Пролетарии всех стран, соединяйтесь !

Всесоюзная Коммунистическая партия Большевиков
Воскресенье, 03 Октябрь 2010 08:57

ГРЯДУЩИЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КОЛЛАПС – закономерный результат капитализации экономики СССР

ГРЯДУЩИЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ КОЛЛАПС

–  закономерный результат капитализации экономики СССР


Революционным преобразованиям свойственно  менять устоявшуюся модель  экономического развития,  первоначально начиная   движение вверх по линейной зависимости. Но, как известно,  в практическом выражении  таким периодам развития  свойственно претерпевать  криволинейные изменения, которые накладываются  под влиянием мировых  политических факторов.  При этом  сам график начатого  развития  приобретает  характер взлетов и падений, отображающих собой  только общий фон того направления  линии роста, первоначально  притягивающей   революционную мысль заинтересованного  в процессе  класса..  В этом смысле модель экономического роста в ХХ веке, заложенная Великой Октябрьской социалистической революцией и сформулированная Владимиром Ильичем Лениным  на примере индустриального развития  Советской России, является наиболее крутой линией вверх, воплощенной в СССР  на практике И.В.Сталиным.  Резкий взлет индустриализации СССР не мог изолированно развиваться и не замечать подъемов и провалов в экономическом развитии стран империализма, не мог не замечать  вековой отсталости  в феодальных анклавах, взывающих к освобождению от колониализма.  Мировые войны  вели к резкому толчку в индустриализации одних и ставили на грань выживания других.

Минувший век, как период  классовых противоречий, проявил себя в мощном ускорении  прогрессивного развития человечества, став одновременно  отображением  наивысших  устремлений  передовых сил к развитию и  тормозом  в реализации множества открытий.  Он начался подготовкой к ведению  первой мировой  войны, а закончился психологической суетой  ведения холодной войны, граничащих  с этапами подготовки к мировой войне  номер три. Он имел массовый революционный  подъем и освобождение  миллиардных масс от  оков капитализма и колониализма, однако, запомнился и этапами сохранения наиболее оголтелых режимов феодализма. Победы прогрессивных сил  над фашизмом   чередовались с   созданием новых  волн фашизма.  По восходящей спирали ХХ век  обозначился подъемом рабочего движения и  социалистическими революциями,  ставшими  толчком для  индустриального прорыва. Соответственно,   на базе индустриального развития  была создана великая держава  СССР и достигнута великая победа над гитлеровским фашизмом.

 

Но развитие социализма в ХХ веке  затормозилось и во второй половине  перешло в застой. Между тем, окончание века характеризовалось ещё и окончанием застоя. В результате,  начатое в первой половине века движение «от сохи к космической ракете», в конце века снова  развернулось от ракеты к сохе. И хотя ракеты ещё летают, дело идет к полному коллапсу в экономике, к останову её самой. Что на практике сопоставимо только с остановом всего производства. То есть, останов производства открывает простор обратному движению,  во всём  разворачивающему Россию  на политическую  ситуацию исхода первой мировой войны, когда почти вся промышленность стояла.  Поэтому, анализируя то, как усиливаются сводки  о техногенных катастрофах,  возникает ощущение каких-то действий, похожих на боевые, потому как  гибнут целыми подразделениями  простые люди, а вовсе не солдаты, посланные на передовую.  При этом & nbsp; «восходящие» потоки  правящего бизнеса не устают радоваться  размерам  получаемой прибыли в денежном выражении, в то время как  в  нисходящих  потоках  экономического кризиса центром  притяжения общественной мысли  становятся  «разборы полетов» в авариях или техногенных катастрофах, связанных с энергоресурсами. И по тому графику скольжения вниз,  по которому расположилась  частота  аварий и катастроф в промышленном потенциале  страны,   невольно  приходится   задуматься не столько о личной  трагичности происходящего,  сколько обратиться  к состоянию  самих систем жизнеобеспечения населения, ставших столь же необходимыми, как жильё и одежда.  Ведь именно эти системы жизнеобеспечения  все более  поглощаются   безжизненной  пучиной экономического кризиса, грозя  беспечным гражданам  безжизненным вмерзанием  в русскую зиму.    

 

1. ЗАСИЛИЕ  ЮРИСТОВ  ВО  ВЛАСТИ   И  БЕССИЛИЕ  ВЛАСТИ  В  РЕЗУЛЬТАТАХ  РАССЛЕДОВАНИЙ  ПРОМЫШЛЕННЫХ КАТАСТРОФ

Авария на трансформаторной подстанции «Чагино»   в мае 2005 года,  отключившая от электропитания половину Москвы и  прилегающие районы в соседних областях,  вынудила российские власти  принимать  решения, направленные на спасение экономического потенциала страны от подобных  катастроф.  И, как принято у нынешних политиков в Кремле, было решено усилить главный надзорный  орган  России в области технической политики. Хотя  положение на объектах, особенно  с аварийными режимами работы,  требовало  от новых хозяев значительного  увеличения капитальных вложений для  поддержания надежности  их работы.  Но это неизменно вынудило  бы  власть  усиливать  давление на олигархат,  который и  держит на голодном пайке   отечественные системы жизнеобеспечения. А в российской действительности  любители громких обещаний, т.е. временщики,  всегда «усиливают» верхи самой власти вместо того, чтобы экономически поддержать внутренние тылы.  

В 2006 году на должность руководителя Ростехнадзора заступил  Константин Пуликовский, известный до того  в качестве бывшего командующего внутренними войсками,   выросшего затем до полпреда в Дальневосточном округе России. В итоге неразрешимые проблемы  технарей  перекочевали на плечи всесильного силовика-юриста.

Первым серьезным испытанием  нового главы Ростехнадзора стало расследование в Кузбассе обстоятельств  аварии на   шахте «Ульяновская» в 2007 году, унесшей жизни 110 горняков.  Комиссия  К.Пуликовского, расследовавшая обстоятельства этой аварии,  пришла к выводу  о нарушениях самим персоналом шахты требований безопасности, выразившихся  в загрублении датчиков по концентрации метана в воздухе шахты. Это и спровоцировало  взрыв газовоздушной  среды, и не позволило вовремя вывести шахтеров из забоя.  

Тогда этот вывод никто оспаривать не стал, поскольку  подобное развитие событий вполне могло иметь место. Тем более,  стали просачиваться  в печать  сведения  о характере начисления заработной платы шахтерам, которая в большей части зависела от премиальных, начисляемых в зависимости от нормы выработки.  Потому как не достигнутая норма выработки срезала большую часть зарплаты, становилась понятной причина,  вынуждая идти на нарушения. То есть, косвенно шахтеры были заинтересованы в  загрублении датчиков по метану, чтобы больше выдать угля и не уходить из забоя  по первым  сигналам  об опасности. Получалось так, что «сами виноваты».

Но прошло несколько месяцев и в том же Кузбассе произошла еще одна авария на шахте «Юбилейная», унесшая жизни 39 шахтеров.  И снова комиссия Ростехнадзора под руководством   Пуликовского  пришла к тому же выводу: шахтеры «сами виноваты». Но в  момент оглашения перед телекамерами результатов расследования совсем иначе повел себя Кемеровский губернатор А.Тулеев, не согласившийся с выводом главы Ростехнадзора  и обвинивший  именно  его во всем.  Тулеев  заявив, что это он, Пуликовский,  должен был осуществлять надзор за безопасностью в шахте и не допустить повторения этой трагедии. После чего  лицо главы надзорного органа  вытянулось, подобно образу из театра теней.  Больше он уже никого не стремился ни в чем обвинять. Ибо вскоре этот всесильный юрист и вовсе подал в отставку. Трагедию на Саяно-Шушенской ГЭС уже расследовали технари, вынужденные, как оказалось,  коситься в значительной степени на юристов.

Между тем, опыт в расследованиях подобных  аварий в стране уже имелся. И основывался этот опыт  на практике экономических исследований других юристов.  Другими  юристами, заложившими методику причинно-следственных связей в экономике, были Маркс и Ленин,  опирающиеся в  расследованиях  на «Капитал» Маркса со всеми  факторами вытекающих оттуда  объективных и субъективных причин, которые позволяли отделить самовозрастание (капитал) от застоя и коллапса в промышленном функционировании.  У юриста же Пуликовского вся экономическая методика ограничивалась самое большее Адамом Смитом, поэтому   все причины  замкнулись на  человеческий (субъективный) фактор (Маркс, как известно,  в анализе  А.Смита   вопрос воспроизводства  вообще не усматривал,  иронично заявляя, что  этот экономист  данные  проблемы просто «отправляет от Понтия к Пилату»). Поэтому на практике человеческий фактор очень часто становился основной причиной аварийной статистики, ибо никого больше не тревожил и позволял руководству предприятий с такими факторами отказов в работе спокойно жить.  Но такая статистика  не могла  продолжаться постоянно, поскольку рано или поздно упиралась в несчастный случай, и тогда к расследованиям несчастных случаев   подключались люди из высоких инстанций, которые также причины своих расследований относили к  человеческому  фактору, только уже обвиняя во всем  руководящий персонал, который проводил предыдущие расследования. И по результатам таких расследований, как принято говорить, уже  «летели головы».   Подобно тому, как  в боевых условиях снаряды дважды не попадают в одну воронку,  так и в авариях и отказах в работе оборудования ситуации  дважды подряд не повторяются,  поскольку все производственные инциденты  имеют различные причинно-следственные связи.  Поэтому и для юриста Пуликовского  итоги первого расследования, со взрывом на шахте, должны были  содержать меры, направленные на исключение повторения такой ситуации. Но тогдашний глава Ростехнадзора оказался способным рассматривать надзорную работу с позиций инспектора дорожного движения и вполне мог позволить себе ограничиться только субъективным фактором в вынесении вердиктов.  Однако, пишущая братия  уже с аварии на «Ульяновской» стала  рассуждать об  уходе комиссии Ростехнадзора  от объективного фактора, т.е. в расследованиях не учитывались экономические  причины случившегося.  А поскольку  эта сторона дела свидетельствовала о вине самих владельцев шахт  за возникновение аварий, вынуждающих шахтеров работать на грани воздействия  взрывной волны, то и для чиновников подобные обвинения не сулили ничего хорошего.

