шернера группа армий «Центр» (до пятидесяти полнокровных дивизий и шесть боевых групп, сформированных из бывших дивизий). Эта внушительная группировка оказывала сопротивление войскам 1, 2 и 4-го Украинских фронтов. В Западной Чехословакии союзникам противостояла 7-я немецкая армия (пять дивизий), в эти дни тоже переданная в подчинение Шернеру. В Австрии и Югославии против войск 2-го и 3-го Украинских фронтов и Народно-освободительной армии Югославии дрались ещё две группы немецко-фашистских армий — «Австрия» и «Юг», вместе насчитывавшие более тридцати дивизий.

 

«Правительство» Денница надеялось на скорую капитуляцию перед западными союзниками, планируя обратить почти миллионную группировку войск против Красной Армии.

 

Упорное сопротивление противника в Чехословакии отвечало интересам реакционных кругов Англии и Соединенных Штатов Америки. В телеграмме Трумэну 30 апреля Черчилль писал: «Можно почти не сомневаться в том, что освобождение вашими войсками Праги и как можно большей территории западной Чехословакии может полностью изменить послевоенное положение в Чехословакии и вполне может к тому же повлиять на соседние страны». Именно в те дни Черчилль дал фельдмаршалу Монтгомери указание «тщательно собирать германское оружие и складывать так, чтобы его легче можно было снова раздать германским солдатам, с которыми нам пришлось бы сотрудничать, если бы советское наступление продолжалось».

 

Американское командование настойчиво стремилось занять западные районы Чехословакии и овладеть Прагой. 4 мая Эйзенхауэр, обратившись к начальнику Генерального штаба Красной Армии генералу А. И. Антонову, высказал предложение развить наступление американских войск до западных берегов Влтавы и Эльбы, то есть занять Прагу и прилегающие к ней районы. Это противоречило решению Крымской конференции о рубеже встречи советских и американских войск на территории Чехословакии. Генерал Антонов категорически ответил, что Красная Армия сама в состоянии очистить от противника западные берега этих рек, для чего уже создана соответствующая группировка. Лишь после этого американские армии по приказу Эйзенхауэра были остановлены на линии Карлови-Вари, Пльзень, Ческе-Будеёвице.

 

В первых числах мая в Чехии вспыхнуло восстание. С особенной силой оно разгорелось в Праге. Бои шли во всех районах столицы. В городе началось сооружение баррикад. В ночь на 6 мая их насчитывалось уже до 1600, на которых сражалось около 30 тыс. человек.

 

Развернулась борьба и в районах, прилегающих к Праге, в прифронтовых районах Моравии, в западных районах Чехии. В ночь на 5 мая восстали рабочие одного из крупнейших центров страны — города Кладно, а днем — рабочие города Пльзень.

 

Фашистский наместник Франк, стремясь выиграть время, начал переговоры с восставшими, а в это же самое время Шернер отдал своим войскам приказ: «Восстание в Праге должно быть подавлено всеми средствами». К Праге с трех сторон двинулись немецкие войска: с севера — танковая дивизия «Райх», с востока — танковая дивизия «Викинг», с юга — усиленный полк дивизии «Райх». Восставшим пражанам предстояла тяжелая борьба. Прага нуждалась в решительной помощи, которую оказать могла только Красная Армия.

 

Советское командование стремилось оказать восставшему народу всемерную помощь. Ещё 1 мая Ставка поставила перед 1-м и 2-м Украинскими фронтами задачу быстро подготовить и начать наступательную операцию на территории Чехословакии. Им предстояло нанести два мощных удара в общем направлении на Прагу: 1-му Украинскому фронту — с севера, 2-му — с юго-востока. Целью Пражской операции было окружить группировку врага и полностью разгромить его силы в Чехословакии.

 

Предусматривалось участие в Пражской операции и 4-го Украинского фронта. В это время его войска, во взаимодействии с правым крылом 2-го Украинского фронта, продолжали ликвидацию оломоуцкой группировки противника, после ликвидации которой, 4-й Украинский фронт должен был развернуть наступление на Прагу с востока.

 

В составе привлекаемых к проведению операции войск насчитывалось (вместе с польскими, румынскими и чехословацкими соединениями) 2 028 тыс. человек, 30 450 орудий и минометов, 1960 танков и самоходно-артиллерийских установок, 3014 боевых самолетов.

 

На южном крыле советско-германского фронта в это время действовали фашистские группы армий «Центр» и «Австрия». Общая численность вражеской группировки в Чехословакии достигала 900 тыс. человек, на ее вооружении было 9700 орудий и минометов, 1900 танков и штурмовых орудий, 1 тыс. самолетов.

 

В короткий подготовительный период советское командование быстро провело необходимую перегруппировку войск, создало ударные группы. Находившиеся в районе Дрездена и южнее Берлина войска 1-го Украинского фронта за трое суток покрыли расстояние в 100—200 км и к вечеру 5 мая заняли исходный для наступления район северо-западнее Дрездена. 2-й Украинский фронт свою главную группировку развернул южнее города Брно. 4-й Украинский фронт производил перегруппировку для нанесения удара на Оломоуц. Войска пополнили запасы боеприпасов, горючего, продовольствия.

 

Овладение Прагой планировалось в самые сжатые сроки. Высокие темпы наступления требовались от всех армий. Особенность операции заключалось в том, что сначала общевойсковые и танковые армии

 

6 мая было установлено, что перед правым крылом 1-го Украинского фронта противник на отдельных направлениях начал отход. Советские войска немедленно перешли к преследованию. Сбивая арьергарды врага, передовые отряды быстро продвигались вперед, прокладывая путь основным силам. К исходу дня войска фронта продвинулись на дрезденском направлении на 23 км.

 

Противник был явно деморализован и оказывать организованное сопротивление по всему фронту уже не мог. Гитлеровцы стремились как можно скорее уйти из-под ударов Красной Армии и сдаться американским войскам.

 

Вскоре была разгромлена группировка, окруженная в Бреслау. Остатки гарнизона города, видя бесперспективность сопротивления, капитулировали. Сдалось в плен более 40 тыс. солдат и офицеров.

 

Командование группы армий «Центр» всячески пыталось избежать капитуляции, что вынуждало советские войска усиливать боевые действия. К тому же 7 мая положение восставших пражан стало критическим. Выла реальной угроза расправы фашистов над ними и разрушения Праги.

 

7 мая в наступление перешли войска левого крыла и центра 1-го Украинского фронта (2-я армия Войска Польского, 28, 52, 31, 21. 59 и 2-я воздушная армии). На правом крыле 5-я гвардейская армия 8 мая ворвалась в Дрезден и при содействии соседних армий овладела его северной частью. На следующий день город был полностью очищен от противника. 2-я армия Войска Польского заняла Баутцен, а 52-я армия — Гёрлиц. Тогда же были освобождены Теплице, Билина, Мост и другие города.

 

Войска 2-го Украинского фронта при поддержке 5-й воздушной армии овладели городами Зноймо, Мирослав, Яромержице и продолжали наступать к Праге с юго-востока. Соединения 4-го Украинского фронта 8 мая заняли город Оломоуц. При поддержке 8-й воздушной армии они устремились к Праге.

 

Утром 9 мая части фронта соединились с войсками 2-го Украинского фронта. Тогда же части 4-й и 3-й гвардейских танковых армий 1-го Украинского фронта прорвались к столице Чехословакии и завязали бои на улицах города. В Прагу вступила и подвижная группа 4-го Украинского фронта: 302-я дивизия, следовавшая на автомашинах, и 1-я чехословацкая танковая бригада. Затем в город вошли войска 2-го Украинского фронта: 6-я гвардейская танковая армия и посаженная на машины пехота 24-го стрелкового корпуса. К столице Чехословакии вышел и 7-й мехкорпус конно-механизированной группы генерала И. А. Плиева. Действия наземных войск этого фронта кроме его 5-й воздушной армии поддерживала часть сил 17-й воздушной армии 3-го Украинского фронта.

 

Мощным внезапным ударом враг был разгромлен. При активной поддержке боевых дружин восставшей Праги войска 1, 2 и 4-го Украинских фронтов к 10 часам 9 мая полностью очистили город от захватчиков.

 

10 мая последовал приказ Ставки Верховного Главнокомандования развивать наступление на запад, чтобы соединиться с союзниками. В тот же день войска 1-го Украинского фронта вошли в соприкосновение с американскими войсками на линии Хемниц, Рокицани. 11 мая советские части заняли выступ южнее Рокицани. Левофланговые соединения 2-го Украинского фронта вышли на линию Пжек, Ческе-Будеёвице, где также встретились с союзными войсками. Остатки гитлеровских дивизий были окружены в районе восточнее Праги. 10 и 11 мая окруженные немецкие войска сложили оружие. В ходе Пражской операции было взято в плен около 860 тыс. солдат и офицеров противника. При этом было захвачено 9500 орудий и минометов, 1800 танков и штурмовых орудий, 1100 самолетов и много другого вооружения.

 

Пражская операция явилась последней операцией Советских Вооружённых Сил в войне против фашистской Германии (после её капитуляции).

 

Красная Армия принесла освобождение от фашизма чехословацкому народу, положила конец политическим комбинациям, которые замышляли правящие круги Великобритании и США в отношении Чехословакии, подтвердила высокие организаторские способности советского командования и мастерство советских воинов.

 

на предыдущую на следующую

БЕЗОГОВОРОЧНАЯ КАПИТУЛЯЦИЯ ФАШИСТСКОЙ ГЕРМАНИИ

В сражениях 1945г. немецко-фашистская армия только на советско-германском фронте потеряла более 1 млн. человек убитыми. Вооруженные Силы СССР уничтожили 98, разгромили и взяли в плен 56 дивизий. Кроме того, 93 дивизии капитулировали с окончанием военных действий. В результате прекратилось организованное сопротивление фашистской армии.

 

Партийный, государственный и военный аппарат нацистской Германии был парализован. Созданному после смерти Гитлера фашистскому правительству во главе с Дёницем свою главную задачу — уклониться от безоговорочной капитуляции—выполнить не удалось. Открыто пойти на сговор с ним западные союзники не решились.

 

29 апреля был подписан акт о капитуляции немецко-фашистских войск в Северной Италии. 4 мая капитулировали фашистские войска в Голландии, Северо-Западной Германии, Шлезвиг-Гольштейне и Дании. Вскоре сложили оружие остатки группы армий «Е» в Хорватии и Южной Австрии, группа армий «Г» — в Баварии и Западной Австрии, 19-я армия — в Тироле.

 

В эти дни фашистское правительство вступило в переговоры с Эйзенхауэром. В город Реймс, где размещалась ставка верховного командования союзников, прибыл в качестве личного представителя Дёпица один из бывших приближенных Гитлера — генерал-полковник Йодль. Но добиться согласия на «частичную капитуляцию» лишь перед американскими и английскими войсками он не смог.

 

Советское Верховное Главнокомандование предложило оформить акт о безоговорочной капитуляции в столице фашистского государства — Берлине. Верховное командование союзников согласилось с этим.

 

8 мая представители армий всех союзных стран прибыли в предместье Берлина — Карлсхорст.

 

Советское Верховное Главнокомандование представлял Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, верховное командование Великобритании — главный маршал авиации А. Теддер, вооруженные силы Соединенных Штатов Америки — командующий стратегическими воздушными силами США генерал К. Спаатс, французские вооруженные силы — главнокомандующий французской армией генерал Ж. де Латтр де Тас-синьи. Сюда же были доставлены представители разгромленных германских вооруженных сил — фельдмаршал В. Кейтель, адмирал флота Г. Фридебург и генерал-полковник авиации Г. Штумпф, которые получили от Дёница полномочия на подписание Акта о безоговорочной капитуляции.

 

Подписание акта состоялось в здании бывшего немецкого военно-инженерного училища.

 

Церемонию открыл маршал Жуков, который приветствовал представителей союзного командования. Затем в зал ввели Кейтеля, Фридебурга и Штумпфа. После проверки полномочий им предъявили Акт о безоговорочной капитуляции фашистской Германии, который и был подписан.

 

Текст документа гласит:

 

«1. Мы, нижеподписавшиеся, действуя от имени Германского Верховного Командования, соглашаемся на безоговорочную капитуляцию всех наших вооруженных сил на суше, на море и в воздухе, а также всех сил, находящихся в настоящее время под немецким командованием, — Верховному Главнокомандованию Красной Армии и одновременно Верховному Командованию Союзных экспедиционных сил.

 

2. Германское Верховное Командование немедленно издаст приказы всем немецким командующим сухопутными, морскими и воздушными силами и всем силам, находящимся под германским командованием, прекратить военные действия в 23—01 часа по центральноевропейскому времени 8-го мая 1945 года, остаться на своих местах, где они находятся в это время, и полностью разоружиться, передав все их оружие и военное имущество местным союзным командующим или офицерам, выделенным представителями Союзного Верховного Командования, не разрушать и не причинять никаких повреждений пароходам, судам и самолетам, их двигателям, корпусам и оборудованию, а также машинам, вооружению, аппаратам и всем вообще военно-техническим средствам ведения войны.

 

3. Германское Верховное Командование немедленно выделит соответствующих командиров и обеспечит выполнение всех дальнейших приказов, изданных Верховным Главнокомандованием Красной Армии и Верховным Командованием Союзных экспедиционных сил.

 

4. Этот акт не будет являться препятствием к замене его другим генеральным документом о капитуляции, заключенным Объединенными Нациями или от их имени, применимым к Германии и германским вооруженным силам в целом.

 

5. В случае, если немецкое Верховное Командование или какие-либо

 

вооруженные силы, находящиеся под его командованием, не будут действовать в соответствии с этим актом о капитуляции, Верховное Командование Красной Армии, а также Верховное Командование Союзных экспедиционных сил предпримут такие карательные меры, или другие действия, которые они сочтут необходимыми.

 

6. Этот акт составлен на русском, английском и немецком языках. Только русский и английский тексты являются аутентичными».