Аварию на Саяно-Шушенской ГЭС 17 августа 2009 года, унесшую жизни 75 человек и разрушившую саму станцию, расследовала  первоначально  комиссия Ростехнадзора под руководством нового  главы, Николая Кутьина.  Как  профессиональный инспектор Кутьин дотошно расследовал все обстоятельства  трагедии и выдал довольно объемный документ по итогам  полученной информации.  Акт расследований аварии на СШ ГЭС  технически оформлен был хорошо, но причины,  техническая и организационная, не стыковались. Получилось нечто вроде огромного предписания инспектора, а не акта установления виновных в случившемся.  Поэтому, когда  раздосадованные журналисты спросили Кутьина о том, кто же все-таки виноват?  То получили ответ, что у нас «демократическое государство» и виновника  может «определить только суд»…

Тем не менее, по итогам представленного  новым главой Ростехнадзора  расследования обстоятельств аварии вырисовывалась удручающая картина: СШ ГЭС работала на износ, из строя выходили самые элементарные системы защит и управления технологическим процессом.  Гидротурбины несло в разнос и не было сил, способных этот  процесс  даже приостановить.   Тот факт, что вторую гидротурбину  сорвало с опор, снесло перекрытия и  бросило на бок  в собственную станину,  а станцию при этом залило водой, говорит  об уровне полного одичания в технической политике энергосистемы страны.

Разумеется таковыми  итоги расследования  на самой крупной ГЭС  оставаться не могли.  В дело вмешались парламентарии. Была создана парламентская  комиссия в составе 16 человек, по 8 сенаторов от Совета Федерации и 8 депутатов от Госдумы, назначены её сопредседатели. И расследование началось с новой силой.  Итоги этого расследования огласил её сопредседатель  Владимир  Пехтин только в конце декабря 2009 года.  В оглашенных результатах   работы комиссии  у Пехтина   доминировала «вина персонала»  СШ ГЭС,  не принявшего  меры к оперативной  остановке  2-го гидроагрегата.

Учитывая то обстоятельство, что сам Пехтин происходит из профессиональных энергетиков (в свое время возглавлял даже такую энергосистему как «Колымэнерго»),  итоги оглашенных им результатов расследования  привели в уныние многих  российских  политиков,  поскольку вполне отчетливо давали понять, что по итогам такого расследования следующая аналогичная авария не заставит себя долго ждать.

В советской практике было установлено - подобные расследования аварий и технологических нарушений проводить дотошно, с целью исключить  их повторение в производственной практике.  В авангарде такого анализа шла энергетика, по долгу службы обязанная быть ленинской электрификацией и направлять  развитие всего экономического потенциала страны. Поэтому её основы сложились ещё в сталинский период  индустриализации, когда в промышленном потенциале ничего лишнего не было и всё требовало сохранения и увеличения  мощностей.   Поэтому,  ленинская электрификация, заняв экономическое  положение в учете промышленного  потенциала страны, которое в капиталистическом  производстве занимает банковская система учета в промышленном потенциале, -  расследования  возникающих нарушений проводила по аналогии  расследований банковских нарушений, когда денежная масса ещё соответствовала золотому  запасу («Капитал» Маркса  как раз и учитывает это обстоятельство). То есть, в ходе каждого расследования аварии или технологического нарушения  в работе энергетического оборудования  должны быть выявлены  и описаны все причины возникновения и развития  каждого конкретного нарушения,  независимо от того, на какой стадии эти причины стали развиваться – на стадии создания конструкции, её изготовления, монтажа  или эксплуатации  агрегата.  Должны быть определены предпосылки нарушения, а также причинно-следственные  связи между ними. Каждое  расследуемое нарушение (отказ в работе)  получало одну техническую  причину  (из двадцати возможных по классификатору) и  одну организационную причину  нарушения (из пятнадцати возможных по классификатору).  Причем техническая и организационные причины  должны были  в расследовании случившегося  логично дополнять друг  друга. И на основе такого расследования  комиссия уже намечала мероприятия, которые исключали бы  возможность повторения  подобного инцидента с оборудованием и людьми, если  события сопровождались ещё и несчастным случаем. В зависимости от степени  последствий аварии или нарушения в работе оборудования, назначалась комиссия  с полномочиями, доходившими иногда до правительственного уровня. В такую комиссию включались представители конструкторских  бюро,  заводов-изготовителей,  монтажных организаций и эксплуатационного персонала – в зависимости от того, где в этой цепочке произошел сбой,  ставший причиной неисправности.  А размеры нанесенного ущерба  могли привести и на судебную скамью.  Ибо тогда страна не была  заинтересована в разбазаривании своего «черного золота»  и не прощала  экономические преступления. Как известно, наиболее рьяные расхитители получали титул «врагов народа», потому как  непомерные затраты «черного золота»  на ремонт или восстановление испорченного оборудования свидетельствовали об  уроне  нанесения ущерба   всему народу, являвшемуся  как раз владельцем  экономической базы электрификации.  Можно вспомнить  характеристики  «левого» и правого уклонов в действиях коммунистов,  если  их действия вели к прямому вредительству в народном хозяйстве.

Однако,  на конец 2009 года  ясности в оглашенных  результатах расследования катастрофы  на СШ ГЭС  не прибавилось,  а всё только ещё больше запуталось. Во всяком случае то, что сообщил глава Ростехнадзора Кутьин на целый порядок  превосходило то, что выдал позднее  сопредседатель  парламентского расследования от Госдумы  Пехтин. В первом расследовании вина хотя бы косвенно перекладывалась на Чубайса, на основании подписанного им акта приемки гидроагрегатов в эксплуатацию.  Но второе  расследование  на этом фоне выражало собой акт бессилия что-то выявить («сами виноваты»), а это уже неминуемо  ставило  саму  власть под критику.   Между тем приближалось время  пуска восстановленного  после аварии гидроагрегата № 6 и назревал вопрос: а из чьего кармана будет финансироваться  восстановление этой разрушенной ГЭС ?

И тут происходит невероятное событие для нынешней действительности.  Ещё одни результаты расследования в феврале 2010 года, буквально за  несколько дней до пуска гидроагрегата № 6,  оглашает  Виктор Кудрявый, бывший заместитель министра энергетики РФ, а в начале 2010 года выступивший уже  как эксперт парламентской комиссии по расследованию катастрофы на СШ ГЭС. Он  выполняет оглашение результатов на полном профессиональном уровне, с характеристикой всех причинно-следственных связей  возникновения и развития аварии, с выявлением технической и организационной причин  разрушений,  составляющих  логическую картину произошедшего. А докладу  энергетика Пехтина   В.Кудрявый  дает определение: «Это профанация». И приводит для примера   заявление генерального директора одной из крупнейших компаний мира – General  Electric,  Джеффри Иммелта, сделанное в то же время, когда Пехтин оглашал свои результаты расследования.  А   Джеффри Иммелт сказал следующее: «Алчность и непрофессионализм  корпоративных руководителей нанесли колоссальный вред  экономике США». & nbsp; Кудрявый   указывает на то,  как  системный провал в работе реформированной РАО ЕЭС (возглавляемой Чубайсом), перекочевал на уровень  новообразованных энергохолдингов,  алчность и непрофессионализм  владельцев которых и привели к этой катастрофе.

Приехавший на пуск восстановленного гидроагрегата № 6 на СШ ГЭС российский премьер-министр В.Путин,  делал заявления в духе оглашенных результатов расследования эксперта В.Кудрявого.  Он  говорил о безответственности экономии денег на обеспечении безопасности  данной ГЭС, собирал ведущих олигархов, являющихся  одновременно ещё и владельцами энергохолдингов,  устраивал разнос «проедающим» деньги олигархам.  И выделял  миллиарды рублей… из государственного кармана на восстановление  СШ ГЭС.  При таких оборотах обстоятельств   Владимир Ильич Ленин замечал: «…по форме правильно, а по сути – издевательство».

В современной России власть и олигархат  слились в едином «общаке», выдавая на публику  глубоко обдуманные сцены поведения на политической арене и уводя в коммерческую тайну  «большую работу» по способности  «доить» страну как одну большую корову.  Поэтому,  очередная  катастрофа  в дряхлеющем экономическом организме  страны не заставила себя долго ждать.

В ночь на 9 мая 2010 года  окрестности города Междуреченска, находящегося в Кемеровской области,  огласили раскаты взрыва на шахте «Распадская», распространившиеся наружу.  При взрыве газовой смеси погибли 66 человек, 100 пострадали, судьба 24 горняков осталась неизвестной.  И снова намеки на «человеческий фактор» снизу, в основном от СМИ, чередуется с прямыми обвинениями премьера Путина в адрес  одного из менеджеров  шахты, оставляя за бортом  основных держателей акций этой шахты,  которые являются одновременно и российскими олигархами.   

В итоге, вместо  расследования на «Распадской» получается политический спектакль. Начальные сроки выяснения всех причин аварии, а это 15 дней,  увеличиваются, а потом добавляется еще пара месяцев для расследования.  По сути дела идет зондирование общественного мнения в деле  сокращения угледобычи. С одной стороны,  ведется  нагнетание  безысходности от плачевного состояния дисциплины в самих шахтах  («должна быть создана обстановка нетерпимости к нарушениям правил безопасности – обращение с огнем, употребление алкоголя,  наркотиков»), с другой стороны,  алчность и непрофессионализм  владельцев шахт не способен обеспечить нормальное проветривание  шахты «Распадская», имеющую протяженность 311 километров.  К тому же блокировать или отключать систему газоанализаторов в этой шахте, состоящую более чем из 1300 датчиков, методом накрытия «пакетом  или фуфайкой», -  бессмысленно.  Это может сделать только администратор системы с центрального компьютера.  Куда не кинь взгляд в Кузбассе - шахтеры обречены на сокращение производства.  Об этом  свидетельствуют и  горькие усмешки, когда им приходится  слышать заявления  о повышении безопасности работ в шахте.  Результат таких расследований аварий  в Кузбассе один:  закрытие шахт и перевод значительной части горняков в положение гастарбайтеров,  с последующим вытеснением со столичных площадок  гастарбайтеров из  ближнего зарубежья.  Российскому единому «общаку»  сегодня не нужен дорогостоящий  уголь в качестве топлива для электростанций, олигархи  могут обойтись более дешевыми газом и мазутом. Поэтому  в создавшемся контексте проблем  российские власти,  вместо расследований катастроф  в Кузбассе, берут курс на свертывание производства до  размеров, необходимых для поддержания производства в   металлургической промышленности.

В этих историях с гибелью  горняков поучительно то, что сами шахтеры,  выйдя из СССР на положении «рабочей аристократии» и, проповедуя в 90-е годы социальное партнерство  с владельцами шахт,  десятилетие спустя оказались на грани выживания. В то же время,  получив горький опыт партнерства с олигархами,  теперь сами горняки за очередным «партнерством» по  безопасности на производстве способны разглядеть   перспективу, открывающую им широкий простор на поверхности.  Поэтому,  вполне закономерно их выражение  в горечи улыбок,  за которыми открывается эта самая перспектива в движение наемной силы современных российских батраков к  сиянию  огней  столичных мегаполисов, на окраинах которых  они смогут даже попробовать собственные  качества бизнесменов, предлагая себя в качестве рабочей силы таким же местным  горемыкам, подкармливающим  семьи  за счет дачных огородов.

Но и благополучные российские столицы упорно напоминают о ненадежности своих систем жизнеобеспечения.  Бойкая торговля из этих мегаполисов российскими энергоресурсами и поддержка  западных экономик за счет перевода прибыли в западные банки соседствуют в Москве и Питере  с голодным энергопайком, на котором содержится ныне почти вся отечественная  промышленность.  В пятницу 20 августа 2010 года, после окончания рабочего дня,  очередная авария на электрической подстанции «Восточная»  в Питере взбудоражила мегаполис. Город на пару часов отключился, после чего начал медленно  оживать. К понедельнику положение нормализовалось. Но вот для  расследования это происшествия – а на таком уровне аварии её расследование должна проводить  правительственная комиссия – как-то не нашлось энтузиастов от власти. Да и питерские власти во главе с В. Матвиенко быстро отошли в сторону, заявив, что авария произошла на территории Ленинградской области («Восточная» находится возле Янино во Всеволожском районе), поэтому они готовы оказать только посильную помощь. В результате на месте  комиссии  по расследованию выросли люди в погонах,  по долгу службы представляющие  прокуратуру Всеволожского района Ленинградской области.  Соответственно, первые заявления молодых прокуроров с телеэкранов не носили и тени смущения, а  свидетельствовало о их желании выяснить причину  неисправности и дать своё заключение…

Если при всем этом учесть ещё и тот факт, что в расследовании таких аварий, какая произошла на «Восточной», в самом Питере способны разобраться  с десяток  системных высокопрофессиональных  инженеров-электриков, то вывод их аналитических данных  на комиссию прокуратуры районного уровня  выглядит очень проблематичным. Что могут понять прокуроры в  действиях  дифференциальных защит и  релейной автоматики на линиях  высокого напряжение (а речь идет о 330 киловольтах на «Восточной»), и как они охарактеризуют   всю цепочку отключений города, чтобы выявить слабые звенья в ней?  Да и будут ли эти самые  высокопрофессиональные электрики  давать какие-либо показания прокуратуре, осознавая  её технический уровень понимания и юридические претензии в деле предъявления обвинений?  Достаточно  сказать, что  даже при разборе аварии на «Восточной» силами Госэнергонадзора  (инспекции, входящей в Ростехнадзор),  высокопрофессиональные электрики  вряд ли сказали бы больше.  И причина тут одна: уровень принятия решений.  Ибо принятие решения по этой аварии должно сопровождаться мероприятиями, исключающими её повторение.  Но в этом не заинтересованы ни власти (нет денег на устранение последствий), ни сами работники  энергосистемы (нет возможности заменить  выработавшее ресурс оборудование).  Поэтому жителям Питера остается только  ожидать повторения такой ситуации по той цепочке отключений, какая уже успела  себя проявить, начавшись  на подстанции «Восточная».

Ну, а пока  государственный  карман субсидий на компенсацию техногенных катастроф  иссяк этим жарким летом   на компенсацию ущерба от лесных  пожаров, а олигархи как всегда остаются при своей алчности.  Поэтому и работа  комиссии районной прокуратуры, расследовавшей  отключение огромного города,   способна выразиться  всего лишь  незначительными потерями на подстанции «Восточная». И первое такое заявление уже прозвучало, что дело всего лишь в электрическом кабеле,  цена которого обойдется где-то тысяч в десять…  В то время, как сама «Восточная» работает с 60-х годов прошлого столетия и там таких  электрических кабелей, которые надо давно менять,  наберется  на целые  миллиарды.  

А пока, чем больше на этом фоне российская экономика  устами  выходцев из спецслужб   твердит о «безопасности», тем  больше сама превращается в  подобие милицейского инспектора, наиболее понятливо  регулирующего эту безопасность на дорогах. В 90-е годы  была проведена  реформа, сменившая название ГАИ  на ГИБДД.  И на месте службы регулирования движения, а вместе с этим и отвечающей за наличие и  состояние государственных дорог, появилась новая служба, с более узкой специализацией,  которая конкретно отвечает только за безопасность дорожного движения. Ответственность за наличие дорог и их состояние -  в ГИБДД  исчезло. Безопасность на оставшихся дорогах стала возрастать по отношению к замедляющему своё движение потоку машин, ставшему узким для возросшего количества авто. А то и вообще происходит останов на значительных участках дорог,  ибо на  оживленных потоках  это самое движение замирает в пробках на целые пиковые  часы. А уж когда всё останавливается, то тогда и безопасности ничего не грозит и она достигает максимума.  В соответствии с этим   уровнем безопасности, ставшим  чем-то вроде «священной коровы», перед которой падает на колени всё российское чиновничество,  функционирует  и  вся российская промышленность. Что  предвещает  отключения  зимой,  объем  которых сопоставимым в реальной жизни  разве что с обрушением  горной породы для шахтеров?  

И ладно бы ещё в России движение к коллапсу достигалось такими методами. Так ведь и весь Запад, возглавляемый США,  устремляется к такой же «безопасности», с таким же набором  катастроф в экономическом потенциале США. Но, в этом случае, «разбор полетов»  необходимо расширить и вспомнить про атомную энергетику.

 

2.  ДОЛЛАРЫ И ЭНЕРГОРЕСУРСЫ:  ВОЙНА  ИНТЕРЕСОВ

Если кто-то думает, что современный системный кризис капитализма  произошел из-за спекуляций на финансовом рынке, то он глубоко заблуждается. Спекуляции на любом рынке были всегда, а если бы их не было, то и сам рынок вряд ли бы появился. Беда нынешнего мирового рынка в том, что он не смог  перевести функционирование денежных систем с паритета золотого запаса на «черное золото».  Нельзя сказать, что мировой рынок не старался, он даже смог сам стать «черной кассой», но до паритета  «черного золота» не дотянул. Где-то на промежуточном этапе биржевых маклеров вынудили перевести учет  на  долларовую массу, вместо трезвой оценки стоимости  энергоресурсов.  И, сделав это,  маклеры рынка попались на  бумаге, которая имитировала собой  золотой запас, но которого  на практике уже не было. На практике действия бизнесменов  повели экономику в  техногенные катастрофы, как к предвестнику большой беды.

А ведь  начало техногенным катастрофам положили аварии на атомных реакторах. И отчетливо они заявили о себе  аварией на Чернобыльской АЭС,  которую всё  ещё  относят на уровень греха  Советского Союза,  поскольку  расследование этой аварии во всем напоминает логику  маклеров современного   мирового рынка, а не специалистов атомной энергетики.   И что поучительно для дня сегодняшнего, так это то, что  подкосила эта авария не только  социализм в СССР, но и лихо ныне валит на лопатки всю систему капитализма мертвым захватом кризиса, хотя, казалось бы, никак с капитализмом и не связанная.  Ибо трагедия на ЧАЭС стала игрушкой в руках политиканов, которые разбирались не с причинно-следственными связями аварии по той методике, которая оформилась в период индустриализации СССР, а просто  отправляли работать на износ всю энергетику  Советского Союза, обвинив её в приверженности социализму.   Однако, фальшивые выводы не могут  существовать долго и рано или поздно вынуждены уступать дорогу  тем анализам событий, которые трезво оценивают обстоятельства  таких трагедий и заявляют о мерах, препятствующих их возникновению. Потому как инстинкт самосохранения  человеческой жизни появился  раньше анализов, пытающихся  эту самую жизнь сохранять.

За прошедшие четверть века  накопилось много аналитических материалов по Чернобылю,  а  открытие документов той поры  проливает свет на  многие обстоятельства и  причинно-следственные  связи  случившихся в мире промышленных трагедий, иногда как две капли воды похожих на Чернобыль.   И этот опыт поучителен,  доказывая,  что  прежде всего  аварию на ЧАЭС  нужно рассматривать  на фоне мировой статистики  аварийности в  атомной энергетике за прошедшие полвека.  Что она показывает? Статистика  показывает уровень аварийности даже меньший, чем в традиционной энергетике.  Причем это не зависит от того, в какой стране происходит авария или неисправность в работе оборудования  АЭС.  Характерно лишь то, что  наличие любой АЭС  сопровождается какими-нибудь неполадками в её работе, иногда переходящими в аварийную ситуацию.