 

В соответствии с актом о безоговорочной капитуляции уцелевшие немецко-фашистские части начали складывать оружие и сдаваться в плен. В ночь на 9 мая сдалась курляндская группировка — 16-я и 18-я армии. Утром 9 мая сложили оружие части в устье Вислы (восточнее Данцига) и на Балтийской косе (юго-восточнее Гдыни). Прием капитулировавших войск на этих участках закончился 13 мая. На Курляндском полуострове было взято в плен более 189 тыс. солдат и офицеров и 42 генерала, в районе устья Вислы и северо-восточнее Гдыни — около 75 тыс. солдат и офицеров и 12 генералов.

 

9 мая части 2-го Белорусского фронта были высажены кораблями Балтийского флота на датском острове Борнхольм. Здесь в плен сдались ещё 12 тыс. немецких солдат и офицеров. 19 мая на остров прибыли члены вновь созданного правительства Дании, чтобы выразить глубокую благодарность советским войскам за освобождение острова.

 

На севере Норвегии капитулировала фашистская оперативная группа «Нарвик». В связи с этим норвежское правительство в специальном послании выразило Советскому Союзу благодарность. Президиум Верховного Совета СССР и Советское правительство в ответном послании пожелали норвежскому народу успехов в скорейшем возрождении страны и ликвидации последствий немецко-фашистской оккупации.

 

К 19 мая были ликвидированы последние, все еще пытавшиеся продолжать сопротивление мелкие группы противника на территории Чехословакии и Австрии.

 

Всего с 9 по 17 мая советские войска взяли в плен и приняли на основе Акта о безоговорочной капитуляции 1 390 978 фашистских солдат и офицеров и 101 генерала.

 

Гитлеровские вооруженные силы закончили свое существование. По настоянию Советского Союза правительство Дёница 23 мая было упразднено, а его члены и офицеры бывшего генерального штаба — арестованы. Позднее руководители фашистского правительства и верховного командования предстали перед Международным военным трибуналом в Нюрнберге и были осуждены как военные преступники.

 

Вся власть в Германии перешла в руки оккупирующих держав. 5 июня 1945 г. была подписана Декларация о поражении Германии, в которой объявлялось о том, что правительства СССР, США, Англии и Франции «берут на себя верховную власть в Германии, включая всю власть, которой располагают германское правительство, верховное командование и любое областное, муниципальное или местное правительство или власть».

 

Декларация требовала прекращения военных действий, разоружения армии и флота. Германия обязывалась передать всех военнопленных представителям союзников. Главные фашистские лидеры и лица, подозреваемые в военных преступлениях, подлежали аресту. Союзники имели право принимать любые меры, «включая полное разоружение и демилитаризацию Германии, какие они сочтут необходимыми для будущего мира и безопасности».

 

Территория Германии специальным соглашением между союзниками была разделена на четыре оккупационные зоны: советскую, американскую, английскую и французскую. Управление страной передавалось Контрольному совету, который составили главнокомандующие оккупационными войсками. Решения этого совета вступали в силу по принципу единогласия. Особо оговаривалось управление «Большим Берлином», являвшимся, с одной стороны, центром советской зоны, а с другой — местом нахождения Контрольного совета. Город разделялся на четыре сектора, возглавлявшихся комендантами. Для согласования общих вопросов учреждалась межсоюзническая комендатура. Она состояла из четырех комендантов, каждый из которых поочередно объявлялся главным комендантом. Эта комендатура действовала под общим руководством Контрольного совета. Соглашением, предъявлявшим дополнительные требования к Германии, упразднялась и объявлялась вне закона германская национал-социалистская партия — партия фашистов.

 

Так юридически была оформлена капитуляция фашистской Германии.

 

Указом Президиума Верховного Совета СССР день 9 мая был объявлен праздником Победы.

 

9 мая вечером Москва от имени Родины торжественно салютовала доблестным войскам Красной Армии, кораблям и частям Военно-Морского Флота тридцатью артиллерийскими залпами из тысячи орудий.

 

на предыдущую на следующую

ИЗОЛЯЦИЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА.
СОВЕТСКО-НЕМЕЦКИЙ ПАКТ НЕНАПАДЕНИЯ.

После захвата Чехословакии фашистская Германия стала готовиться к войне совершенно открыто. Гитлер, поощряемый Англией и Францией, перестал церемониться и притворяться сторонником мирного урегулирования европейских проблем. Наступили самые драматические месяцы предвоенного периода. Уже тогда было ясно, что каждый день приближает человечество к невиданной военной катастрофе.

Какова же была тогда политика Советского Союза, с одной стороны, и политика Великобритании и Франции - с другой?

Англия и Франция при поддержке правящих кругов США в роковой период весны и лета 1939 года, когда война стояла у порога, продолжали политику провокационного натравливания гитлеровской Германии на Советский Союз, прикрываясь не только фарисейскими фразами о готовности сотрудничать с Советским Союзом, но и кое-какими несложными дипломатическими маневрами, призванными скрыть от общественного мнения действительный характер проводимого ими политического курса.

Такими маневрами явились, прежде всего, переговоры 1939 года, которые Англия и Франция решили завязать с Советским Союзом. Для обмана общественного мнения англо-французские правящие круги пытались изобразить эти переговоры как серьёзную попытку воспрепятствовать дальнейшему распространению гитлеровской агрессии. Однако в свете всего дальнейшего хода событий стало совершенно ясным, что для англо-французской стороны эти переговоры с самого начала явились только очередным ходом в её двойной игре.

Это было ясно также и руководителям гитлеровской Германии, для которых смысл переговоров, затеянных Правительствами Англии и Франции с Советским Союзом, не представлял секрета. Вот что писал об этом германский посол в Лондоне Дирксен в донесении германскому министерству иностранных дел от 3 августа 1939 года, как об этом свидетельствуют документы, захваченные Советской Армией при разгроме гитлеровской Германии:

«Здесь преобладало впечатление, что возникшие за последние месяцы связи с другими государствами являются лишь резервным средством для подлинного примирения с Германией и что эти связи отпадут, как только будет достигнута единственно важная и достойная усилий цель - соглашение с Германией». Это мнение твёрдо разделяли все германские дипломаты, наблюдавшие обстановку в Лондоне.

В другом своём секретном донесении в Берлин Дирксен писал:

«Англия хочет посредством вооружений и приобретения союзников усилиться и поравняться с осью, но в то же время она хочет попытаться путём переговоров придти к полюбовному соглашению с Германией».

Фальсификаторы истории пытаются скрыть эти документы, ибо они проливают яркий свет на обстановку последних предвоенных месяцев, без правильной оценки которой невозможно понять действительную предисторию войны. Затевая переговоры с Советским Союзом и давая гарантии Польше, Румынии и некоторым другим государствам, Англия и Франция при поддержке правящих кругов США вели двойную игру, рассчитанную на соглашение с гитлеровской Германией с целью направления её агрессии на Восток, против Советского Союза.

Переговоры между Англией и Францией, с одной стороны, и Советским Союзом, с другой, начались в марте 1939 года и продолжались около четырёх месяцев.

Весь ход этих переговоров с полной очевидностью показал, что в то время, как Советский Союз стремился достичь широкого и равноправного соглашения с западными державами, способного хотя бы в последний момент удержать Германию от развязывания войны в Европе, Правительства Англии и Франции, опиравшиеся на поддержку в Соединённых Штатах, ставили совершенно иные цели. Англо-французские правящие круги пытались навязать Советскому Союзу обязательства, в силу которых СССР взял бы на себя всю тяжесть жертв по отражению возможной гитлеровской агрессии, а Англия и Франция вовсе не связывали бы себя какими-либо обязательствами по отношению к Советскому Союзу.

Если бы англо-французским правителям удался этот маневр, они значительно приблизились бы к осуществлению своей основной цели, которая заключалась в том, чтобы как можно скорее столкнуть лбами Германию и Советский Союз. Однако, этот замысел был разгадан Советским Правительством, которое, на всех этапах переговоров противопоставляло дипломатическим трюкам и уловкам западных держав свои открытые и ясные предложения, призванные служить лишь одной цели - делу защиты мира в Европе.

В этих переговорах выдвинуло Советское Правительство выдвинуло следующие условия: заключение между Англией, Францией и СССР эффективного пакта о взаимопомощи против агрессии; гарантирование со стороны Англии, Франции и СССР государств Центральной и Восточной Европы, включая в их число все без исключения пограничные с СССР европейские страны; заключение конкретного военного соглашения между Англией, Францией и СССР о формах и размерах немедленной и эффективной помощи друг другу и гарантируемым государствам в случае нападения агрессоров.

На третьей Сессии Верховного Совета СССР 31 мая 1939 года В.М. Молотов указывал, что в некоторых англо-французских предложениях, предъявленных во время этих переговоров, отсутствовал элементарный принцип взаимности и равных обязанностей, обязательный во всяких равноправных соглашениях.

«Гарантировав себя, - говорил В.М. Молотов, - от прямого нападения агрессоров пактами взаимопомощи между собой и с Польшей, и обеспечивая себе помощь СССР в случае нападения агрессоров на Польшу и Румынию, англичане и французы оставляли открытым вопрос - может ли СССР в свою очередьрассчитывать на помощь с их стороны в случае прямого нападения на него со стороны агрессоров, равно как оставляли открытым другой вопрос - могут ли они принять участие в гарантировании граничащих с СССР малых государств, прикрывающих северо-западные границы СССР, если они окажутся не в силах отстоять свой нейтралитет от нападения агрессоров. Получалось, таким образом, неравное положение для СССР».

Даже, когда англо-французские представители на словах стали соглашаться с принципом взаимопомощи между Англией, Францией и СССР на условиях взаимности на случай прямого нападения агрессора, - они обставили это рядом таких оговорок, которые делали это согласие фиктивным.

Кроме того, англо-французские предложения предусматривали помощь со стороны СССР тем странам, которым англичане и французы дали обещание о гарантиях, но они ничего не сказали о своей помощи странам на северо-западной границе СССР - Прибалтийским государствам, в случае нападения на них агрессора.

Исходя из изложенных выше соображений, В.М. Молотов заявил, что Советский Союз не может брать на себя обязательств в отношении одних стран без того, чтобы были даны такие же гарантии в отношении стран, расположенных на северо-западных границах Советского Союза.

Следует также напомнить, что когда 18 марта 1939 года британский посол в Москве Сиидс запросил Народного Комиссара Иностранных Дел, какова будет позиция Советского Союза в случае гитлеровской агрессии против Румынии, о подготовке которой у англичан имелись сведения, и когда с советской стороны был поставлен вопрос, какова будет при таких обстоятельствах позиция Англии, Сиидс уклонился от ответа, заметив, что географически Румыния ближе к Советскому Союзу, чем к Англии.

Таким образом, уже с первого шага ясно обнаружилось стремление английских правящих кругов связать Советский Союз определёнными обязательствами, а самим остаться в стороне. Этот же нехитрый приём затем систематически, всё вновь и вновь, повторялся в течение всего хода переговоров.

В ответ на английский запрос Советское Правительство выдвинуло предложение о созыве совещания представителей наиболее заинтересованных государств, а именно: Великобритании, Франции, Румынии, Польши, Турции и Советского Союза. По мнению Советского Правительства, такое совещание дало бы наибольшие возможности для выяснения действительного положения и определения позиций всех его участников. Однако британское Правительство ответило, что считает советское предложение преждевременным.

Вместо созыва конференции, которая дала бы возможность договориться о конкретных мерах борьбы против агрессии, английское Правительство предложило Советскому Правительству 21 марта 1939 года подписать совместно с ним, а также с Францией и Польшей декларацию, в которой подписавшиеся правительства обязались бы «совещаться о тех шагах, которые должны быть предприняты для общего сопротивления» на случай угрозы «независимости любого европейского государства». Британский посол, доказывая приемлемость своего предложения, особенно напирал на то обстоятельство, что декларация составлена в весьма мало обязывающих выражениях.

Было совершенно очевидно, что такая декларация не может служить серьёзным средством борьбы против нависшей угрозы со стороны агрессора. Полагая, однако, что «даже такая малообещающая декларация может явиться хотя бы некоторым шагом вперёд в деле обуздания агрессора», Советское Правительство согласилось принять английское предложение. Но уже 1 апреля 1939 года английский посол в Москве сообщил, что Англия считает вопрос о совместной декларации отпавшим.

После ещё двухнедельных проволочек английский министр иностранных дел Галифакс сделал Советскому Правительству через посла в Москве новое предложение, заключавшееся в том, чтобы Советское Правительство сделало заявление, что «в случае акта агрессии против какого-либо европейского соседа Советского Союза, который оказал бы сопротивление, можно будет рассчитывать на помощь Советского Правительства, если она будет желательна».

Главный смысл этого предложения заключался в том, что в случае акта агрессии Германии против Латвии, Литвы, Эстонии, Финляндии Советский Союз был обязан оказать им помощь без какого-либо обязательства по оказанию помощи со стороны Англии, то есть, ввязаться в войну с Германией один на один. Что касается Польши и Румынии, которым Англия дала гарантии, то и в этом случае Советский Союз должен был оказать им помощь против агрессора. Но и в данном случае Англия не хотела брать на себя какие-либо обязательства совместно с Советским Союзом, оставляя себе свободу рук и поле для любого маневрирования, не говоря уже о том, что согласно этому предложению Польша и Румыния, а также Прибалтийские государства ничем не обязывались в отношении СССР.

Советское Правительство, не желая упускать ни единой возможности добиться соглашения с другими державами о совместной борьбе против гитлеровской агрессии представило британскому Правительству встречное предложение. Это предложение заключалось в том, чтобы, во-первых, Советский Союз, Англия и Франция взаимно обязались оказывать друг другу всяческую немедленную помощь, включая военную, в случае агрессии против одного из этих государств; во-вторых, чтобы Советский Союз, Англия и Франция обязались оказывать всяческую, в том числе и военную, помощь государствам Восточной Европы, расположенным между Балтийским и Чёрным морями и граничащим с Советским Союзом, в случае агрессии против этих государств. Наконец, в-третьих, Советский Союз, Англия и Франция должны были обязаться в короткий срок установить размеры и формы военной помощи, оказываемой каждому из этих государств в обоих случаях, упомянутых выше.

Таковы были наиболее важные пункты советского предложения. Не трудно видеть коренное отличие советского предложения от британского предложения, поскольку советское предложение заключало в себе действительно эффективные меры совместного противодействия агрессии.

8 мая в Москву поступил английский ответ, или, точнее, английские контрпредложения. Советскому Правительству снова предлагалось сделать одностороннее заявление, которым оно «обязалось бы в случае вовлечения Великобритании и Франции в военные действия во исполнение принятых ими обязательств» (перед Бельгией, Польшей, Румынией, Грецией и Турцией) «оказать немедленно содействие, если оно окажется желательным, причём род и условия, в которых предоставлялось бы это содействие, явились бы предметом соглашения».

В этом предложении речь шла об односторонних обязательствах Советского Союза. Он должен был обязаться оказывать помощь Англии и Франции, которые со своей стороны абсолютно никаких обязательств перед Советским Союзом в отношении Прибалтийских республик на себя не брали. Англия предлагала поставить СССР в неравное положение, неприемлемо и недостойное для любого независимого государства.

На деле английское предложение было адресовано не столько в Москву, сколько в Берлин. Немцев приглашали напасть на Советский Союз и давали им понять, что Англия и Франция сохранят нейтралитет, если только немецкое нападение будет совершено через Прибалтику.

11 мая переговоры между Советским Союзом, Англией и Францией были ещё более осложнены заявлением польского посла в Москве Гржибовского о том, что «Польша не считает возможным заключение пакта о взаимопомощи с СССР...».

Разумеется, такое заявление польского представителя могло быть сделано только с ведома и одобрения правящих кругов Англии и Франции.

Поведение английских и французских представителей в переговорах в Москве носило настолько провокационный характер, что даже в правящем лагере западных держав нашлись люди, которые резко критиковали такую грубую игру. Так, летом 1939 года Ллойд Джордж выступил во французской газете «Се суар» с резкой статьёй, направленной против руководителей английской политики. Касаясь причин той бесконечной канители, в которой завязли переговоры Англии и Франции с Советским Союзом, Ллойд Джордж писал, что на этот вопрос возможен лишь один ответ: «Невиль Чемберлен, Галифакс и Джон Саймон не желают никакого соглашения с Россией».

Разумеется, то, что было ясно Ллойд Джорджу, было не менее ясно руководству гитлеровской Германии, которое прекрасно понимало, что западные державы и не помышляют о серьёзном соглашении с Советским Союзом, а преследуют совершенно иную цель, заключавшуюся в том, чтобы подтолкнуть Гитлера к скорейшему нападению на Советский Союз, обеспечив ему как бы премию за это нападение путём создания для Советского Союза наименее благоприятных условий в случае войны с Германией.

К тому же западные державы без конца затягивали переговоры с Советским Союзом, пытаясь утопить существенные вопросы в тине мелких поправок и бесчисленных вариантов.

В конце мая Англия и Франция внесли новые предложения, которые кое в чём улучшали предыдущий вариант, но по прежнему оставляли открытым существенно важный для Советского Союза вопрос о гарантии трёх Прибалтийских республик, расположенных на северо-западной границе Советского Союза.

Таким образом, идя, под давлением общественного мнения своих стран, на некоторые словесные уступки, правители Англии и Франции продолжали гнуть свою прежнюю линию, обставляя свои предложения такими оговорками, которые делали их заведомо неприемлемыми для Советского Союза.

Поведение англо-французских представителей во время переговоров в Москве было настолько нетерпимым, что В.М. Молотов должен был 27 мая 1939 года заявить английскому послу Сиидсу и французскому поверенному в делах Пайару, что представленный ими проект соглашения об оказании совместного противодействия агрессору в Европе не содержит плана организации эффективной взаимопомощи СССР, Англии и Франции и даже не свидетельствует о серьёзной заинтересованности английского и французского Правительств в соответствующем пакте с Советским Союзом. При этом было прямо заявлено, что англо-французское предложение наводит на мысль, что Правительства Англии и Франции не столько заинтересованы в самом пакте, сколько в разговорах о нём. Возможно, что эти разговоры и нужны Англии и Франции для каких-то целей. Советскому Правительству эти цели неизвестны. Советское Правительство заинтересовано не в разговорах о пакте, а в организации действенной взаимопомощи СССР, Англии и Франции против агрессии в Европе. Англо-французские представители были предупреждены, что Советское Правительство не намерено участвовать в разговорах о пакте, целей которых СССР не знает, и что такие разговоры английское и французское Правительства могут вести с более подходящими, чем СССР, партнёрами.

Московские переговоры затягивались бесконечно. Причины такой недопустимой затяжки переговоров выболтал лондонский «Таймс», который писал: «Быстрый и решительный союз с Россией может помешать другим переговорам...» «Таймс», говоря о «других переговорах», имел, очевидно, в виду переговоры Роберта Хадсона, английского министра по делам заморской торговли, с доктором Гельмутом Вольтатом, экономическим советником Гитлера, по вопросу о возможности английского займа гитлеровской Германии в весьма крупной сумме.

Кроме того в день, когда гитлеровская армия вступила в Прагу, по сообщению печати, делегация Федерации английской промышленности вела в Дюссельдорфе переговоры о заключении широкого соглашения с немецкой крупной промышленностью.

Обращало на себя внимание и то обстоятельство, что ведение переговоров от имени Великобритании в Москве было поручено второстепенным лицам, в то время как для переговоров с Гитлером выезжал из Англии в Германию сам Чемберлен и притом неоднократно. Важно отметить также и то, что английский представитель Стрэнг для переговоров с СССР не имел полномочий для подписания каких-либо соглашений с Советским Союзом.

Ввиду требования Советского Союза перейти к конкретным переговорам относительно мер борьбы против возможного агрессора, Правительства Англии и Франции должны были согласиться послать в Москву свои военные миссии. Однако эти миссии необычно долго добирались до Москвы, а когда они приехали, то оказалось, что составлены они из второстепенных лиц, не имеющих к тому же полномочий для подписания какого-либо соглашения. В этих условиях военные переговоры оказались столь же бесплодными, как и политические.

Военные миссии западных держав сразу же показали, что они не желают серьёзно разговаривать о средствах взаимной помощи в случае агрессии Германии. Советская военная миссия исходила из того, что СССР, не имея общей границы с Германией, может оказать помощь Англии, Франции, Польше, в случае возникновения войны, лишь при условии пропуска советских войск через польскую территорию. Однако польское Правительство заявило, что оно не примет военной помощи со стороны Советского Союза, показав этим, что оно опасается усиления Советского Союза больше, чем гитлеровской агрессии. Позицию Польши поддержали как английская, так и французская миссии.

В ходе военных переговоров был поставлен также вопрос о количестве вооружённых сил, которые должны быть немедленно выставлены участниками соглашения в случае агрессии. Тогда англичане назвали смехотворную цифру, заявив, что они могут выставить 5 пехотных и 1 механизированную дивизии. И это англичане предложили в то время, когда Советский Союз заявил о своей готовности выставить на фронт против агрессора 136 дивизий, 5 тысяч средних и тяжёлых орудий, до 10 тысяч танков и танкеток, свыше 5 тысяч боевых самолётов и т. д. Из этого видно, насколько несерьёзно английское Правительство отнеслось к переговорам о заключении военного соглашения с СССР.

Указанных данных достаточно для того, чтобы подтвердить вывод, который состоит в том, что:

  1. Советское Правительство на всём протяжении переговоров с исключительным терпением добивалось того, чтобы обеспечить договорённость с Англией и Францией о взаимной помощи против агрессора на равноправных началах и при условии, что взаимная помощь будет действительно эффективной, то есть, что заключению политического договора будет сопутствовать подписание военной конвенции, устанавливающей размеры, формы и сроки помощи, ибо весь предыдущий ход событий достаточно ясно показал, что только такое соглашение могло бы быть эффективным и способно было бы образумить гитлеровского агрессора, избалованного полной безнаказанностью и попустительством западных держав на протяжении многих лет;

  2. Поведение Англии и Франции в ходе переговоров с Советским Союзом полностью подтвердило, что ни о каком серьёзном соглашении с СССР они и не помышляют, ибо политика Англии и Франции направлялась другими целями, не имеющими ничего общего с интересами мира и борьбы с агрессией;

  3. Замысел англо-французской политики заключался в том, чтобы дать понять Гитлеру, что у СССР нет союзников, что СССР изолирован, что Гитлер может напасть на СССР, не рискуя встретиться с противодействием со стороны Англии и Франции.

Становилось очевидным, что срыв переговоров был заранее запланирован представителями западных держав. Дело в том, что наряду с открытыми переговорами с СССР англичане вели закулисные переговоры с Германией, и этим последним они придавали несравненно большее значение.

Если своими переговорами в Москве правящие круги западных держав стремились прежде всего усыпить бдительность общественного мнения своих стран, обмануть народы, втягиваемые в войну, то переговоры с гитлеровцами носили другой характер.

Программа англо-германских переговоров была достаточно ясно сформулирована министром иностранных дел Англии Галифаксом, который обращался к гитлеровской Германии с недвусмысленными призывами в то самое время, когда его чиновники продолжали вести переговоры в Москве. 29 июня 1939 года в речи на банкете в королевском институте международных сношений Галифакс выразил готовность договориться с Германией по всем вопросам, «внушающим миру тревогу». Он говорил: «В такого рода новой атмосфере мы могли бы обсудить колониальную проблему, вопрос о сырье, о торговых барьерах, о «жизненном пространстве», об ограничении вооружений и все другие вопросы, затрагивающие европейцев».

Это было открытое предложение договориться о разделе мира и сфер влияния, обращённое к гитлеровской Германии, предложение решить все вопросы без Советского Союза и главным образом за счёт Советского Союза.

Ещё в июне 1939 года представители Англии начали в строгой тайне переговоры с Германией через приехавшего в Лондон уполномоченного Гитлера по четырёхлетнему плану Вольтата. С ним беседовали английский министр по делам заморской торговли Хадсон и ближайший советник Чемберлена Г. Вильсон. В июле Вольтат вторично посетил Лондон, и переговоры были возобновлены. Содержание этого второго тура переговоров известно из имеющихся германских трофейных документов.

Хадсон и Т. Вильсон предложили Вольтату, а затем германскому послу в Лондоне Дирксену начать секретные переговоры о заключении широкого соглашения, которое включало бы в себя соглашение о разделе сфер влияния в мировом масштабе и об устранении «убийственной конкуренции на общих рынках». При этом предусматривалось предоставление Германии преобладающего влияния в юго-восточной Европе. Дирксен в своём донесении германскому министерству иностранных дел от 21 июля 1939 года указывал, что программа, обсуждавшаяся Вольтатом и Вильсоном, охватывала политические, военные и экономические положения. Среди политических положений отводилось особое место, наряду с пактом о ненападении, пакту о невмешательстве, который должен был включать «разграничение жизненных пространств между великими державами, особенно же между Англией и Германией».

При обсуждении вопросов, связанных с заключением этих двух пактов, английские представители обещали, что в случае подписания этих пактов Англия откажется от только что предоставленных ею гарантий Польше.

Данцигский вопрос, как и вопрос о польском коридоре, англичане готовы были в случае заключения англо-германского соглашения предоставить немцам решать с Польшей один на один, обязавшись не вмешиваться в их разрешение.

Далее Вильсон подтвердил, что в случае заключения указанных выше пактов между Англией и Германией английская гарантийная политика будет фактически ликвидирована.

«Тогда Польша, - отмечает по этому поводу в своём донесении Дирксен, - была бы, так сказать, оставлена в одиночестве лицом к лицу с Германией».

Это означало, что правители Англии были готовы сдать Польшу Гитлеру в то самое время, когда ещё не обсохли чернила, которыми были подписаны английские гарантии Польше.

Вместе с тем в случае заключения англо-германского соглашения была бы достигнута цель, которую ставили перед собой Англия и Франция, начиная переговоры с Советским Союзом, и была бы ещё более облегчена возможность ускорения столкновения между Германией и СССР.

Наконец, политическое соглашение между Англией и Германией предполагалось дополнить экономическим соглашением, включающим в себя тайную сделку по колониальным вопросам, по распределению сырья, по разделу рынков, а также о крупном английском займе для Германии.

Правителям Англии рисовалась заманчивая картина прочного соглашения с Германией и так называемая «канализация» германской агрессии на Восток против недавно «гарантированной» ими Польши и против Советского Союза.

Фальсификаторы истории тщательно замалчивают и пытаются скрыть эти факты, имеющие решающее значение для понимания той обстановки, в которой война становилась неизбежной.

Англия и Франция не только не были намерены всерьёз что-либо предпринять для того, чтобы помешать гитлеровской Германии развязать войну, но, наоборот, делали всё от них зависящее, чтобы методами тайных сговоров и сделок, методами всевозможных провокаций натравить гитлеровскую Германию на Советский Союз.

Никому не удастся выкинуть ни из истории, ни из сознания народов тот решающий факт, что в этих условиях выбор, стоявший перед Советским Союзом, был таков:

либо принять в целях самообороны сделанное Германией предложение о заключении договора о ненападении и тем самым обеспечить Советскому Союзу продление мира на известный срок, который мог быть использован Советским государством в целях лучшей подготовки своих сил для отпора возможному нападению агрессора,

либо отклонить предложение Германии насчёт пакта о ненападении и тем самым позволить провокаторам войны из лагеря западных держав немедленно втравить Советский Союз в вооружённый конфликт с Германией в совершенно невыгодной для Советского Союза обстановке, при условии полной его изоляции.

Советское Правительство оказалось вынужденным сделать свой выбор и заключить с Германией пакт о ненападении. Этот шаг Советского Правительства в огромной степени предопределил благоприятный для Советского Союза и для всех свободолюбивых народов исход второй мировой войны.