В этой статистике аварийности на АЭС особняком выделяются только две  катастрофы. Первая, на американской АЭС  Три-Майл Айсленд (Three Mile Island – трёхмильный остров) в штате Пенсильвания, случившаяся 28 марта 1979 года, на втором  энергоблоке (водо-водяной реактор и двухконтурная система охлаждения),  которая сопровождалась частичным расплавлением  активной зоны ядерного реактора. В период за 31 марта и 1  апреля 1979 года из 200 тысяч человек, проживающих в радиусе 35 километров от АЭС,  80 тысяч покинули свои дома. Было  закрыто семь школ, губернатор Пенсильвании   приказал эвакуировать  всех беременных женщин и детей дошкольного возраста.

Вторая катастрофа  на стыке трех братских республик – России, Украины и Белоруссии- на Чернобыльской АЭС ранним утром 26 апреля 1986 года.  На следующий день из 50-ти тысячного города энергетиков Припяти было эвакуировано 45 тысяч жителей. После чего радиус воздействия  увеличивался, а по мере заражения территории, увеличивался и поток эвакуированных. И 70% заражения с украинского Полесья  перекочевало на территорию  Белоруссии.  Основной удар от аварии на 4 энергоблоке  ЧАЭС  приняли на себя  офицеры и солдаты  Минобороны СССР,  по существу закрывшие собой  развороченный от взрыва  атомный реактор  РБМК – 1000. Около 100 тысяч  военных получили  облучения разной степени тяжести.

Основная причина первой аварии, на  Три-Майл Айсленд в США,  классифицируется  по техническому признаку – неисправность контрольно-измерительных приборов,  приведшую в заблуждение дежуривший на АЭС персонал. Основная причина  второй аварии, на Чернобыльской АЭС,  классифицируется по организационному признаку -  программа испытаний 4-го энергоблока, приведшая к «саморазгону» реактора в потенциально опасный режим.

Эти данные по авариям в США и СССР являются видимой частью айсберга, укрывавшей в водах времени многие обстоятельства происшедших тогда катастроф с разницей в семь лет.  В 1985 году на американской Три-Майл Айсленд сумели оживить первый (непострадавший) от аварии  энергоблок и он работает, а очередное сообщение  оттуда об аварии пришло за 21 ноября 2009 года, об утечке радиации..  Все энергоблоки  «чернобыльского» типа тоже работают, за исключением Игналинской АЭС в Литве, которую закрыли год назад  по требованию Евросоюза,  в качестве «платы» за вхождение Литвы в ЕС.

За прошедшее время было много версий обо  всём, что произошло. Только по Чернобыльской АЭС  выплеснулось более сотни   расследований.   Но ни одна  из версий не выжила. И никто, и никогда не рассматривал  то, что этим  двум катастрофам  предшествовала  одна причинно-следственная связь. Ибо возникновению  и развитию этой причинно-следственной связи в Пенсильвании  и на Чернобыле  способствовала  экономическая ситуация в США,  вынуждающая прикрывать развитие атомной энергетики.  Что авария на Три-Майл Айленд  экономически была запрограммирована  финансовой элитой США, после чего потребовался  уже  Чернобыль в СССР, так сказать,  для выравнивания положения.

Объективные причины такого утверждения  основываются на экономическом состоянии США в 1979 году и теперь. А предшествовала всему этому в 70-е годы прошлого века  экономика США, переходившая к долларовой экспансии по всему миру.  «Окно» для такой экспансии  было «пробито»  арабо-израильской войной Судного дня в 1973 году, когда  империализму удалось  вынудить арабские страны пойти на  нефтяное эмбарго. В результате эмбарго  в четыре раза  удалось поднять цены на нефть, а  США запустили свой  денежный  станок по выпуску валюты, которой все  рассчитывались  за нефть.  За период с 1973  по 1979 год  работы такого печатного станка  экономика США показала возможность этой страны торговать долларами, а не товаром.  Именно в  этот период складывается империалистическое ядро в виде «Комитета 300», который уже может управлять всем миром посредством доллара, поскольку  даже враждебный СССР к тому времени перешел в экономике на денежное выражение прибыли.  Вместо  сталинской модели, исходящей  из опоры на затраты  «черного золота» и перевода выражения прибыли в понижение цен в денежном выражении (с перспективой последующего ухода от денежного обращения  вообще), советская экономика уже работала на теневой рынок.   Тогда, после войны Судного дня, оракулы капитализма в США ещё не знали, что   изобретенный ими механизм управления  мировым рынком приведет к постепенному надуванию финансовых пузырей, которые начнут лопаться по мере подъема индустриализации в развивающемся мире.  Не могли тогда  империалисты и представить, что малоразвитые  страны в большинстве своем станут  проявлять те же мотивы выживания в экономике, которые были присущи Советской России в период  провозглашения Лениным электрификации всей страны. То есть, эти страны после выхода из колониальной зависимости  будут вводить состояние  собственных экономик в частичную сдачу в концессию Западу.   По примеру Советской России будет проводиться  передача в концессию империалистам  своих ресурсов, включая и трудовые. И в большинстве стран это будет принимать формы даже худшие, чем при прямой колониальной зависимости. И потребуются десятилетия, чтобы собственная буржуазия научилась   осуществлять внутренний контроль за энергоресурсами, как самыми чувствительными  «нервами» экономики.   Вот после этого-то, на стыке ХХ и XXI веков,  цены на нефть и поползли вверх, а доллар уже не смог контролировать весь мировой рынок, поскольку   сам  стал тихо умирать в накопившихся противоречиях, которые позднее всплыли в образе  ничем не обеспеченных  финансовых пузырей.

Однако в 1979 году на империалистическом Олимпе такой сценарий  торговли долларами, а не товаром,  ещё  никто не мог себе представить.  Именно тогда американцы начали прикрывать своё производство,  консервировать  залежи нефти,  переводить  оборудование по выпуску ширпотреба  в третьи страны. Торговля долларами открывала горизонт получения большей прибыли.  По имеющимся данным на сегодняшний день ВВП  в США составляет всего 11 %, всё остальное  - ценные бумаги, которые и обесцениваются.

На фоне таких сокращений производства  США  в 1979 году  становятся ненужными и атомные электростанции, которые поглощают капиталовложений  больше всего.    И в таких условиях   показательная авария на какой-нибудь АЭС становится для финансовых кругов  вполне желательной. Поскольку,  ссылаясь не ненадежность атомной энергетики,   можно было  прикрыть строительство АЭС.  Ведь   на экономическом поле  манил  другой способ получения прибыли: теперь  должны были «работать» доллары.

За несколько дней  до аварии АЭС  Три-Майл Айсленд на американские экраны выходит фильм «Китайский синдром», сюжет которого разворачивается на расследовании проблем с ненадежной  атомной электростанцией. Оператор проблемной АЭС, введенный в заблуждение неисправным датчиком, отключает  подачу холодной воды в активную зону, что едва не приводит к её расплавлению (к «китайскому синдрому»). А другой персонаж фильма говорит, что подобная авария  способна привести к эвакуации людей с территории «размером с Пенсильванию».  Ход аварии на самой Три-Майл Айсленд в значительной степени подтверждает то,  о чём говорится в фильме.  Когда же  изучаешь  саму  последовательность событий, приведших  к аварийной ситуации, то удивляешься  способности дежурного персонала этой станции  ориентироваться в целой серии случайностей, грозившими куда более тяжкими последствиями.  И это стоит рассмотреть более подробно.

Возникновение аварийной ситуации в реальности началось с того, что когда отказал насос во втором контуре системы охлаждения, то при включении резервного насоса    он оказывается отсечен  от контура охлаждения клапанами, «закрытыми по ошибке  во время проверок, производившимися незадолго до аварии».Так как отвод тепла от первого контура прекратился,  в нем стало расти давление и открылся предохранительный клапан, сбрасывающий пар в  специальную ёмкость, где он конденсировался, а конденсат накапливался. После того как давление снизилось, клапан должен был закрыться,  но этого не произошло. Сигнал, поступающий на пульт  управления,  выдавал информацию, что клапан закрылся, хотя в действительности контрольная лампа сигнализировала о подаче сигнала на закрытие этого клапана, поскольку никакого  контроля реального состояния клапана не было предусмотрено. В итоге  пар продолжал выходить через этот клапан, из-за чего  уровень теплоносителя в реакторе понижался.

Нарастание аварийной ситуации сопровождалось тем, что  через две минуты после отказа насоса  автоматически включилась  аварийная система  подачи воды в первый контур. Эта система часто  срабатывала ложно, поэтому её включение не вызвало беспокойства. Ещё примерно через две с половиной минуты дежурный персонал отключил  аварийную подачу воды.  Приборы на пульте показывали, что  уровень водя в реакторе повышается. На самом деле, датчик уровня  давал неправильные показания из-за неудачной конструкции.  А через 8 минут после начала развития аварии оператор  заметил, что клапаны  резервного насоса во втором контуре закрыты и экстренно открыл их.  Второй контур теперь стал работать нормально, но из первого контура продолжилась  утечка теплоносителя  через открытый предохранительный клапан.  Через 1 час 20 минут  после начала событий  в насосы первого контура  стал попадать пар и в них началась кавитация, из-за чего они остановились.

Затем аварийная ситуация начинает принимать неуправляемый характер. Через 2 часа с четвертью  уровень воды понизился  настолько, что верхняя часть активной зоны обнажилась и начала плавиться. Кроме того, в результате  паро-циркониевой реакции, начал образовываться водород, который вместе с паром выходил через предохранительный клапан и накапливался под  контейнментом.  А  через 2 часа  20 минут  уже оператор  из новой смены  заметил,   что датчик на выходе предохранительного клапана  показывает необычно высокую температуру и закрыл  резервный предохранительный клапан. К этому времени утечка составила  более 250 тыс. американских галлонов  (950 тыс. литров). Часть радиоактивной воды  вылилась в помещение станции, так как ёмкость, в которой она накапливалась переполнилась. Через 2 часа 30 минут  датчики впервые  зафиксировали  повышение уровня  радиации в  помещении  АЭС.  Через 9 часов взорвался водород, накопившийся под контейнментом.  Это не вызвало разрушений и даже не было замечено дежурным персоналом. И только через 15 часов 50 минут операторы смогли разобраться с этой головоломкой в работе приборов и включили насосы  в первом контуре, после чего  температура активной зоны начала снижаться. К этому времени  примерно треть топлива расплавилась.  Произошел выброс  радиоактивных газов  в атмосферу и жидких радиоактивных  отходов в реку Сукуахава. Наиболее критическая ситуация сложилась 30 – 31 марта и 1 апреля 1979 года, когда в корпусе реактора образовался  огромный  пузырь водорода, что грозило взрывом оболочки  реактора.  АЭС  Три-Майл Айсленд  остановилась в каких-то миллиметрах  от того взрыва реактора, который  через семь лет произошел на Чернобыльской АЭС. Или как потом скажут профессионалы «здесь  ситуация похожа на чернобыльскую за двадцать секунд до взрыва».