Заключение пакта с гитлеровцами не входило в план внешней политики СССР. Наоборот, СССР постоянно стремился к тому, чтобы иметь соглашение с западными неагрессивными государствами против немецко-итальянских агрессоров в целях осуществления коллективной безопасности на началах равенства. Но соглашение есть обоюдный акт. Если СССР добивался соглашения о борьбе с агрессией, то Англия и Франция систематически отвергали его, предпочитая вести политику изоляции СССР, политику уступок агрессорам, политику направления агрессии на Восток, против СССР. Соединённые Штаты Америки не только не противодействовали такой пагубной политике, а, наоборот, всячески поддерживали её. Что касается американских миллиардеров, то они продолжали вкладывать свои капиталы в немецкую тяжёлую промышленность, помогали немцам развернуть свою военную промышленность и вооружали, таким образом, немецкую агрессию.

При таком положении дел в Европе Советскому Союзу оставался один выход: принять предложение немцев о пакте. Это был наиболее приемлемый из всех возможных выходов.

Как в 1918 году ввиду враждебной политики западных держав Советская Россия оказалась вынужденной заключить Брестский мир с немцами, так и теперь, в 1939 году, через 20 лет после Брестского мира, Советский Союз оказался вынужденным заключить пакт с немцами ввиду той же враждебной политики Англии и Франции.

Разговоры о том, что СССР всё же не должен был позволить себе пойти на пакт с немцами, нельзя расценивать иначе, как глупость. Почему Польша, имея союзников в лице Англии и Франции, могла пойти на пакт с немцами о ненападении в 1934 году, а Советский Союз, находившийся в менее благоприятных условиях, не мог пойти на такой пакт в 1939 году? Почему Англия и Франция, представлявшие господствующую силу в Европе, могли пойти на совместную с немцами декларацию о ненападении в 1938 году, а Советский Союз, изолированный благодаря враждебной политике Англии и Франции, не мог пойти на пакт с немцами?

Из всех неагрессивных больших держав Европы Советский Союз был последней державой, которая пошла на пакт с немцами.

Разумеется, враги социализма, советской власти, недовольны тем, что Советскому Союзу удалось умело использовать советско-немецкий пакт в целях укрепления своей обороны, что ему удалось раздвинуть свои границы далеко на запад и преградить путь беспрепятственному продвижению немецкой агрессии на Восток, что гитлеровским войскам пришлось начать своё наступление на Восток не с линии Нарва - Минск - Киев, а с линии, проходившей на сотни километров западнее, что СССР не истёк кровью в Великой Отечественной войне, а вышел из войны победителем. Их озлобленное недовольство следует рассматривать лишь как демонстрацию того несомненного факта, что политика Советского Союза, сталинского руководства, была правильной политикой.

 

на предыдущую на следующую

НЕ БОРЬБА С ГЕРМАНСКОЙ АГРЕССИЕЙ, А ПОЛИТИКА ИЗОЛЯЦИИ СССР

Дальнейшее развитие событий ещё более отчётливо показало, что правящие круги Англии и Франции своими уступками и поблажками фашистским государствам, объединившимся в 1936 году в военно-политический блок, известный как «Ось Берлин - Рим», только подбадривали и толкали Германию на путь захватов.

Отвергая политику коллективной безопасности, Англия и Франция перешли на позицию так называемого невмешательства, о которой И. В. Сталин говорил:

«...политику невмешательства можно было бы охарактеризовать таким образом: «пусть каждая страна защищается от агрессоров, как хочет и как может, наше дело сторона, мы будем торговать и с агрессорами и с их жертвами». На деле, однако, политика невмешательства означает попустительство агрессии, развязывание войны, - следовательно, превращение её в мировую войну».

И.В. Сталин указывал при этом, что

«...большая и опасная политическая игра, начатая сторонниками политики невмешательства, может окончиться для них серьёзным провалом». Уже в 1937 году было совершенно ясно, что дело идёт к большой войне, затеваемой Гитлером при прямом попустительстве Великобритании и Франции.

Захваченные советскими войсками после разгрома Германии документы германского министерства иностранных дел раскрывают подлинную сущность внешней политики Великобритании и Франции того периода. Как видно из документов, сущность англо-французской политики заключалась не в объединении сил миролюбивых государств для совместной борьбы против агрессии, а в том, чтобы изолировать СССР и направить гитлеровскую агрессию на Восток, против Советского Союза, использовав Гитлера как орудие в своих целях.

При этом правители Англии и Франции хорошо знали основное направление гитлеровской внешней политики, которая была определена Гитлером следующим образом:

«Мы, национал-социалисты, сознательно подводим черту под направлением нашей внешней политики в довоенное время. Мы начинаем с того, на чём остановились шесть веков тому назад. Мы приостанавливаем вечное стремление германцев на юг и запад Европы и обращаем свой взор на земли на востоке.

Мы порываем, наконец, с колониальной и торговой политикой довоенного времени и переходим к территориальной политике будущего. Но когда мы сейчас в Европе говорим о новых землях, то мы можем в первую очередь думать только о России и подвластных ей пограничных государствах. Кажется, что сама судьба указывает нам путь».

Основной смысл мюнхенской политики Англии и Франции был достаточно ясен уже и раньше. Имеющиеся документы из архива германского министерства иностранных дел дают, однако, многочисленные дополнительные факты, раскрывающие действительный смысл дипломатии западных держав в предвоенный период, показывая, какая шла игра судьбами народов, как беззастенчиво торговали чужими территориями, как втайне перекраивалась карта мира, как подбадривалась гитлеровская агрессия и какие делались усилия, чтобы направить эту агрессию на Восток, против Советского Союза.

Об этом красноречиво говорит, например, немецкий документ, содержащий запись беседы между Гитлером и английским министром Галифаксом в присутствии германского министра иностранных дел фон Нейрата, имевшей место в Оберзальцберге 19 ноября 1937 года. Галифакс заявил, что «он (лорд Галифакс) и другие члены английского Правительства проникнуты сознанием, что фюрер достиг многого не только в самой Германии, но что, в результате уничтожения коммунизма в своей стране, он преградил путь последнему в Западную Европу, и поэтому Германия по праву может считаться бастионом Запада против большевизма».

От имени английского премьер-министра Чемберлена Галифакс указывал на то, что имеется полная возможность найти, решение даже трудных проблем, если Германии и Англии удастся достигнуть соглашения также с Францией и Италией. Галифакс говорил, что «не должно быть такого впечатления, что «ось Берлин - Рим» или хорошие отношения между Лондоном и Парижем пострадают в результате германо-английского сближения. После того, как в результате германо-английского сближения будет подготовлена почва, четыре великих западно-европейских державы должны совместно создать основу, на которой может быть установлен продолжительный мир в Европе. Ни одна из четырёх держав ни в коем случае не должна остаться вне этого сотрудничества, так как в противном случае не будет положен конец теперешнему неустойчивому положению».

Таким образом, Галифакс от имени английского Правительства ещё в 1937 году сдёлал предложение Гитлеру о присоединении Англии, а вместе с тем и Франции к «оси Берлин - Рим».

Однако на это предложение Гитлер ответил заявлением, что такое соглашение между четырьмя державами ему кажется очень лёгким, если речь идёт о доброй воле и любезном отношении друг к другу, но дело усложнится, если Германия не будет рассматриваться «как государство, не несущее больше на себе морального или материального клейма Версальского договора».

В ответ на это Галифакс заявил согласно записи:

«Англичане являются реалистами и, может быть, больше чем другие, убеждены в том, что ошибки Версальского диктата должныбыть исправлены. Англия и в прошлом всегда оказывала своё влияние в этом реалистическом смысле. 0н указал на роль Англии при досрочной эвакуации Рейнской области при разрешении репарационного вопроса, а также при реоккупации Рейнской области». Из дальнейшей записи беседы Гитлера с Галифаксом видно, что английское Правительство одобрительно отнеслось к гитлеровским планам «приобретения» Данцига, Австрии и Чехословакии. Обсудив с Гитлером вопросы о разоружении и Лиге Наций и заметив, что они нуждаются в дальнейшем обсуждении, Галифакс заявил:

«Все остальные вопросы можно характеризовать в том смысле, что они касаются изменений европейского порядка, которые, вероятно, рано или поздно произойдут. К этим вопросам относятся Данциг, Австрия и Чехословакия. Англия заинтересована лишь в том, чтобы эти изменения были произведены путём мирной эволюции, и чтобы можно было избежать методов, которые могут причинить дальнейшие потрясения, которых не желали бы ни фюрер, ни другие страны».

Как видно, эта беседа представляла не простой зондаж, прощупывание собеседника, что иногда вызывается политической необходимостью, а сговор, тайное соглашение английского Правительства с Гитлером об удовлетворении захватнических аппетитов последнего за счёт третьих стран.

В этой связи следует отметить заявление в парламенте английского министра Саймона 21 февраля 1938 года, что Великобритания никогда не давала специальных гарантий независимости Австрии. Это была заведомая ложь, ибо такие гарантии были даны Версальским и Сен-Жерменским договорами.

Тогда же британский премьер-министр Чемберлен заявил, что Австрия не может рассчитывать на какую-либо защиту со стороны Лиги Наций.

«Мы не должны пытаться, - заявил Чемберлен, - вводить себя в заблуждение и тем более мы не должны обманывать малые, слабые нации надеждами на то, что они получат от Лиги Наций защиту против агрессии, и что можно будет соответственно действовать, раз мы знаем, что ничего подобного не может быть предпринято».

Так руководители британской политики подбадривали Гитлера к захватническим действиям.

В захваченном советскими войсками в Берлине немецком архиве имеется также запись беседы между Гитлером и британским послом в Германии Гендерсоном, происходившей в присутствии Риббентропа 3 марта 1938 года. С самого начала этой беседы Гендерсон подчеркнул её доверительный характер, оговорив, что содержание беседы не будет сообщено ни французам, ни бельгийцам, ни португальцам, ни итальянцам, которым будет лишь сказано, что беседа состоялась как продолжение переговоров между Галифаксом и Гитлером и была посвящена вопросам, касающимся Германии и Англии.

Выступая в этой беседе от имени английского Правительства, Гендерсон подчеркнул, что «дело идёт не о торговой сделке, а о попытке установить основу для истинной и сердечной дружбы с Германией, начиная с улучшения обстановки и кончая созданием нового духа дружественного понимания».

Не возражая против требования Гитлера об «объединении Европы без России», Гендерсон напомнил, что Галифакс, который к этому времени стал министром иностранных дел, уже согласился с теми территориальными изменениями, которые Германия намерена произвести в Европе, и что «целью английского предложения является участие в таком разумном урегулировании». В этой же беседе Гендерсон, как значится в записи, заявил, что Чемберлен «выказал большое мужество, когда, не обращая внимания ни на что, сорвал маску с таких интернациональных фраз, как коллективная безопасность и т. п...» «...Поэтому, - добавил Гендерсон, - Англия заявляет о своей готовности устранить все трудности и спрашивает Германию, готова ли она со своей стороны сделать то же самое».

Когда в беседу вмешался Риббентроп, обратив внимание Гендерсона на то, что английский посланник в Вене в «драматической» форме сделал заявление фон Папену по поводу событий в Австрии, Гендерсон поспешил отмежеваться от заявления своего коллеги, заявив, что «часто он сам, Невиль Гендерсон, высказывался за аншлюсс».

Таков был язык английской дипломатии предвоенного периода.

Вслед за этим сговором, уже 12 марта 1938 года Гитлер захватил Австрию, не встретив никакого противодействия со стороны Англии и Франции. В тот момент только Советский Союз поднял свой предостерегающий голос и снова обратился с призывом организовать коллективную защиту независимости стран, которым угрожала агрессия. Ещё 17 марта 1938 года Советское Правительство направило державам ноту, выражая свою готовность «приступить немедленно к обсуждению с другими державами в Лиге Наций или вне её практических мер», которые «имели бы целью приостановить дальнейшее развитие агрессии и устранение усилившейся опасности новой мировой бойни». Ответ английского Правительства на советскую ноту свидетельствовал о нежелании английского Правительства создавать помехи этим планам гитлеровской агрессии.

Он гласил, что конференция для принятия «согласованных действий против агрессии не обязательно окажет, по мнению правительства Его Величества, благоприятное воздействие на перспективы европейского мира».

Следующим звеном в цепи германской агрессии и подготовки войны в Европе был захват Германией Чехословакии. И этот важнейший шаг к развязыванию войны в Европе мог быть осуществлён Гитлером только при прямой поддержке Англии и Франции.

Ещё 10 июля 1938 года германский посол в Лондоне Дирксен сообщил в Берлин, что английское Правительство «сделало поиски компромисса с Германией одним из существеннейших пунктов своей программы» и что «данное правительство по отношению к Германии проявляет такой максимум понимания, какой только может проявить какая-либо из возможных комбинаций английских политиков».

Дирксен писал, что английское Правительство «приблизилось к пониманию наиболее существенных пунктов основных требований, выставляемых Германией в отношении отстранения Советского Союза от решения судеб Европы, отстранения Лиги Наций в этом же смысле, целесообразности двусторонних переговоров и договоров».

Дирксен также сообщил в Берлин, что английское Правительство готово принести большие жертвы во имя «удовлетворения других справедливых требований Германии».

Таким образом, между английским Правительством и Гитлером действительно установилось далеко идущее согласие во внешнеполитических планах, о чём так выразительно сообщал Дирксен в своём донесении в Берлин.

19 сентября 1938 года, т, е. спустя 4 дня после свидания Гитлера с Чемберленом, прилетавшим для этого в гитлеровскую резиденцию Берхтесгаден, представители британского и французского Правительств потребовали от чехословацкого Правительства передачи Германии чехословацких районов, населённых главным образом судетскими немцами. Они мотивировали это тем, что без этого якобы невозможно поддержание мира и обеспечение жизненных интересов Чехословакии. Англо -французские покровители гитлеровской агрессии своё предательство пытались прикрыть обещанием международной гарантии новых границ Чехословацкого государства в качестве «вклада в дело умиротворения Европы».

20 сентября чехословацкое Правительство ответило на англо-французские предложения. Чехословацкое Правительство заявило, что «принятие предложений такого характера равнялось бы добровольному и полному искалечению государства во всех направлениях». Чехословацкое Правительство обращало внимание английского и французского Правительств на то, что «паралич Чехословакии имел бы в результате глубокие политические перемены во всей средней и юго-восточной Европе».

«Равновесие сил в средней Европе и Европе вообще, - заявляло чехословацкое правительство в своём ответе, - было бы уничтожено; это повлекло бы за собой далеко идущие последствия для всех остальных государств, а особенно для Франции». Чехословацкое Правительство обращалось к Правительствам Англии и Франции «с последним призывом» пересмотреть свою точку зрения, подчёркивая, что это в интересах не только Чехословакии, но и её друзей, в интересах «всего дела мира и дела здорового развития Европы».

На следующий день английское Правительство послало чехословацкому Правительству ответную ноту с предложением взять обратно свой ответ на первоначальные англо-французские предложения и «спешно и серьёзно взвесить» прежде, чем создавать ситуацию, за которую английское Правительство не могло бы на себя принять ответственность. В заключение английское Правительство подчёркивало, что оно не может поверить, чтобы чехословацкий проект об арбитраже был теперь приемлем. Оно не может полагать, указывалось в этой английской ноте, чтобы «германское правительство считало ситуацию такой, какая могла бы быть разрешена арбитражем, как это предлагает чехословацкое правительство».

В заключение английская нота угрожающе предупреждала чехословацкое Правительство, что, в случае отклонения английского совета, чехословацкое Правительство «должно иметь свободу каких угодно действий, которые оно сочтёт соответствующими ситуации, какая могла бы создаться позднее».

Состоявшееся 29-30 сентября 1938 года в Мюнхене совещание Гитлера, Чемберлена, Муссолини и Даладье явилось завершением той постыдной сделки, которая ещё ранее была полностью согласована между основными участниками сговора против мира. Судьба Чехословакии была решена без всякого её участия. Представителей Чехословакии пригласили в Мюнхен лишь для того, чтобы они покорно ждали результатов сговора между империалистами.

Всё поведение Англии и Франции не оставляло никакого сомнения в том, что неслыханный акт предательства со стороны английского и французского Правительств по отношению к чехословацкому народу и его республике вовсе не был случайным эпизодом в политике этих государств, а являлся важнейшим звеном в этой политике, преследовавшей цель направить гитлеровскую агрессию против Советского Союза.

Истинный смысл мюнхенского сговора был тогда же разоблачён И.В. Сталиным, который сказал, что «немцам отдали районы Чехословакии, как цену за обязательство начать войну с Советским Союзом».

Существо всей этой политики, англо-французских правящих кругов в этот период было вскрыто в следующих словах И.В. Сталина на XVIII съезде ВКП(б) в марте 1939 года:

«Политика невмешательства, - говорил И. В. Сталин, - означает попустительство агрессии, развязывание войны, - следовательно, превращение её в мировую войну. В политике невмешательства сквозит стремление, желание - не мешать агрессорам творить своё чёрное дело, не мешать, скажем, Японии впутаться в войну с Китаем, а ещё лучше с Советским Союзом, не мешать, скажем, Германии увязнуть в европейских делах, впутаться в войну с Советским Союзом, дать всем участникам войны увязнуть глубоко в тину войны, поощрять их в этом втихомолку, дать им ослабить и истощить друг друга, а потом, когда они достаточно ослабнут, - выступить на сцену со свежими силами, выступить, конечно, «в интересах мира», и продиктовать ослабевшим участникам войны свои условия».

Из всех великих держав один только Советский Союз на всех этапах чехословацкой трагедии активно выступал в защиту независимости и национальных прав Чехословакии. Пытаясь оправдаться в глазах общественного мнения, Правительства Англии и Франции лицемерно заявляли, будто бы они не знают, будет ли выполнять Советский Союз свои обязательства перед Чехословакией, вытекавшие из договора о взаимной помощи. Но они говорили заведомую неправду, ибо Советское Правительство публично заявило о готовности выступить за Чехословакию против Германии в соответствии с условиями этого договора, требующими одновременного выступления Франции в защиту Чехословакии. Но Франция отказалась выполнить свой долг.

Несмотря на это, накануне мюнхенской сделки Советское Правительство вновь заявило, что оно высказывается за созыв международной конференции для оказания практической помощи Чехословакии и для принятия практических мер к сохранению мира.

Когда захват Чехословакии стал фактом и правительства империалистических стран одно за другим заявили о своём признании совершившегося факта, Советское Правительство в своей ноте от 18 марта заклеймило захват Чехословакии, совершённый гитлеровской Германией при пособничестве Англии и Франции, как акт произвола, насилия, агрессии. В той же ноте Советское Правительство подчёркивало, что действия Германии создали и усилили угрозу всеобщему миру, «нарушили политическую устойчивость в Средней Европе, увеличили элементы ещё ранее созданного в Европе состояния тревоги и нанесли новый удар чувству безопасности народов».

Дело не ограничилось выдачей Чехословакии Гитлеру. Правительства Англии и Франции наперебой спешили подписать широкие политические соглашения с гитлеровской Германией. 30 сентября 1938 года в Мюнхене была подписана Чемберленом и Гитлером англо-германская декларация, в которой говорилось:

«Мы продолжили сегодня нашу беседу и единодушно пришли к убеждению, что вопрос германо-английских отношений имеет первостепенное значение для обеих стран и для Европы. Мы рассматриваем подписанное вчера вечером соглашение и германо-английское морское соглашение, как символ желания наших обоих народов никогда более не вести войну друг против друга. Мы полны решимости рассматривать и другие вопросы, касающиеся наших обеих стран, при помощи консультаций и стремиться в дальнейшем устранять какие бы то ни было поводы к разногласиям, чтобы таким образом содействовать обеспечению мира в Европе».

Это была декларация Англии и Германии о взаимном ненападении.

6 декабря 1938 года была подписана франко-германская декларация Боннэ - Риббентропа, аналогичная англо-германской. В этой декларации заявлялось, что германское и французское Правительства единодушно пришли к убеждению, что мирные и добрососедские отношения между Германией и Францией являются одной из существеннейших предпосылок консолидации отношений в Европе и сохранения всеобщего мира и что оба правительства приложат все усилия, чтобы обеспечить поддержание таких отношений между своими странами. Декларация констатировала, что между Францией и Германией нет больше никаких спорных вопросов территориального характера и что существующая граница между их странами является окончательной. В заключение декларация заявляла, что оба правительства твёрдо решают, не касаясь своих особых отношений с третьими державами, поддерживать контакт друг с другом по всем вопросам, касающимся их стран, и совещаться между собой в случае, если бы эти вопросы в своём дальнейшем развитии могли привести к международным осложнениям.

Это была декларация Франции и Германии о взаимном ненападении.

По существу дела, заключение этих соглашений означало, что и Англия, и Франция подписали с Гитлером пакты о ненападении.

В этих соглашениях с гитлеровской Германией совершенно ясно обнаруживается стремление английского и французского Правительств отвести от себя угрозу гитлеровской агрессии в расчёте, что мюнхенское и другие подобные соглашения уже открыли ворота для гитлеровской агрессии на Восток, в направлении Советского Союза.

Таким образом были созданы политические условия, необходимые для «объединения Европы без России».

Дело шло к полной изоляции Советского Союза.

 

на предыдущую на следующую

Понедельник, 19 Сентябрь 2005 21:00

Как началась подготовка немецкой агрессии

КАК НАЧАЛАСЬ ПОДГОТОВКА НЕМЕЦКОЙ АГРЕССИИ

Германия начала подготовку войны сразу же после прихода Гитлера к власти. Гитлеровский режим был создан германскими монополистическими кругами с полного одобрения правящего лагеря Англии, Франции и Соединённых Штатов.

Для того, чтобы подготовиться к войне и обеспечить себя новейшим вооружением, Германия должна была восстановить и развить свою тяжёлую индустрию и, прежде всего, металлургию и военную промышленность в Руре. После поражения в первой мировой войне Германия, ограниченная рамками Версальского договора, не могла этого сделать в короткий срок своими силами. Германский империализм получил в этом мощную поддержку со стороны Соединённых Штатов Америки. Американские банки и тресты, действуя в полном согласии с Правительством, в послеверсальский период вложили в германскую экономику и предоставили Германии кредиты, исчисляемые миллиардами долларов, которые пошли на восстановление и развитие военно-промышленного потенциала Германии.

Известно, что послеверсальский период ознаменовался для Германии целой системой мероприятий, направленных на восстановление германской тяжёлой индустрии, в частности, германского военно-промышленного потенциала. Громадную роль в этом деле сыграл так называемый репарационный план Дауэса для Германии, при помощи которого США и Англия рассчитывали поставить германскую промышленность зависимость от американских и британских монополий. План Дауэса расчистил путь для усиленного притока и внедрения в германскую промышленность иностранного, преимущественно американского, капитала. В результате уже с 1925 года начался подъём германского хозяйства, обусловленный интенсивным процессом перевооружения производственного аппарата. Вместе с тем резко возрастал германский экспорт, достигший к 1927 году уровня 1913 года, а в отношении готовых изделий даже превысивший этот уровень на 12 проц. (в ценах 1913 года). За 6 лет, с 1924 года по 1929 год, - прилив иностранного капитала в Германию составил свыше 10-15 млрд. марок долгосрочных вложений и свыше 6 млрд. марок краткосрочных вложений. По некоторым источникам, объём капиталовложений был значительно больше. Это привело к гигантскому усилению экономического и, в частности, военного потенциала Германии. В этом деле ведущее значение принадлежало американским капиталовложениям, составлявшим не менее 70 проц. суммы всех долгосрочных займов. Хорошо известна роль, которую сыграли в финансировании германской тяжёлой индустрии, в создании и расширении теснейших связей между американской промышленностью и германской промышленностью американские монополии во главе с семьями Дюпонов, Морганов, Рокфеллеров, Ламонтов и других индустриальных магнатов США. Ведущие американские монополии оказались теснейшим образом связанными с германской тяжёлой индустрией, военными концернами и банками. Ведущий американский химический концерн «Дюпон - Де Немур», являвшийся одним из крупнейших акционеров автомобильного треста «Дженерал Моторс», и британский имперский химический трест («Империал Кемикл Индастрис») находились в тесных промышленных отношениях с германским химическим концерном «И.Г. Фарбеннндустри», с которым в 1926 году заключили картельное соглашение о разделе мировых рынков сбыта пороха. Председателем правления фирмы «Ром и Хаас» в Филадельфии (США) до войны был компаньон главы этой фирмы в Дармштадте (Германия). В период между 1931 и 1939 годами немецкий капиталист Шмитц, председатель концерна «И.Г. Фарбениндустри» и член Совета «Дейче Банк», контролировал американскую фирму «Дженерал Дейстаф Корпорейшен». После мюнхенской конференции (1938 г.) американский трест «Стандарт Ойл» заключил договор с «И.Г. Фарбениндустри», согласно которому последний получил участие в прибылях с производимого в США авиационного бензина, взамен этого легко отказавшись от вывоза из Германий своего синтетического бензина, запасы которого Германия накапливала тогда для военных целей. Такие связи характерны не только для американских капиталистических монополий. Теснейшие экономические отношения, имеющие не только коммерческое, но и военное значение, существовали, например, перед самой войной между Федерацией британской промышленности германской имперской промышленной группой. Представители этих двух монополистических объединений опубликовали в 1939 году в Дюссельдорфе совместное заявление, в котором, между прочим, говорилось, что целью соглашения является «стремление обеспечить возможно более полное сотрудничество промышленных систем их стран». И это было в дни, когда гитлеровская Германия поглотила Чехословакию! Не удивительно, что по этому поводу лондонский журнал «Экономист» писал: «Нет ли в атмосфере Дюссельдорфа чего-то, заставляющего разумных людей терять рассудок?"

Характерным примером тесного переплетения американского и германского капиталов, а также английского капитала может служить известный банк Шредера, в котором руководящую роль играл германский Стальной трест - «Ферейнигте Штальверке», организованный Стиннесом, Тиссеном и другими промышленными магнатами Рура, с центрами в Нью-Йорке и Лондоне. В делах этого банка играл ведущую роль Аллен Даллес, директор лондонских, кёльнских и гамбургских Шредеров в Нью-Йорке - фирмы «И. Г. Шредер Бэнкинг Корпорейшен». В нью-йоркском центре этого банка играла ведущую роль известная адвокатская фирма «Салливан энд Кромвел», возглавляемая Джоном Фостером Даллесом и тесно связанная с мировым нефтяным рокфеллеровским трестом «Стандарт Ойл», а также с самым мощным банком Америки «Чейз Нешенел Бэнк», вкладывавшими в германскую промышленность огромные капиталы.

Как только в Германии в послеверсальский период была остановлена инфляция и марка укрепилась, иностранные займы буквально хлынули потоком в Германию. В период между 1924 и 1930 годами иностранный долг Германии увеличился более чем на 30 млрд. марок.

С помощью иностранного, главным образом, американского капитала германская промышленность, особенно «Ферейнигте Штальверке» (немецкая фирма), была широко реконструирована и модернизирована. Некоторые займы шли непосредственно фирмам, игравшим главную роль в перевооружении.

Одновременно с англо – германо - американским банком Шредера в финансировании германского Стального треста «Ферейнигте Штальверке» в эти годы руководящую роль играл один из крупнейших нью-йоркских банков «Диллон Рид энд К°».

Миллиарды американских долларов, вложенных заокеанскими монополиями в военную экономику гитлеровской Германии, воссоздали германский военный потенциал и вложили в руки гитлеровского режима оружие, необходимое для осуществления его агрессии. В короткий срок, опираясь на финансовую поддержку главным образом американских монополий, Германия воссоздала мощную военную промышленность, способную производить в огромных количествах первоклассное вооружение, многие тысячи танков, самолётов, артиллерийских орудий, военно-морских кораблей новейшего типа и другие виды вооружения.

Всё это хотелось бы забыть фальсификаторам истории, пытающимся уйти от ответственности за свою политику, вооружившую гитлеровскую агрессию, развязавшую вторую мировую войну и приведшую к невиданной ещё в истории военной катастрофе, стоившей человечеству миллионов и миллионов жертв.

Первой и важнейшей предпосылкой гитлеровской агрессии было возрождение и обновление тяжёлой промышленности и военной индустрии Германии, что стало возможным лишь в силу прямой и широкой финансовой поддержки правящих кругов Соединённых Штатов Америки.