Через несколько дней после  аварии на  АЭС Три-Майл Айсленд, 5 апреля 1979 года,  выступил американский президент Картер  с речью, посвященной проблемам энергетики. Он коснулся  альтернативных методов выработки электроэнергии, но совершенно не упомянул об ядерной энергии, будь то расщепление атомного ядра или управляемый термоядерный синтез. А многие сенаторы заговорили о том, что авария может повлечь за собой  «мучительную переоценку»   отношения к ядерной энергетике…   И хотя в прессе стали появляться  исторические справки,  что  «аварии  на ядерных реакторах  начались фактически  сразу после их появления»,   дальнейшее строительство атомных реакторов в США  было  свернуто. Через семь лет происходит взрыв на 4-ом энергоблоке ЧАЭС и дальнейшее строительство атомных реакторов  в СССР, а потом и в России,  также  сворачивается.

Так  нужно ли аварии в  Три-Майл Айсленд и Чернобыле, которые привели к одному и тому же результату,  рассматривать изолированно друг от друга ?   Надо полагать, это будет интересно только тому, кто хочет дальше запутывать этот «разбор полетов».  Запуск в США печатных станков по выпуску ценных бумаг и  свертывание  собственного капиталоемкого  строительства АЭС  диктовали необходимость  свертывания атомной энергетики в СССР, ибо не могли же американские толстосумы  позволить своему основному врагу  развивать строительство  АЭС   у себя дома и за рубежом, а  собственное строительство в США   ликвидировать. Ведь за созданием новых реакторов стояли лучшие научные умы и развитие передовых технологий промышленности по всему миру.

Из этого вывода и проистекает та необходимость, которая вынудила  идеологических врагов СССР  найти слабое место в советских атомных реакторах и направить аварию по реализации такого замысла. И американцам не составляло труда воплотить такие замыслы в жизнь, потому как,  работавшая на США и Запад внутренняя  «пятая колонна» в СССР,  всегда была готова, под видом борьбы со «сталинизмом», бороться и с экономическим потенциалом страны. Более того, денежные реформы, проводимые в СССР,  сами  напрашивались, через контроль прибыли, перейти  под крыло доллара.  Нужно было только включить этот маховик  для раскрутки. Всё решают кадры. И  маховик раскручивания нужных кадров  включили.  

Что послужило предпосылкой для  выявления слабого звена  в работе советских АЭС ?

Предпосылка заключалась в том, что в Советском Союзе быстро наращивались мощности АЭС, поскольку традиционные газ и нефть шли на экспорт, а выручка, чаще всего оседала в западных банках и никакой пользы народному хозяйству не приносила. А  выведенное из-под контроля рабочего класса  «черное золото»   формировало уже  тогда  будущий слой капиталистов и олигархов на постсоветском пространстве. Поэтому,  научные кадры в атомной энергетике выполняли всего лишь  заказ по восполнению потерь от вывоза из страны энергоресурсов.  Люди,  конструирующие атомные реакторы, строящие советские АЭС  и эксплуатирующие их, были в основном ещё из той фронтовой плеяды,  которая создавала лучшую советскую технику в период  Великой Отечественной войны 1941 – 1945 годов.  Поэтому они и АЭС создавали по знакомой схеме производства, не задерживаясь на режимно-технологических испытаниях атомных реакторов. Вместе с тем, советские ядерщики понимали,  что мощности  АЭС резко растут,  а пуско-наладочные тылы за ними не поспевают. Поэтому конструкторы  были вынуждены не зацикливаться  на  режимных вопросах и обходили их стороной, по простому решению.  Решение это состояло в том, что между атомными электростанциями в СССР  параллельно создавались мощные линии электропередач,  позволявшие компенсировать нагрузку на  аварийных  АЭС, в случае останова  генерирующих мощностей. То есть, «ослабевшую» от останова энергоблока АЭС всегда готовы были поддержать  ближайшие атомные станции и обеспечить работу  промышленного потенциала в том регионе,  который был запитан по электроподстанции   с отключившимся энергоблоком на АЭС.  Поэтому на самих электростанциях атомные реакторы  должны были  работать по простой схеме набора и снижения нагрузок, не экспериментируя их на промежуточных режимах, и отключая всякий раз реактор,  когда  ситуация  становилась не прогнозируема. В итоге опыт  режимно-технологических испытаний набирался медленно,  через  практику утвержденных графиков  пусков и  остановов оборудования.

К середине 80-х годов ХХ века ситуация начинает меняться как в самом СССР, так и в энергетической отрасли.  Отправляют на покой старика П.С.Непорожнего,  возглавлявшего многие годы Минэнерго и умевшего хорошо контролировать работу своих кадров.  А на его место  приходит А.Майорец, «человек в энергетических, особенно в атомных вопросах не до конца компетентный». Начинает меняться  кадровый корпус эксплуатационников на  АЭС, «если раньше туда шли работать в основном энтузиасты атомной энергетики, то  теперь хлынул народ случайный».  Ведомство, которое осуществляло руководство эксплуатацией АЭС   в СССР (ВПО Союзатомэнерго), возглавил  Г.Веретенников, на эксплуатации АЭС никогда не работавший.  Под видом борьбы за омоложение атомщиков устранялись старые специалисты, а их место у руководящих звеньев доставалось  «своякам и кумовьям».  И начинают проявляться  попытки вновь назначенного  руководства  на части АЭС как-то проявить себя покруче и  тем самым заставить обратить внимание на собственные  действия. В предчувствии беды начинает бить тревогу академик А.П.Александров, создатель атомного реактора в Чернобыле.  За год до аварии он уже говорит прямым текстом : «Нас, товарищи, ещё бог  милует, что не произошла у нас Пенсильвания. Да, да…».   

Сама аварийная ситуация  вызревает  на ровном месте. На четвертом энергоблоке, при выводе его  в плановый ремонт в ночное время, проводились испытания, связанные с исследованием режимов работы  турбогенераторов. На первый взгляд атомный реактор энергоблока только косвенно участвовал в этом эксперименте.  Испытаниями  руководил  заместитель главного инженера  ЧАЭС, что не оставляло шансов оперативному персоналу  отказаться от сомнительный переключений, сославшись на требования производственных  инструкций.  Потому как  на этой ситуации  рядовые эксплуатационники, как и их соплеменники по всем  электростанциям,  должны были выполнять требования официальной  администрации. Главная ошибка этих испытаний состояла в том, что при заглушенном реакторе было принято решение  вдруг резко поднять мощность. Вот тут-то и пошел тот самый «саморазгон», с которого   начинаются  непредсказуемые и неконтролируемые события на атомном реакторе.  В этом режиме система аварийного охлаждения активной зоны  была отключена персоналом  заблаговременно.  Исходной причиной первоначального роста радиоактивности явилось кипение воды в активной зоне.  В этом начальном росте  радиоактивности проявился первый  недостаток конструкции реактора (положительный паровой эффект, обусловленной структурой активной зоны).  А первоначальный рост радиоактивности  не был подавлен на начальном этапе движения стержней СУЗ после  ввода в действие  аварийной защиты реактора, что явилось вторым недостатком в конструкции реактора – неудачная конструкция  стержней СУЗ. Потом зам.министра  Шашарин скажет: «Люди не знали, что реактор может разогнаться в такой ситуации».  

Первые итого расследования аварии на Чернобыльской АЭС были оглашены  3 июля 1986 года на заседании Политбюро ЦК КПСС, материалы которого были засекречены и стали известны только в 90-е годы. На этом заседании Президент Академии наук СССР А.П.Александров  взял всю вину на себя: «Свойство  разгона реактора есть ошибка  Научного руководителя и Главного конструктора РБМК… Прошу освободить меня от  обязанностей  Президента  Академии наук и дать мне возможность исправить свою  ошибку, связанную с недостатком  этого реактора». Он   категорично добивался прекращения  испытаний режимов на атомных реакторах. Он, как  конструктор реактора, был  заинтересован больше других  в оглашении  результатов расследования, чтобы не допустить повторения. Он же способен   объяснить  исторические предпосылки создания  самих  реакторов, не оставивших времени на пуско-наладочные испытания и указать путь движения к безопасной маневренности работы реакторов на   различных  режимах.    Поэтому и основная причина  той катастрофы  по итогам заседания 3 июля 1986 года звучала так: «Авария явилась следствием досрочного прекращения теоретических исследований по безопасности реактора, что сделало РБМК «потенциально опасным реактором». Виновность за это, в первую очередь,  «лежит на Руководстве государства,  Руководстве Академии наук и Министерства среднего машиностроения».