Другим решающим обстоятельством, содействовавшим развязыванию гитлеровской агрессии, явилась политика правящих кругов Англии и Франции, которая известна как политика «умиротворения» гитлеровской Германии, политика отказа от коллективной безопасности. Именно эта политика англо - французских правящих кругов, которая выражалась в отказе от коллективной безопасности, в отказе от отпора немецкой агрессии, в потакании агрессивным требованиям гитлеровской Германии, - привела ко второй мировой войне.

Уже вскоре после прихода Гитлера к власти, в результате усилий английского и французского Правительств, в 1933 году был в Риме подписан «Пакт согласия и сотрудничества» четырёх держав - Великобритании, Германии, Франции и Италии. Этот пакт означал сговор английского и французского Правительств с германским и итальянским фашизмом, уже тогда не скрывавшим своих агрессивных намерений. Вместе с тем этот пакт с фашистскими государствами означал отказ от политики укрепления единого фронта миролюбивых держав против агрессивных государств. Сговариваясь с Германией и Италией, в обход остальных держав - участниц происходившей тогда конференции по разоружению, обсуждавшей советское предложение заключить пакт о ненападении и пакт об определении нападающей стороны, - Великобритания и Франция нанесли удар по делу обеспечения мира и безопасности народов.

Вслед за тем в 1934 году Англия и Франция помогли Гитлеру использовать враждебную позицию союзной с ними панской Польши в отношении СССР, в результате чего был заключен германо-польский пакт о ненападении, явившийся одним из серьёзных этапов в подготовке немецкой агрессии. Этот пакт нужен был Гитлеру для того, чтобы расстроить ряды сторонников коллективной безопасности и показать на этом примере, что Европа нуждается не в коллективной безопасности, а в двухсторонних соглашениях. Это давало возможность немецкой агрессии самой решать, с кем и когда заключать соглашение, на кого и когда произвести нападение. Несомненно, что немецко-польский пакт был первой серьёзной брешью в здании коллективной безопасности.

Осмелев, Гитлер принял ряд мер к открытому восстановлению вооружённых сил Германии, что не вызвало никакого противодействия со стороны английских и французских правителей. Наоборот, вскоре, в 1935 году, Лондоне, куда прибыл для этого Риббентроп, было заключено англо-германское морское соглашение, в силу которого Великобритания согласилась на восстановление германских военно-морских вооружённых сил в объёме, почти равном французскому военному флоту. Кроме того, Гитлер получил право строить подводные лодки общим тоннажем, равным 45 проц. британского подводного флота. К этому же периоду относятся и односторонние акты гитлеровской Германии, направленные на ликвидацию всяких других ограничений роста вооружённых сил Германии, установленных Версальским договором, не встретившие со стороны Англии, Франции и США никакого противодействия.

При явном попустительстве со стороны США, Великобритании и Франции, Германии и Италии легко сходили с рук их военные интервенции в Абиссинии и Испании.

Только Советский Союз последовательно и твёрдо проводил свою политику мира, отстаивая принципы равноправия и независимости Абиссинии, являвшейся к тому же членом Лиги Наций, и право законного республиканского Правительства в Испании на поддержку со стороны демократических стран против немецко-итальянской интервенции.

«Советский Союз, - говорил В.М. Молотов на Сессии ЦИК Союза ССР 10 января 1936 года по поводу нападения Италии на Абиссинию, - продемонстрировал в Лиге наций свою верность этому принципу, принципу государственной независимости и национального равноправия всех государств, на примере одной из малых стран - Абиссинии. Советский Союз использовал также своё участие в Лиге наций, для того чтобы на практике проводить свою линию в отношении империалистического агрессора». В.М. Молотов говорил тогда, что «итало-абиссинская война показывает, что угроза мировой войны всё больше нарастает, всё больше захватывает Европу».

Советский Союз делал всё, что было возможно, чтобы преградить путь фашистским агрессорам. Советский Союз выступил инициатором и поборником коллективной безопасности. Ещё 6 февраля 1933 года в Генеральной Комиссии по разоружению представитель Советского Союза М.М. Литвинов предложил принять декларацию об определении агрессии и нападающей стороны. Предлагая дать определение нападающей стороны, Советский Союз исходил из необходимости, в интересах всеобщей безопасности и облегчения соглашения о максимальном сокращении вооружений, определить возможно более точным образом понятие «нападение», чтобы «предупредить всякий предлог к его оправданию». Однако это предложение было отклонено конференцией, действовавшей под руководством Англии и Франции, - в угоду немецкой агрессии.

В течение всего предвоенного периода отстаивала советская делегация в Лиге Наций принцип коллективной безопасности. Но, как известно, голос советской делегации остался голосом вопиющего в пустыне. Предложения советской делегации о мерах укрепления коллективной безопасности, направленные по поручению Советского Правительства генеральному секретарю Лиги Наций г. Авенолю 30 августа 1936 года, с просьбой обсудить эти предложения в Лиге Наций были похоронены в архивах Лиги Наций, не получив никакого движения.

Англия и Франция, которые руководили в тот период Лигой Наций, отказались от коллективного отпора немецкой агрессии. Отказались они от коллективной безопасности потому, что она мешала им проводить усвоенную ими новую политику «умиротворения» немецкой агрессии, политику уступок гитлеровской агрессии. Конечно, такая политика не могла не повести к усилению немецкой агрессии, но англо-французские правящие круги считали, что это не опасно, так как, удовлетворив гитлеровскую агрессию уступками на Западе, можно было направить её потом на Восток и использовать в качестве орудия против СССР.

В отчётном докладе на XVIII съезде ВКП(б) в марте 1939года, объясняя причины усиления гитлеровской агрессии, И.В. Сталин говорил:

«Главная причина состоит в отказе большинства неагрессивных стран и, прежде всего, Англии и Франции от политики коллективной безопасности, от политики коллективного отпора агрессорам, в переходе их на позицию невмешательства, на позицию «нейтралитета».

Отказ западных держав от пакта о коллективной безопасности был не случайным. В этот период развернулась борьба между двумя линиями международной политики. Одна линия - это линия борьбы за мир, за организацию коллективной безопасности и за противодействие агрессии объединёнными усилиями миролюбивых народов. Эту линию вёл Советский Союз, последовательно и стойко защищая интересы всех больших и малых миролюбивых народов. Другая линия - это линия на отказ от организации коллективной безопасности, на отказ от противодействия агрессии, что неизбежно поощряло фашистские страны к усилению их агрессивной активности и тем самым способствовало развязыванию новой войны.

Гитлеровская агрессия стала возможной, во-первых, в силу того, что Соединённые Штаты Америки помогли немцам создать в короткий срок военно-экономическую базу германской агрессии и вооружили таким образом эту агрессию, и, во-вторых, в силу того, что отказ англо-французских правящих кругов от коллективной безопасности расстроил ряды миролюбивых стран, разложил единый фронт этих стран против агрессии, очистил дорогу для немецкой агрессии и помог Гитлеру развязать вторую мировую войну.

Что было бы, если бы Соединённые Штаты не финансировали тяжёлую промышленность гитлеровской Германии, а Англия и Франция не отказались бы от коллективной безопасности, а, наоборот, организовали бы вместе с Советским Союзом коллективный отпор немецкой агрессии?

Гитлеровская агрессия оказалась бы без достаточного вооружения. Гитлеровская захватническая политика очутилась бы в тисках режима коллективной безопасности. Шансы успешного для гитлеровцев развязывания второй мировой войны уменьшились бы до минимума. И если гитлеровцы, несмотря на эти неблагоприятные для них условия, всё же решились бы развязать вторую мировую войну, они были бы разбиты в первый же год войны.

Этого, однако, не случилось, к сожалению, вследствие пагубной политики, проводившейся Соединёнными Штатами Америки, Англией и Францией в течение всего предвоенного периода.

Вот кто виноваты в том, что гитлеровцы смогли не без успеха развязать вторую мировую войну, продолжавшуюся почти шесть лет и поглотившую миллионы жертв.

 

на следующую

ПРИКАЗ ВЕРХОВНОГО ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО
ПО ВОЙСКАМ КРАСНОЙ АРМИИ И ВОЕННО-МОРСКОМУ ФЛОТУ

9 мая 1945 года № 369

 

8 мая 1945 года в Берлине представителями германского верховного командования подписан акт о безоговорочной капитуляции германских вооружённых сил.

 

Великая Отечественная война, которую вёл советский народ против немецко-фашистских захватчиков, победоносно завершена, Германия полностью разгромлена.

 

Товарищи красноармейцы, краснофлотцы, сержанты, старшины, офицеры армии и флота, генералы, адмиралы и маршалы, поздравляю вас с победоносным завершением Великой Отечественной войны.

 

В ознаменование полной победы над Германией сегодня, 9 мая, в День Победы, в 22 часа столица нашей Родины Москва от имени Родины салютует доблестным войскам Красной Армии, кораблям и частям Военно-Морского Флота, одержавшим эту блестящую победу, - тридцатью артиллерийскими залпами из тысячи орудий.

 

Вечная слава героям, павшим в боях за свободу и независимость нашей Родины!

Да здравствуют победоносные Красная Армия и Военно-Морской Флот!

 

Верховный Главнокомандующий
Маршал Советского Союза
И. СТАЛИН

 

на предыдущую на следующую

Суббота, 05 Май 2007 21:00

Разгром Квантунской армии

Разгром Квантунской армии

Заключительным этапом второй мировой войны явилась кампания советских войск на Дальнем Востоке. На земле Азиатского континента была поставлена последняя точка в истории крупнейшей войны в защиту Советской Родины.

 

9 августа 1945 года Советский Союз, верный союзническому и интернациональному долгу, исполняя принятые на Тегеранской и Ялтинской конференциях обязательства, вступил в войну с Японией.

 

Но для вступления в войну с Японией у СССР имелись и свои жизненные интересы. Японские милитаристы многие годы вынашивали планы захвата советского Дальнего Востока. Они почти постоянно устраивали военные провокации на наших границах. На своих стратегических плацдармах в Маньчжурии они держали крупные военные силы, готовые к нападению на Страну Советов. Ситуация особенно обострилась, когда фашистская Германия развязала войну против нашей Родины. Для борьбы с агрессором крайне необходима была каждая свежая дивизия, а на Дальнем Востоке приходилось держать несколько армий в полной боевой готовности. Япония лишь выжидала момента для развязывания войны против Советского Союза.

 

И. В. Сталин повседневно интересовался всеми сведениями о действиях Японии и требовал от Генерального штаба самых подробных докладов по обстановке на Дальнем Востоке. Даже тогда, когда Япония втянулась в войну с США и Англией на Тихом океане и стала терпеть поражения, перешла к оборонительной стратегии, её руководители не сделали ни единого практического шага к сокращению своих войск в Маньчжурии и Корее. Ликвидация очага войны на Дальнем Востоке являлась для СССР делом государственной и общенациональной важности.

 

Союзники признавали решающее значение вступления СССР в войну против Японии. Они заявляли, что только Красная Армия способна нанести поражение наземным силам японских милитаристов.

 

"Победа над Японией может быть гарантирована лишь в том случае, если будут разгромлены японские сухопутные силы" - такого мнения придерживался главнокомандующий американскими вооруженными силами в бассейне Тихого океана генерал Макартур. Ссылаясь на то, что США и их западные союзники не располагали возможностями для этого, он требовал в канун Крымской конференции союзников от своего правительства "приложить все усилия к тому, чтобы добиться вступления в войну Советского Союза". В специальном меморандуме Объединенного комитета начальников штабов от 23 декабря 1944 года отмечалось: "Вступление России в войну как можно скорее... необходимо для оказания максимальной поддержки нашим операциям на Тихом океане".

 

Принимавший участие в работе Ялтинской конференции бывший государственный секретарь США Э. Стетгиниус писал: "Накануне Крымской конференции начальники американских штабов убедили Рузвельта, что Япония может капитулировать только в 1947 году или позже, а разгром её может стоить Америке миллион солдат".

 

В итоге обсуждений было подписано 11 февраля 1945 года Соглашение трех держав, в котором говорилось: "Руководители Трех Великих Держав - Советского Союза, Соединенных Штатов Америки и Великобритании - согласились в том, что через два-три месяца после капитуляции Германии и окончания войны в Европе Советский Союз вступит в войну против Японии на стороне Союзников...".

 

В марте - апреле 1945 года советским командованием были приняты меры к тому, чтобы обновить вооружение и материальную часть в войсках Дальнего Востока. Туда направлялось 670 танков Т-34 и много другой боевой техники.

 

Замысел плана этой крупнейшей по размаху операции был определен с учетом характера театра предстоящих военных действий. Война должна была развернуться па территории площадью около 1,5 млн. кв. км и на глубину 200-800 км, а также па акватории Японского и Охотского морей. План заключался в одновременном нанесении со стороны Забайкалья, Приморья и Приамурья главных и ряда вспомогательных ударов по сходящимся к центру Северо-Восточного Китая направлениям с целью рассечения и разгрома по частям основных сил японской Квантунской армии.

 

Успешное претворение в жизнь этого замысла в значительной степени зависело от правильного выбора направлений главных ударов и определения количества и состава сил для них. В ходе разработки плана операции был рассмотрен ряд вариантов. Выбор направлений был обусловлен не только принятой формой ведения наступательной стратегической операции, но и своеобразной конфигурацией государственной границы, характером группировки японских войск и системы их обороны.

 

Учитывалось, что Квантунская армия за лето 1945 года удвоила свои силы. Японское командование держало в Маньчжурии и Корее две трети своих танков, половину артиллерии и отборные императорские дивизии. К началу войны против нашей страны японская армия на Дальнем Востоке вместе с марионеточными войсками местных правителей насчитывала свыше 1200 тыс. человек.

 

Японские военные силы опирались на богатые материальные, продовольственные и сырьевые ресурсы Маньчжурии и Кореи и на маньчжурскую промышленность, производившую, в основном, все необходимое для их жизни и боевой деятельности. На территории, занимаемой войсками Квантунской армии, находилось 13 700 км железных и 22 тыс. км автомобильных дорог, 133 аэродрома, более 200 посадочных площадок - всего более 400 аэродромных точек, 870 крупных военных складов и хорошо оборудованные военные городки.