Но не так прост был юрист М.Горбачев, чтобы Руководство государства, а фактически себя,  поставить главным  виновником происшедшего. Проводится ещё одно заседание Политбюро ЦК КПСС 14 июля 1986 года для  рассмотрения причины аварии на ЧАЭС. Как окажется позднее, это заседание проводилось с целью  изменения формулировки заседания Политбюро от 3 июля. Вот тут и появляется припрятанный  «рояль в кустах», в образе  директора  пострадавшей ЧАЭС, Брюханова. Академик В.Легасов, присутствовавший при всём этом, так  характеризует директора Брюханова: «И последний раз  я его видел на заседании Политбюро 14 июля, когда рассматривалась причина  аварии Чернобыльской. Прямо там его и спрашивали. И он был всё время в шоке.  Он никаких разумных действий и слов произнести не мог.  …он был там недееспособный человек». Поэтому Горбачеву не составило труда переложить всю ответственность на персонал АЭС и заявить «сами виноваты». Опубликованное в газете «Правда» за 20 июля 1986 года  сообщение «В Политбюро ЦК КПСС» уже так характеризовало положение дел: «Установлено, что авария произошла из-за целого ряда  допущенных работниками  этой электростанции грубых нарушений правил эксплуатации реакторных установок.  На четвертом энергоблоке при выводе его  на плановый  ремонт в ночное время проводились  эксперименты,  связанные с исследованием режимов работы турбогенераторов. При этом руководители и специалисты АЭС  и сами не подготовились к этому  эксперименту, и не согласовали его с соответствующими организациями, хотя обязаны были это сделать. Наконец, при самом проведении работ не обеспечивался  должный  контроль, и не были  приняты надлежащие меры безопасности.  Министерство энергетики и электрификации СССР и Госатомэнергонадзор  допустили  бесконтрольность за положением дел на Чернобыльской станции, не  приняли эффективных мер по обеспечению  требований  безопасности,  недопущению нарушений дисциплины и правил эксплуатации этой станции…»  

И «мавры», сделавшие своё дело, должны были удалиться,  кто на покой, кто в места, не столь отдаленные.  Ибо  кадры в аварии решали всё: их навели на слабое место – они его и обозначили мощной катастрофой.  Цель  США по свертыванию  строительства атомных станций в СССР была достигнута.  Этой аварией  открывалась перспектива для доллара и закрывался путь к дальнейшему развитию   Советского Союза.

Как же  ведут себя  основные «знатоки» этой аварии, спустя десятилетия ?

М.Горбачев продолжает накануне  каждой очередной годовщины  нести в народ «истинную правду» о Чернобыльской аварии, в которой его однобокость уже поднадоела и бывшим соратникам из журналистики,  поэтому кое-кто  сравнивает его аргументы  «с упорством хорошо спрятавшегося  от действительности партизана, не оповещенного  об окончании войны».

Не меньшую загадочность вызывает и поведение бывшего главного «ликвидатора» последствий аварии на ЧАЭС   академика Е.Велихова.  Его научная деятельность в области физики плазмы, термоядерного синтеза и руководство Курчатовским институтом, разработавшим тот самый реактор РБМК,  должны были бы  двигать омоложение атомной энергетики. Но Велихов как-то быстро, почти сразу после аварии на ЧАЭС,  стал делать антисоветские заявления  и на этом фоне обозначился значительно больше, чем энергетик. А что касается   вывода  атомной энергетики из глубокого кризиса после «разностных» 90-х, то делать это пришлось другому академику Е.Адамову, который сразу же попал в поле зрения американской юриспруденции и   с трудом  выскользнул из-под швейцарского ареста, чтобы не оказаться в федеральной тюрьме США.  Зато академик Велихов никаких грубых телодвижений, противоречащих политике США, не делал, и «дослужился» до бессменного  главы Общественной палаты России (Общественная палата рекрутируется руководством РФ), где с аналогичными антисоветчиками «выражает» общественное мнение страны. В итоге,  основной «ликвидатор» аварии на ЧАЭС  стал больше напоминать  американского юриста, а основной восстановитель  нормального режима работы на отечественных АЭС чуть не оказался в американском застенке.  Таковы последствия решений кадрового вопроса по итогам трагедии на Чернобыльской АЭС.

При всём этом нельзя не заметить и того обстоятельства, что американская сторона, «сеющая ветер» как на территории Советского Союза, так и России, сама  теперь пожинает бурю от аварийности на собственной территории.  Да и разразившийся  системный кризис  капитализма стремится  обозначить  финансовую  модель США  в качестве корабля,  налетевшего на скалы экономических проблем, созданных   империализмом.

 

3.    ОСТАНОВ  КАК   ОБРАТНАЯ  СТОРОНА  ФИНАНСОВОЙ  ЛИХОРАДКИ

Сходство  техногенных катастроф в  России и США  больше всего проявляется следствием  некогда мощных периодов индустриализации, сменившихся сначала  застоем,  а теперь  принявших  форму  экстренного  торможения  на  крутом вираже поворота в обратную сторону.  В США застой не был замечен своевременно, ибо работа долларового станка создавала впечатление движения вперед.  В действительности   же осуществлялось  паразитирование ведущей страны империализма  на экономическом  разграблении Третьего мира, за счет долларовой экспансии, что  не вызывало претензий у североамериканского населения. К тому же и СССР,  ценой застоя и вброса  энергоресурсов в  западную экономику,  спасал ресурсами Запад, пока не решился на отчаянное  «ускорение», на деле оказавшееся вползанием    в капиталистическую упряжку всего постсоветского пространства. В итоге, качающуюся   Россию сорвало с застойного   виража и быстро понесло  в  пропасть. Этот «волшебный» полет вниз помог некогда мощным индустриальным державам  идентифицировать  друг друга и, как всегда, определилось намерение американского партнера – приземлиться не на голое место, а на своего распластавшегося  напарника, которому, разумеется,  надо в подобных  случаях  «помогать»  достигать дна первым.  Такой период  вхождения ещё недавно  ведущих  супердержав в полный останов,  после полета    в объятиях кризиса,  обозначился  вполне отчетливо.

Страны бывшего Третьего мира, наоборот, находятся на подъеме. Причем их подъем впрямую связан с  дистанцированием  от политики доллара. В этом смысле политика  Китая, ориентирующая страну на юань, наиболее  четко дает  пример для  собственного роста, вынуждая  подражать  других.

В положении застоя остаются страны Западной Европы. Но кризис вынуждает их находить пути развития.  При этом создание Евросоюза способствовало улучшению  процесса разделения труда. А  вот подражание  Дяде Сэму  привело ряд участников  ЕC в долговую яму.  Банковская система капитализма оказалась не способной отделить кредитование  собственного промышленного развития  от элементарных спекуляций  банкиров  на фондовых биржах слабых стран, использующих долларовую массу  для игры на разнице в курсе валют. Ибо прибыль от спекуляций на фондовых рынках на целый порядок перекрывает прибыль от кредитной политики в промышленность. Из-за чего выход Евросоюза   из этого наркотического финансового  состояния   связан с борьбой западноевропейского пролетариата за свои классовые интересы. Причем,  в этой борьбе четко обозначился критерий  социальных гарантий населению, реализация которых способна осуществляться только на базе «черного золота», как величины постоянной. Скажем, завоеванный за минувшие десятилетия более ранний  выход на пенсию может быть обеспечен реальным механизмом экономики, без инфляционных издержек. Поэтому борьба за такой механизм экономики будет вести к усилению экономической базы электрификации.  И наоборот,  перевод  критериев социального обеспечения на денежную составляющую компенсаций быстро обесценит сами денежные выплаты путем инфляционных   потерь.    

Поэтому и лидировавшие долгие годы в мировом развитии США и СССР  по итогам системного  кризиса капитализма оказываются  в самом худшем положении.  Ибо и в Штатах,  и в России оказались парализованными производительные силы,  на данном этапе по разным причинам не способные организоваться в политическую силу, чтобы приостановить падение.

Уже приходилось писать о  неизбежности процесса  перехода долларовой массы в керенки. Этому способствовал  весь период  борьбы западного капитала в ХХ веке с ленинской электрификацией,  сначала в Советской России, а потом и в СССР.  «Победивший» в этой борьбе доллар в широкие массы ничего прогрессивного не внёс. Доллар только  добился контроля цен на мировом рынке  в пользу ведущих империалистических конгломератов. А рубль,  после периода индустриализации и понижения цен, не смог (в хрущевский период) передать эстафету управления производством экономической базе электрификации.  То есть,  денежная система в СССР вместо ухода с политической арены и передачи контроля за оборотом товаров критерию затрат в энергоресурсах  (в пользу  интересов широких масс), по инициативе оппортунистической ЦК КПСС снова запустила учет прибыли в денежном выражении.  Да  при этом  «верные ленинцы» ещё и «черное золото» стали  отправлять на Запад, для поддержки капиталистической экономики. В результате прозападной политики    советская  партноменклатура  сумела сузить экономическое поле  контроля рабочего класса, отделяя его от ресурсов и отдавая эти ресурсы на разграбление буржуазии  на Западе.  Но сама партноменклатура   не оставила себя без средств, а сформировалась  в качестве уже советской  необуржуазии,  оформившись  как класс в Советском Союзе на вывозе «черного золота». В начальный период, пока  рубль удерживали на месте, он сам,  наоборот, стал даже жиреть в пользу нарождающейся буржуазии, а рабочий класс «исхудал» до положения пролетариата, отделенного от ресурсов.  К контролю ресурсов подключился  доллар и  быстро переключил на себя эту способность партноменклатуры к тому, чтобы  «жировать».

В свою очередь,  финансовые спекуляции в США вели к тому, что  владельцы долларовых счетов сами не заметили того, как  оказались в качестве должников, а по существу - банкротов. Американцам в период застоя было не свойственно упрекать себя  в красивой жизни за чужой счет.  Доллар и на российском  экономическом поле долго предлагал «помощь» рублю,  пока  за ширмой этой «помощи»  не  расширил поле своего влияния до  размеров уничтожения ленинской электрификации, как паритета денежной системы в стране,  после чего поставил  себя,  т.е., доллар, на место  паритета денежной системы.  Хорошо известно, что для внешнего оформления  политики доллара в СССР - нагнеталась истерия  антисталинизма, под видом которой проводились «антисталинские  реформы».   Поскольку сами империалисты не могли сказать, что проводимая Сталиным политика электрификации - это «глупость» для советских людей,  то они действовали от обратного, говоря, что сам Сталин «был трагедией» для советского народа, поэтому  народу  следовало  освободиться  от его и, как следствие, освободиться от его  политики электрификации.   Во внутренней раскрутке такого политического маховика  осуществлялись необуржуазные преобразования в СССР, а  ограбленная экономика  переходила в состояние  служанки  Запада.