 

В Маньчжурии по границам с СССР и Монгольской Народной Республикой японские милитаристы создали 17 укрепленных районов, из них 8 - на востоке против советского Приморья. Каждый укрепленный район занимал 50-100 км по фронту и до 50 км в глубину. Их предназначение - не только усиление обороны, но и создание более выгодных условий для сосредоточения и развертывания войск. Линия пограничных укрепленных районов состояла из трех позиций.

 

Четыре укрепленных района были построены в Корее и один против Северного Сахалина. Острова Курильской гряды прикрывались береговыми артиллерийскими батареями, укрытыми в железобетонные сооружения и воинскими гарнизонами, обеспеченными развитыми долговременными оборонительными сооружениями.

 

Ставка Советского Верховного Главнокомандования стремилась претворить в жизнь свои замыслы путем последовательного решения следующих задач. Во-первых, быстро разгромить японские войска прикрытия, преодолеть труднодоступную полосу местности, вывести силы трех взаимодействующих фронтов на рубежи, с которых можно было бы развить наступление непосредственно на жизненно важные районы противника. Во-вторых, разгромить резервы Квантунской армии и вывести основные силы наступавших войск на линию Чифын, Шэньян, Чанчунь, Харбин, Цзилинь, Яньцзи, что должно было привести стратегическую группировку противника к поражению и освобождению советскими войсками всей территории Северо-Восточного Китая.

 

В срочном порядке была проведена стратегическая перегруппировка сил и средств с Западного театра военных действий на Дальний Восток.

 

Предстояло осуществить перевозки по однопутной железнодорожной магистрали в крайне сжатые сроки и на огромные расстояния - от 9 тыс. до 12 тыс. км. В этом отношении они не имели себе равных в истории второй мировой войны и являлись поучительной стратегической операцией.

 

Только в составе трех общевойсковых и одной танковой армий, переброшенных с запада на Дальний Восток, насчитывалось 12 корпусов, или 39 дивизий и бригад. Помимо этого, был переброшен ряд других соединений и частей разных родов войск и различного назначения. В результате проведенной перегруппировки боевой состав советских войск на Дальнем Востоке и в Забайкалье к началу боевых действий против Японии возрос почти вдвое.

 

Всего к августу 1945 года Главное командование советских войск на Дальнем Востоке развернуло одиннадцать общевойсковых армий, две оперативные группы, одну танковую армию, три воздушные армии, три армии ПВО, четыре отдельных авиационных корпуса. Кроме того, оно располагало силами Тихоокеанского флота (включая Северную Тихоокеанскую флотилию), Амурской речной флотилией, а также планировало использовать в боях и пограничные отряды НКВД.

 

Все сосредоточенные на Дальнем Востоке войска решением Ставки были объединены в три фронта: Забайкальский, 1-й и 2-й Дальневосточные.

 

Забайкальский фронт - командующий Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский - состоял из 17, 36, 39 и 53-й общевойсковых, 6-й гвардейской танковой, 12-й воздушной армий, армии ПВО и конно-механизированной группы советско-монгольских войск.

 

1-й Дальневосточный фронт - командующий Маршал Советского Союза К. А. Мерецков - имел в своем составе 1-ю Краснознаменную, 5, 25 и 35-ю общевойсковые армии, Чугуевскую оперативную группу, 10-й механизированный корпус, 9-ю воздушную армию и армию ПВО.

 

2-й Дальневосточный фронт - командующий генерал армии М. А. Пуркаев - включал в себя 2-ю Краснознаменную, 15-ю и 16-ю общевойсковые армии, 5-й отдельный стрелковый корпус, Камчатский оборонительный район (КОР), 10-ю воздушную армию и армию ПВО.

 

Тихоокеанский флот - командующий адмирал И. С. Юмашев - к началу боевых действий имел 427 боевых кораблей, в том числе: крейсеров - 2, лидер - 1, эсминцев - 12, сторожевых кораблей - 19, подводных лодок - 78, минных заградителей - 10 и 1618 самолетов. Флот базировался на Владивосток (главная база), Советскую Гавань и Петропавловск-Камчатский. В качестве вспомогательных баз служили порты Находка, Ольга, Де-Кастри, Николаевск-на-Амуре, Посьет и другие пункты морского побережья.

 

Краснознаменная Амурская флотилия имела в своем составе 169 боевых кораблей и более 70 самолетов. Она базировалась на Хабаровск (главная база), М. Сазанку на реке Зея, Сретенск па роке Шилка и озеро Ханка. С началом боевых действий флотилии были подчинены все сторожевые катера пограничной охраны на реках Амур и Уссури и мобилизованные 106 судов гражданского речного пароходства.

 

Непосредственное руководство Военно-Морскими Силами на Дальнем Востоке Ставка возложила на главнокомандующего Военно-морскими Силами СССР адмирала флота Н. Г. Кузнецова.

 

Учитывая большое количество объединений, их удалённость от столицы, величину театра военных действий, для чёткого и бесперебойного руководства фронтами Директивой ГКО от 30 июня 1945 года было создано Главнокомандование советскими войсками на Дальнем Востоке, а Директивой от 2 августа - штаб Главного командования. Приказом Ставки от 30 июля 1945 года Главнокомандующим был назначен маршал советского Союза А.М. Василевский.

 

В ночь на 9 августа передовые батальоны и разведывательные отряды трех фронтов в крайне неблагоприятных погодных условиях - летнего муссона, приносящего частые и сильные дожди, - двинулись на территорию противника. С рассветом главные силы Забайкальского и 1-го Дальневосточного фронтов перешли в наступление и пересекли государственную границу.

 

В дальнейшем, в соответствии с планом, боевые действия развернулись и осуществлялись в следующем оперативном построении.

 

10 августа в войну вступила Монгольская Народная Республика. Во фронте Р. Я. Малиновского: монгольская Народно-революционная армия маршала Хорлогийна Чойбалсана наносила удар от Сайн-Шанда в пустыне Гоби по войскам князя Де Вана и Суйюаньской армейской группы в направлении Калгана (Чжанцзякоу); смешанная советско-монгольская конно-механизированная группа генерал-полковника И. А. Плиева - из Северной Гоби в направлении города Долоннор (Долупь); 17-я армия генерал-лейтенанта А. И. Данилова - от Югодзирь-Хида на Чифын в целях разгрома войск левого крыла 44-й японской армии. В результате успешного решения этого замысла Квантунская армия была изолирована от войск японского Северного фронта, действовавшего в районе Бэйпипа (Пекина), в потеряла возможность получить помощь с юга. 53-я армия генерал-полковника И. М. Манагарова и 6-я гвардейская танковая армия генерал-полковника танковых войск А. Г. Кравченко от Мамата наступали на Шэньян (Мукден), местопребывание штаба японского 3-го фронта, нанося удар по правому кры

 

лу 44-й армии. 39-я армия генерал-полковника И. И. Людникова из тамцаг-булагского выступа, громя 30-ю и левое крыло 4-й отдельной японских армий, продвигалась вдоль железной дороги на Чанчунь (Синьцзян), где находился штаб Квантунской армии, а ей навстречу с востока выходила 5-я армия 1-го Дальневосточного фронта. 36-я армия генерал-лейтенанта А. А. Лучинского из Даурии через Хайлар наносила удар на Цицикар по центру 4-й отдельной армии. С воздуха Забайкальский фронт поддерживала 12-я воздушная армия С. А. Худякова.

 

Войска Забайкальского фронта шли по труднопроходимой местности. Даже у самих китайцев и японцев не имелось сколько-нибудь приличных карт, и картографическая служба немало потрудилась, чтобы обеспечить командиров необходимыми пособиями. Враг не предполагал, что советские войска сумеют за неделю пройти сотни километров в тяжелейших условиях. Элемент неожиданности был столь велик, а удар, полученный Квантунской армией с северо-запада, так силен, что она после пего уже не смогла оправиться.

 

На 2-м Дальневосточном фронте Пуркаева шесть небольших войсковых группировок прикрывали железную дорогу в Забайкалье от устья реки Шилка до устья Зеи; 2-я Краснознаменная армия генерал-лейтенанта танковых войск М. Ф. Терехина с Буреинского плато через Малый Хинган продвигалась с севера в направлении Цици-кара; 15-я армия генерал-лейтенанта С. К. Мамонова из Биробиджана вдоль течения Сунгари наступала на Харбин; 5-й отдельный стрелковый корпус генерал-майора И. 3. Пашкова от Бикина, параллельно войскам Мамонова, шел с боями на Боли; 16-я армия генерал-лейтенанта Л. Г. Черемисова наносила удар из Северного Сахалина по Южному; воинские части Камчатского оборонительного района генерал-майора А. Р. Гнечко овладевали Курильскими островами. С воздуха войска фронта поддерживала 10-я воздушная армия генерал-полковника авиации П. Ф. Жигарева.

 

Этот фронт теснейшим образом взаимодействовал с флотом и двумя флотилиями. Моряки и речники участвовали в высадке десантов на Курилах и Южном Сахалине, в форсировании Амура и Уссури, в боевых действиях на реке Сунгари. Интересной страницей сражений на Сахалине является также выброска нашего парашютного десанта в Тайохара (Южно-Сахалинске), чего противник никак не ожидал. Не менее изумительной по быстроте, ловкости и смелости выполнения являлась высадка морских десантов на острова Итуруп, Кунашир и Шикотан.

 

На 1-м Дальневосточном фронте 35-я армия генерал-лейтенанта Н. Д. Захватаева от Губерова и Лесозаводска наносила удар на Линькоу; 1-я Краснознаменная армия генерал-полковника А. П. Бе-лобородова от озера Ханка через Мулин и Муданьцзян (штаб 1-го фронта) наступала на Харбин, где соединялась с 15-й армией; 5-я армия генерал-полковника Н. И. Крылова прорывалась от Гродеко-ва на Гирин. 25-я армия генерал-полковника И. М. Чистякова продвигалась через Ванцин (штаб 3-й армии) с поворотом на Яньцзи к Корее и затем берегом Японского моря выходила к знаменитой 38-й параллели, ставшей позднее границей между КНДР и Южной Кореей, нанося удар по 17-му фронту. С воздуха войска фронта поддерживала 9-я воздушная армия генерал-полковника авиации И. М. Соколова. 10-й мехкорпус генерал-лейтенанта танковых войск И. Д. Васильева вел бои в полосе 5-й армии.

 

С этим фронтом взаимодействовала основная часть сил Тихоокеанского флота, базировавшаяся во Владивосток. Согласованные операции подвижных частей с суши и десантников с моря по овладению корейскими портами Юки, Расин, Сейсин и Гензан были быстрыми и удачными. Отличились парашютисты, высадившиеся в Харбине, Гирине и Хамхынге - в далеком вражеском тылу: царившая в японских войсках растерянность, вызванная поражением Квантунской армии на фронте, облегчила парашютистам выполнение ответственных заданий.

 

Совместное с монгольской Народно-революционной армией наступление развивалось успешно с первых же часов. Внезапность и сила первоначальных ударов позволили советским войскам сразу же захватить инициативу. В правительстве Японии начало военных операций Советским Союзом вызвало панику. "Вступление сегодня утром в войну Советского Союза, - заявил 9 августа премьер-министр Судзуки, - ставит нас окончательно в безвыходное положение и делает невозможным дальнейшее продолжение войны". Таким образом, именно действия Советских Вооруженных Сил, по признанию японского руководства, а не атомная бомбардировка городов Японии американскими самолетами, произведенная 6 и 9 августа, решили судьбу Японии и ускорили окончание второй мировой войны.

 

Массовое уничтожение населения японских городов не диктовалось никакой военной необходимостью. Атомная бомба была для правящих кругов Соединенных Штатов не столько актом конца второй мировой войны, сколько первым шагом в "холодной войне" против СССР.

 

Наступление советских войск проходило в условиях упорного сопротивления врага. Тем не менее, на всех основных направлениях советские войска отлично справлялись с выполнением поставленных задач. Передовые части Забайкальского фронта уже к 11 августа подошли к западным склонам Большого Хингана, а подвижные войска главной группировки преодолели его и вышли на Центрально-Маньчжурскую равнину. Форсирование Хинганского хребта явилось подвигом, не имевшим себе равных в современной войне. К исходу 14 августа войска Забайкальского фронта, пройдя расстояние от 250 до 400 км, вышли в центральные районы Маньчжурии и продолжали продвигаться к ее столице Чанчуню и крупному промышленному центру Мукдену. За это же время войска 1-го Дальневосточного фронта в условиях труднопроходимой горно-таежной местности, прорвав сильную полосу обороны, напоминавшую линию Маннергейма, только в больших масштабах, и овладев семью мощными укрепленными районами, продвинулись в глубь Маньчжурии на 120-150 км и завязали бой за город Муданьцзян.

 

Войска 2-го Дальневосточного фронта вели бои на подступах к Цицикару и Цзямусы. Таким образом, уже к исходу шестых суток наступления советских войск Квантунская армия оказалась расчлененной на части.

 

Столь высокие темпы наступления советских войск, действовавших на отдельных, разобщенных операционных направлениях, стали возможны лишь благодаря тщательно продуманной группировке войск, знанию природных особенностей местности и характера системы обороны врага на каждом операционном направлении, широкому и смелому использованию танковых, механизированных и конных соединений, внезапности нападения, высокому наступательному порыву, решительным до дерзости и исключительно умелым действиям, отваге и массовому героизму воинов Красной Армии и моряков.

 

Перед лицом неминуемого военного поражения 14 августа правительство Японии приняло решение капитулировать. На следующий день пал кабинет премьера Судзуки. Однако войска Квантунской армии продолжали упорно сопротивляться. В связи с этим 16 августа в советской печати было опубликовано разъяснение Генерального штаба Красной Армии, в котором говорилось:

 

"I. Сделанное японским императором 14 августа сообщение о капитуляции Японии является только общей декларацией о безоговорочной капитуляции.

 

Приказ вооруженным силам о прекращении боевых действий еще не отдан, и японские вооруженные силы по-прежнему продолжают сопротивление.