На время этого  одурачивания широких масс в СССР оказалась отброшенной и забытой теория и практика  индустриализации Советского Союза под руководством Сталина, показавшая в свое время то, как надо развиваться.  Нынешняя действительность демонстрирует лишь  то, как не надо развиваться, ибо  выражением современных  финансовых устремлений становится уже  экономический тупик капитализма.  А ведь сталинская политика индустриализации, как бы её ни критиковали,  осталась   примером  развития не только для СССР, но и для многих других стран,  включая и  США, поскольку вынуждала американских империалистов в противостоянии держав  удерживать  долларовую лихорадку и давала толчок к расширенному воспроизводству на Североамериканском континенте, т.е. к самовозрастанию. Поэтому,  в создавшейся ситуации кризиса на Западе и в отсутствие сколь-нибудь заметных кризисных проявлений  на Востоке,  в качестве катализатора индустриализации,    останавливающего финансовую лихорадку и подталкивающего воспроизводство,  в наибольшей степени способен проявить себя  процесс  введения новой валюты, которая развивающемуся миру необходима как воздух.

Если же посмотреть на то, как в США нарастает череда техногенных катастроф, нельзя не заметить  доминирующее значение в этих катастрофах  энергоресурсы.  Или, говоря проще, американцы спохватились – пора спасать доллар и усиливать его влияние  опорой на своё   «черное золото». Поэтому стали быстро  расконсервировать собственные запасы энергоресурсов. Но  тут посыпалась череда неудач. Мелкие аварии удалось  «не засвечивать»,  в вот прозвучавший взрыв  газа в начале февраля 2010 года на ТЭЦ  в городе Миддлтаун  штата Коннектикут  уносит жизни пяти человек,  что свидетельствует о форсировании американцами собственной энергетической программы и о слабости кадров, воплощающих такую программу в жизнь. Последовавшая затем   катастрофа с нефтяной платформой в Мексиканском заливе, случившаяся несколько месяцев спустя,  вообще останавливает начатое освоение нефтересурсов  на 22 платформах  США.  Оказалось, что в ведущей стране империализма  производственные кадры уже ничего не решают, ибо, переложив  в 70-е годы ответственность за развитие страны на доллар, эта страна  потеряла свои  производительные силы.  Решив, что вместо этих кадров будут «работать доллары»,  американские политики в действительности вынудили в тот период работать на себя  производство стран Третьего мира. Но, столкнувшись с кризисом и  чередой катастроф, американская сторона уже вынуждена была  заговорить о перспективе наращивания  нефтедобычи не у себя дома, а  в захваченном Ираке. Причем, довести нефтедобычу в Ираке до такого уровня, чтобы опередить Саудовскую Аравию в& nbsp; мировом лидерстве. На деле же  США ничего не остается, как  за счет наращивания  нефтедобычи в подконтрольном им Ираке  притормозить своё падение в пропасть кризиса и продолжить агонию доллара.  Однако, агония доллара  только подталкивает  лишний раз страны бывшего Третьего мира  к ускоренному  переходу на собственную валюту, как возможности избавиться от проблем с долларом и от грабежа со стороны империализма,  потому как новая валюта способна будет опереться на паритет из  товарной массы и «черного золота»,  производимых  развивающимся миром.  А это – залог устойчивости.

Но на практике  в странах бывшего Третьего мира  буржуазия остается  более родственной американскому империализму, чем  собственным бедствующим массам, склонным к революционным преобразованиям.  Поэтому, если отойти от анализа кризиса и переключиться на перспективы надвигающихся революций, то сам характер  таких революционных преобразований выглядит по-разному, в зависимости от исходного периода движения  к индустриализации и активности того  класса, который контролирует энергоресурсы. И здесь в самую пору  обратиться к  российскому  историческому  опыту девяностолетней  давности, когда молодая Советская Россия была   вынуждена  отказаться от буржуазных керенок и начать  перемены на поле индустриализации, с привлечением к обороту золотого червонца и финансовых средств крупной иностранной буржуазии.  

Подобный оборот событий  в российской действительности характерен тем, что на место  обессилевшей от пустых трудов  денежной единицы, в виде керенок,  пришла ленинская электрификация и поставила основной единицей в товарообмене затраты «черного золота» на  выпускаемую  продукцию.  Разница лишь в том, что в Советской России Ленин  основывал такое развитие электрификации через концессию,  с ориентацией учета энергоресурсов на рабочий класс и  частичным привлечением крупной буржуазии через НЭП.  А в современном  развивающемся  мире  учет энергоресурсов и товарного оборота принимают на себя национальные лидеры, ориентирующиеся в развитии стран  на активность  мелкого  товаропроизводителя. Объединяет эти два исторически разделенных процесса то, что в обоих случаях  внутренний товарооборот  ограничивает  диктат  мирового рынка, контролируемого империалистами.  Ибо в этих случаях  внутренний товарооборот  составляет не менее двух третей ВВП.  И на практике всякая современная страна развивающегося мира  на одну треть ещё как бы сдана Западу в концессию, но, в то же время, направляет свои внутренние резервы на оттеснение  иностранного влияния от оставшихся под контролем двух третей собственной экономики. Ленин такое положение называл «войной концессии с капиталистическими устоями» и видел победу  рабочего класса в достижении целей электрификации всей страны.  

За идеи электрификации западная пресса  называла Ленина «кремлевским мечтателем», предрекая своей денежной системе  бессмертие. Но бессмертен оказался Ленин, а денежная система империализма  тихо умирает в петле иллюзий   о мировом господстве.

Поскольку  электрификация всей страны шла на смену банковской системе капитализма,  то и первый нарком финансов в правительстве Ленина,  И.И.Скворцов-Степанов («Электрификация РСФСР в связи с переходной фазой мирового хозяйства»),   всю электрификацию сводил к топливу, а не к деньгам.  И топливо становилось основным критерием экономического роста, отчего  политическая победа рабочего класса в сталинский период  достигалась на основе более передовой системы учета затрат энергоресурсов при выпуске продукции (через контроль затрат на каждом рабочем месте). В результате денежная система  империализма становилась не способной преодолеть советскую  систему учета затрат «черного золота».   Поскольку НЭПманы  были ограничены в денежном воздействии на электрификацию всей страны размерами финансирования, не превышающими одной трети  от объемов контролируемого ими   оборота, а под  контролем советскими финансистами отечественного «черного золота» оставалось две трети оборота, который в самих фондах индустрии  можно было вести и по безналичному расчету, в пересчете на золотой червонец, то   вполне закономерно и то, что в современном мире империализм также пасует перед экономиками слаборазвитых стран, которые не позволяют Западу контролировать на своей территории объемы товарооборота, превышающие одну треть, прежде всего из-за их слабости и из опасения потерять основную массу продуктообмена у себя дома.

В этой связи нельзя не вспомнить предупреждения  Ленина, сказанное в самое напряженное время революционных преобразований, во время введения основ электрификации всей страны в 1921 году. Он так предупреждал: « Я повторяю,  что нас никто не сломит,  ни внешняя,  ни внутренняя сила,  если мы не доведем до раскола». (ПСС, т.32, с.47)  Ибо самое страшное для электрификации это – отсутствие единой научно-революционной точки зрения  на её развитие у передового авангарда рабочего класса, каковым в тот период являлась партия большевиков.  Соответственно вождь мирового пролетариата предупреждал и о последствиях  раскола в партии: «…мы переживаем период кризиса, когда от нас зависит, пойдет ли пролетарская  революция так же неуклонно к победе, как шла в последнее время,  или колебаниями, шатаниями вызовет победу  белогвардейцев, которая  не изменит тяжести положения, а только на  много десятков лет  отодвинет Россию от революции». (ПСС, т.32, с.260) То есть, Ленин уже тогда предупреждал о последствиях приостановки электрификации всей страны «на много десятков лет», как возможности осуществления  основного революционного процесса в мирное время.    Это  ленинское предупреждение полностью  оправдалось  в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, подтвердившей то обстоятельство, что  советский народ в этой войне  был един как никогда, в результате смог защитить не только себя, но и свою самую передовую экономику на тот период, полностью отвечающую интересам победившего  народа. Эти предупреждения трагически подтвердились и после сталинской индустриализации, когда в партии оппортунисты  довели  дело до раскола

Оппортунисты ЦК КПСС, как известно, пошли на раскол в партии,   испугавшись трудностей, и с середины 50-х  годов стали переходить  с  экономической базы электрификации на экономическую базу получения прибыли в рублях.  А  «черное   золото»  отдали  на откуп «пятой колонне» в СССР.   Вопрос развала революционного процесса электрификации всей страны  и  отделение  России от революции на  несколько десятков лет обозначились вполне определенно.   И  «пятая колонна» в СССР очень быстро  распорядилась энергоресурсами. Причем, чем больше нарастал поток «черного золота» на Запад, тем больше  нарастала  критика в адрес Сталина, как основного защитника ленинской электрификации. А  рубль, начавший было при Сталине  понижаться вместе с  движением  цен к нулю, уступил место единицам затрат энергоресурсов на выпуск продукции, - со второй половины 50-х годов начал расти, вводя инфляционные  процессы, как почву  для  прорастания новой буржуазии. Соответственно, новая буржуазия  повела  рубль под венчание с долларом, в союзе с которым он якобы мог плодоносить. И рубль стал плодоносить долларовыми миллионерами.  Но и у  «победивших» миллиардеров в самих& nbsp; США к тому времени оказались огромные долги. И в США, и в России  суммы владения на финансовых рынках  росли, в то время как реальный экономический потенциал изнашивался и нищал.  Временная победа финансистов  сразу же выразилась  «пиром во время чумы»  на экономической базе электрификации.