 

Следовательно, действительной капитуляции вооруженных сил Японии еще нет.

 

2. Капитуляцию вооруженных сил Японии можно считать только с того момента, когда японским императором будет дан приказ своим вооруженным силам прекратить боевые действия и сложить оружие и когда этот приказ будет практически выполняться.

 

3. Ввиду изложенного Вооруженные Силы Советского Союза на Дальнем Востоке будут продолжать свои наступательные операции против Японии".

 

В последующие дни советские войска, развивая наступление, стремительно наращивали его темпы. На 1000-километровом участке Забайкальского фронта: конно-механизированная группа Плиева выходила к Калгану и Чэндэ (Жэхе); 17-я армия через Чифын рвалась к берегам Ляодунского залива; 6-я гвардейская танковая армия, испытывая большие трудности в связи с перебоями в снабжении, настойчиво решала основную задачу фронта по захвату Мукдена; 39-я армия, восстанавливая разрушенные врагом при отходе мосты и железнодорожные пути, продвигалась через Таоань на Чанчунь. Как раз в те дни в разрыв, образовавшийся между 17-й и 39-й армиями, решением командующего фронтом была введена из второго эшелона 53-я армия для наступления через Кайлу на Фусинь. В результате войска Забайкальского фронта к исходу 19 августа вышли в районы Чифын, Чанчунь, Мукден, Кайтун и Цицикар. Это означало, что в Квантунскую армию вбит с запада гигантский клин наших Вооруженных Сил на площади примерно в 0,6 млн. кв. км.

 

Войска 1-го Дальневосточного фронта также продолжали развивать наступление. 35-я армия 16 августа вышла на железную дорогу Цзямусы - Тумынь в районе Боли и тем самым прочно обеспечила правый фланг главной группировки фронта, отрезав японскую 4-ю отдельную армию, отходившую перед войсками 2-го Дальневосточного фронта на юг, от муданьцзянской группировки. В это время 1-я Краснознаменная и 5-я армии вели ожесточенные бои за крупный узел железных и шоссейных дорог, важный административно-политический центр Муданьцзян. Яростно обороняясь, противник неоднократно переходил в контратаки, но 16 августа город пал. В этих боях Квантунская армия потеряла более 40 тыс. солдат и офицеров. 25-я армия совместно с 10-м механизированным корпусом в тот же день овладела городом Ванцин, прикрывавшим подступы к Гирину и северным районам Кореи. Одновременно ее войска совместно с морским десантом овладели крупной военно-морской базой Сейсин и вышли на коммуникации 3-й японской армии, отсекая войска 17-го фронта от 1-го фронта и от побережья Японского моря. Уже к исходу первой недели войны была полностью разгромлена 5-я японская армия и нанесен большой урон 3-й армии и другим войскам 1-го фронта. Попытка противника любой ценой не допустить выхода наших войск на Центрально-Маньчжурскую равнину и к Северной Корее провалилась.

 

Успешно развивались военные действия по освобождению Кореи, являвшиеся частью кампании советских войск на Дальнем Востоке. Основную задачу решила 25-я армия при взаимодействии с Тихоокеанским флотом. 12 августа они овладели городами Северной Кореи Юки и Расин (Наджин). С выходом советских войск к Сейсину (Чхонджину) полностью нарушилась оборона Квантунской армии на приморском направлении. Были также осуществлены морские и воздушные десанты в ряде портов и городов Северной Кореи. В начале сентября советские войска вышли на линию 38-й параллели, установленную соглашением союзных держав.

 

Красная Армия пришла в Корею как освободительница, как друг и союзник корейского парода. Корейский народ по достоинству оценил жертвы, принесенные во имя его свободы и независимости. Свидетельство тому - массовые демонстрации дружбы и искренней благодарности населения, проходившие в городах и селах, куда вступали части Красной Армии. Символами вечной признательности корейского народа своим освободителям стали монументы в честь советских воинов в Пхеньяне и других городах Кореи.

 

Нанеся сокрушительное поражение японским войскам в Корее, Красная Армия создала тем самым благоприятные возможности для деятельности революционных сил, боровшихся за национальное освобождение и социальный прогресс. В северной части страны трудящиеся под руководством коммунистов приступили к строительству первого в истории Кореи подлинно независимого, народно-демократического государства.

 

Освобождение Кореи Красной Армией, помощь ей со стороны Советского Союза, который сам еще не оправился тогда от последствий тяжелой войны, в создании нового государства, в развитии народного хозяйства и культуры - это воплощение на деле ленинско-сталинских принципов пролетарского интернационализма.

 

Войска 2-го Дальневосточного фронта за эти дни овладели городом Цзямусы и во взаимодействии с Краснознаменной Амурской военной флотилией наступали вдоль Сунгари на Харбин. Советская авиация господствовала в воздухе на всем театре военных действий. Тихоокеанский флот прочно закрепил за собой побережье Северной Кореи. Квантунская армия терпела сокрушительное поражение.

 

17 августа, окончательно потеряв управление разрозненными войсками и сознавая бессмысленность дальнейшего сопротивления, главнокомандующий Квантунской армией генерал Отодзо Ямада отдал приказ начать переговоры с советским Главнокомандованием на Дальнем Востоке.

 

В 17 часов 17 августа от главнокомандующего Квантунской армией была принята радиограмма о том, что он отдал японским войскам приказ немедленно прекратить военные действия и сдать оружие советским войскам, а в 19 часов в расположение войск 1-го Дальневосточного фронта с японского самолета были сброшены два вымпела с обращением штаба 1-го фронта Квантунской армии о прекращении военных действий. Однако на большинстве участков японские войска продолжали не только оказывать сопротивление, но местами переходили в контратаки. В связи с этим генералу Ямаде была передана следующая радиограмма:

 

"Штаб японской Квантунской армии обратился по радио к штабу советских войск на Дальнем Востоке с предложением прекратить военные действия, причем ни слова не сказано о капитуляции японских вооруженных сил в Маньчжурии. В то же время японские войска перешли в контрнаступление на ряде участков советско-японского фронта. Предлагаю командующему войсками Квантунской армии с 12 часов 20 августа прекратить всякие боевые действия против советских войск на всем фронте, сложить оружие и сдаться в плен. Указанный выше срок дается для того, чтобы штаб Квантунской армии мог довести приказ о прекращении сопротивления и сдаче в плен до всех своих войск. Как только японские войска начнут сдавать оружие, советские войска прекратят боевые действия".

 

Одновременно командующему 1-м Дальневосточным фронтом было приказано выслать офицеров штаба на аэродромы Муданьцзяна и Мулина, уполномочив их сообщить представителям штаба Квантунской армии, что военные действия советских войск будут прекращены лишь тогда, когда японские войска начнут сдаваться в плен. Такая мера была вызвана тем, что многие японские воинские части и гарнизоны из-за потери связи либо не получили приказа Ямады, либо отказались выполнять его. 18 августа в 3 часа 30 минут Ямада ответил по радио советскому Главнокомандованию о готовности выполнить все условия капитуляции. 18 августа на многих участках фронта японские части начали сдаваться в плен.

 

Чтобы ускорить разоружение капитулировавших японских войск и освобождение захваченных ими территорий, 18 августа маршал Василевский отдал следующий приказ войскам Забайкальского, 1-го и 2-го Дальневосточных фронтов:

 

"В связи с тем что сопротивление японцев сломлено, а тяжелое состояние дорог сильно препятствует быстрому продвижению главных сил наших войск при выполнении поставленных задач, необходимо для немедленного захвата городов Чанчунъ, Мукден, Гирин и Харбин перейти к действиям специально сформированных, быстроподвижных и хорошо оснащенных отрядов. Эти же отряды или подобные им использовать и для решения последующих задач, не боясь резкого отрыва их от своих главных сил".

 

Такие отряды создавались во всех армиях Забайкальского и 1-го Дальневосточного фронтов из танковых частей, стрелковых подразделений, посаженных на автомашины, и подразделений самоходной и истребительно-противотанковой артиллерии. Для захвата важных военных и промышленных объектов и приема капитуляции их гарнизонов были высажены воздушные десанты в Мукдене, Чанчуне, Порт-Артуре, Дальнем, Харбине и Гирине. Вслед за воздушными десантами в Мукден, Чанчунь, Порт-Артур и Дальний вступили передовые отряды, а затем части и соединения 6-й гвардейской танковой армии.

 

Японские военнослужащие, застигнутые врасплох, сдавались в плен. Среди пленных оказался и маньчжурский император Генри Пу И. В 1933 году в возрасте 27 лет этот представитель Цинской династии был произведен японскими хозяевами в императоры Маньчжурии, став на самом деле их марионеткой. Его неотлучным спутником и постоянным советником стал японский генерал Иосиока. При императоре имелось японское посольство, которое возглавлял командующий Квантунской армией. Когда 19 августа 1945 года наше воздушно-десантное подразделение приземлилось па Мукденском аэродроме, Пу И со свитой, включая его японских советников, уже готовился улететь в Японию, но вместо этого вынужден был сдаться в плен советским военнослужащим. (Около пяти лет Пу И прожил в СССР, а затем был передан властям Китайской Народной Республики по их просьбе. До 1959 года он содержался в лагере для почетных заключенных вел вольготный образ жизни, позже был амнистирован пекинским правительством, стал депутатом Всекитайского народно-политического консультати

 

вного совета, начал работать в ботаническом саду Академии наук КНР и писать свои мемуары. В 1967 году китайская печать сообщила о его смерти.)

 

18 августа в Харбине воздушный десант под командованием заместителя начальника штаба 1-го Дальневосточного фронта генерал-майора Г. А. Шелахова неожиданно встретил на аэродроме начальника штаба Квантунской армии генерал-лейтенанта X. Хату. При переговорах с ним Шелахов предложил ему для согласования вопросов, связанных с капитуляцией всей Квантунской армии, в сопровождении лиц, выбранных по усмотрению японского командования, на нашем самолете отправиться на КП командующего 1-м Дальневосточным фронтом. X. Хата принял это предложение, и 19 августа в 15 часов 30 минут по дальневосточному времени там произошла встреча с ним и японским консулом в Харбине Миякавой.

 

Японцам были предъявлены требования о порядке капитуляции, указаны сборные пункты приема военнопленных, маршруты движения и время. X. Хата принял все условия. Невыполнение некоторыми японскими частями и подразделениями приказа о сдаче оружия он объяснил тем, что командование Квантунской армии не смогло вовремя довести приказ о капитуляции, так как на второй день наступления Красной Армии штаб Квантунской армии потерял управление войсками. Далее предупредили X. Хату, что японские войска должны сдаваться организованно, вместе со своими офицерами и что в первые дни капитуляции забота о питании пленных ложится на японское руководство. Войска обязаны были сдаваться с кухнями и запасами продовольствия, японские генералы - являться со своими адъютантами и необходимыми личными вещами. Было также гарантировано гуманное отношение не только к высшим чинам, но и ко всем военнопленным.

 

С 19 августа японские войска почти повсеместно начали капитулировать. В плену оказалось 148 японских генералов, 594 тыс. офицеров и солдат. К концу августа было полностью закончено разоружение Квантунской армии и других сил противника, располагавшихся в Маньчжурии и Северной Корее. Успешно завершались операции по освобождению Южного Сахалина и Курильских островов.

 

Военная кампания Вооруженных Сил СССР на Дальнем Востоке увенчалась блестящей победой. Ее итоги трудно переоценить. Официально кампания длилась 24 дня. Были наголову разбиты ударные силы врага. Японские милитаристы лишились плацдармов для агрессии и основных своих баз снабжения сырьем и оружием в Китае, Корее и на Южном Сахалине. Крах Квантунской армии ускорил капитуляцию Японии в целом.

 

Окончание войны на Дальнем Востоке спасло от гибели сотни тысяч американских и английских солдат, избавило миллионы японских граждан от неисчислимых жертв и страданий и предотвратило дальнейшее истребление и ограбление японскими оккупантами народов Восточной и Юго-Восточной Азии.

 

В результате разгрома Японии создались благоприятные условия для победы народных революций в Китае, Северной Корее и во Вьетнаме. Народно-освободительная армия Китая получила огромные запасы трофейного оружия. Только два наших фронта захватили у бывшей Квантунской армии и передали представителям НОА 3,7 тыс. орудий, минометов, гранатометов, 600 танков, 861 самолет, около 1,2 тыс. пулеметов, почти 680 различных воинских складов, а также корабли Сунгарийской военной речной флотилии. Позднее была передана значительная часть советского оружия. Советское командование позаботилось, чтобы все оружие было в порядке и пригодно для боевого применения. Трофейное и наше, отечественное, оружие и боевая техника помогли перевооружить Народно-освободительную армию и технически оснастить ее новые части и соединения, ставшие потом костяком и ударной силой революционного Китая. Не подлежит сомнению, что без решающей помощи Советского Союза китайский народ не смог бы так быстро сбросить ярмо японских милитаристов и добиться освобождения своей страны.

 

Разгром японского милитаризма способствовал мощному подъему национально-освободительного движения во всей Азии. 17 августа была провозглашена независимая Индонезийская республика. 2 сентября, когда японский министр иностранных дел Сигемицу и начальник генштаба Умедзу подписывали акт о безоговорочной капитуляции, президент Хо Ши Мин провозгласил Демократическую Республику Вьетнам. 12 октября лаосские патриоты провозгласили Патет-Лао (свободную Страну Лао).

 

Победа, одержанная Советскими Вооруженными Силами на Дальнем Востоке, явилась ярким свидетельством могущества социалистического общественного и государственного строя, новым торжеством советского военного искусства. Родина достойно оценила подвиг своих сынов. 93 воина стали Героями Советского Союза, а шестеро из них Золотую Звезду Героя получили во второй раз. 308 тыс. человек получили ордена и медали. Многие соединения и части удостоились почетных наименований Курильских, Сахалинских, Уссурийских, Харбинских, Амурских, Хинганских, Мукденских, Порт-Артурских и др. Всем участникам войны с Японией была вручена медаль "За победу над Японией".

 

на предыдущую

Страница 6 из 6