Нарастание симптомов болезни  сопровождалось  у американского капитала  триллионными долгами по внутреннему займу, раздувание которых привело к  лопанию финансовых пузырей,  надутых банковской системой.   Природа образования  финансовых пузырей формировалась  международным империализмом  с 70-х годов прошлого века, имитируя  залежами ценных бумаг запасы обычного золота, якобы способные финансировать развитие промышленности во всем мире. Разумеется, США   контролировали  цены «черного золота» на мировом рынке подобно  тому, как банкир контролировал запасы золота у себя в банке.. При этом банковская система США  разгоняла стоимость принадлежащей  Дяде Сэму собственности до  заоблачных высот,  позволяя доллару  выступать золотой монетой  при торговле акциями на фондовых биржах.  А это уже оборачивалось  политикой спекуляций  доллара на финансовых биржах. Вбрасывание огромных сумм  долларовой массы позволяло спекулянтам всех мастей  изымать прибыль из оборота слаборазвитых стран, используя разницу в курсах валют в качестве черпака, снимающего навар с кастрюли.  Потребности в увеличении получения такой прибыли  сопровождались   нарастанием  перевода производства в страны Третьего мира, где рабочая сила была самая дешевая.  В свою очередь, страны Третьего мира, с их слабой банковской системой, стали легкой добычей для империалистических хищников, кредитующих «слабаков» под большие проценты.  Но  по мере наращивания производственного потенциала банковские системы слаборазвитых стран  стали делать попытки  за счет собственных сил подбираться к ценам на «черное золото», взвинчивая на него цены и тем самым, с одной стороны, уменьшая приток «легких денег» в США, а с другой, увеличивая товарооборот между  самими развивающимися странами. В конечном результате эти слаборазвитые страны обрели некоторую силу, в виде прибыли с внутреннего  оборота товаров, которая стала их двигать в сторону контроля  за ценами на энергоресурсы. И  привязка к энергоресурсам оказалась путеводной звездой для Третьего мира,   позволяя  двигаться  к единой валюте,  как способу  более эффективного ведения  всего   внутреннего товарооборота.  Соответственно, нарастающий внутренний товарооборот в развивающемся мире  сужал  поле влияния доллара, вынуждая его  отходить от торговли «черным золотом».  Собственно теперь такие страны как Китай, Индия, в союзе  с нефтедобывающими регионами Персидского залива и регионом Латинской Америки  оказались  способны, основываясь только на доминирующем объеме  собственных товарных масс и нефти,  предложить свою такую единую валюту для внешнеэкономических расчетов. Тормозят создание такой единой валюты, с одной стороны,  существующие противоречия между такими странами как Индия и Китай, а с другой стороны, затянувшееся состояние  Палестинской революции,  победа которой  неизменно приведет к переориентации затрат  нефти Персидского залива на нужды народов Ближнего Востока.  Во всяком случае,  все  проблемы  развития  подталкивают эти промышленно развивающиеся  регионы к созданию своей единой валюты. Только за счет её они смогут избавиться от грабительской политики США и  начнут  выступать на равных с Евросоюзом. И в  такой  ситуации уже доллару остаётся единственная участь - голого короля, т.е. стать просто бумагой,  во всём повторяющей  судьбу российских керенок.

Что касается современной России, то её «черное золото» на две трети сдано Западу (по нефти: добываем 600  миллионов тонн, по другим данным – 495,  400 - продаем). Причем,  вывозимыми из России  энергоресурсами владеют отечественные олигархи, но прибыль от выручки оседает в иностранных банках и финансирует их экономику, а не российскую.  И тут возникает  ожесточенная борьба  между американским капиталом и российскими олигархами, поскольку  США хотели бы сами  распоряжаться  этими ресурсами, без посредников в России. Мелкий и средний капитал  также лишены возможности проявить какие-либо национальные интересы. То есть Россия на этом фоне  выглядит как  элементарная колония, и в ней идет борьба не концессии с капиталистическими  устоями,  а борьба империализма за полное подчинение страны интересам Запада. Отсюда нагнетаемые Западом  рецидивы с проявлениями неофашизма на постсоветском пространстве  и приближение военной машины НАТО к российским границам.  Отсюда и доведение российского пролетариата до состояния безысходности,  как это происходит с шахтерами, для которых официально поставили на повестку дня  перспективу закрытия 10 – 15 шахт.  Отсюда и рейдерские захваты собственности,  уничтожающие на корню средний капитал, на смену которым  идет новый федеральный  закон «Об энергосбережении  и повышении энергетической эффективности…», призванный через посредников контролировать системы жизнеобеспечения предприятий, а по сути – управлять ими.

Куда в этом случае приведет останов экономического потенциала и  как он отразится на дальнейшем  развитии?

И в этом случае надо снова обратиться к выводам Ленина, сделанные им  в самое трудное для страны время:  либо наш оборот, либо рынок империализма – другого не дано.

Останов функционирования  экономического потенциала  ведет только в одном направлении – к устранению контроля олигархата за «черным золотом» и установлению контроля за энергоресурсами со стороны   самих широких масс.  То есть, повторяется  история столетней давности с превращением России в «самое слабое звено в цепи империализма», когда она уже  не может защищать интересы империалистической Антанты и уходит с поля боя. Разница лишь в том, что революционные преобразования пойдут не так, как тогда.   Из самого слабого звена   вытекает традиционный вопрос: либо Россия погибнет, либо возродится  из экономического коллапса и пойдет на новый виток индустриализации.  А вот оружием революции станут не атрибуты Первой мировой войны,   а оружием революции станет ленинская электрификация. И эту необходимость революционных преобразований, на  базе «черного золота», будут проповедовать не последователи Ленина и Сталина, которых по сути загнали в подполье, а  революционные преобразования будут формироваться на тяжелом экономическом  испытании населения, для которого начнется период останова систем жизнеобеспечения, сопровождающийся отключением тепла, электричества, воды, не исключая и канализацию.   Ибо сама база  революции, на  падающем  в  ноль  экономическом потенциале, сузится до уровня очень  низкого использования «черного золота», до уровня использования дров.   Дрова неожиданно   откроются в качестве «черного золота»,  как последнего средства из энергоресурсов,   способного  спасать систему  жизнеобеспечения населения, дабы население смогло не замерзнуть  в  холодные  русские  зимы.

Подобную  ситуацию в 1921 году Ленин так комментировал: «…хлеба нет, потому что нет угля,  угля нет, потому, что нет хлеба» (ПСС, т.32, с. 134). И оставалась лошадка крестьянина середняка, на повозке  которой и объединили  интересы& nbsp; широких масс по подвозу дров. С этого и начиналась  электрификация всей страны и движение к коммунизму.  Нынешняя ситуация во всем дает понять, что без подобного повторения урока  по выходу из экономического коллапса нам  вряд ли удастся обойтись.

Ситуация  полного  останова  имеет свойство  надвигаться с трех сторон.  Во-первых, это сокращение производства,  традиционно не замечаемого российской властью и, в целях ухода от критики, прикрываемого бурной деятельностью по  афишированию   понятием «модернизации»  экономики. Сегодня уже любому человеку в России понятно, что никакой  модернизации в стране не происходит,  как не  происходило  удвоение ВВП, столь же бурно рекламируемого. Просто на деле всё заменено  традиционным спектаклем от «партии власти», принадлежность к которой, как и принадлежность к её экономической составляющей из долларов,  может подкрепляться только верой в «модернизацию».  Разговоры о «модернизации» здесь служат «симптомом  внутривидимой  борьбы между своими».

Во-вторых, это обнищание населения в городах  с системообразующими предприятиями, для которого  паралич  в работе единственных предприятий означает голодную  смерть. А учитывая тот факт, что  проживание значительной части населения сосредоточено   именно в таких городах, где останов предприятия  выводит  массы на транспортные магистрали, как единственный путь  для привлечения внимания к своему  бедственному  положению, - можно не сомневаться и в  нарастании требований восстановления жизнедеятельности предприятий при нарастании коллапса.  Пока такие случаи единичны, они остаются вне поля зрения основных масс.

И, в-третьих,  это  износ  промышленного оборудования, способный вызвать цепную реакцию по отключению систем жизнеобеспечения населения.  На практике такое изношенное оборудование в массе своей больше напоминает  гидротурбины Саяно-Шушенской ГЭС, пришедшие в разнос. Соответственно,  не следует ожидать и  подвигов трудового героизма, направленных против  возникновения подобной цепной реакции по отключению.

На этом шатком пути вползания  в  останов экономического потенциала, аварийность выступает в качестве буревестника революции.  Потому как алчность и непрофессионализм  владельцев корпораций создают тот натиск бури, который обеспечивает новому буревестнику, т.е. аварийности,  «надежный» полет. В то же время, сам революционный процесс  будет во всём прижат к самому низкому уровню  функционирования  экономических связей. Придется оживлять  промышленный потенциал как в 1921 году. Вот тут и встанет на повестку дня основной язык экономических расчетов, способный  проявиться во взаиморасчетах.

Что же будет делать при этом российская  элита?

«Элита – оппортунистична и  продаст нынешнее руководство, как только режим начнет трещать», -  анализирует  директор Левада-Центра  Лев Гудков (на конференции «Российские альтернативы»  8 декабря 2009г.).  В свою очередь,  кланово-групповые интересы нынешнего руководства не имеют шансов на массовую поддержку  силовых структур  в период коллапса. Сегодня  силовики ещё могут разогнать дубинками какую-нибудь акцию по блокированию транспортного пути  в отдельном городке,  ибо  инфраструктура государства способна быстро их транспортировать и обеспечить на месте  перевес в силах.  Но в момент останова всё и вся у власти  не будет никакого перевеса и не будет  надежно функционирующего транспорта. В таких ситуациях  низовые силовые структуры  перестают выполнять распоряжения  верхних структур.  То есть, ситуация классическая, когда власти уже полностью не способны, а низы ещё только начнут брать управление в свои руки. Причем делать это низы смогут медленно,  например, через механизм подвоза дров, где уже невозможно будет  другим топливом «оживить»  омертвевшие мощности систем жизнеобеспечения (когда на котельных  все замерзает, то пуск начинают с дров).

Поэтому в России сегодня повторяется  ситуация не 1917 года, а происходит повторение  революционной ситуации 1921 года.  Потому как современные последователи  «белогвардейцев» уже навредили своей стране сколько могли и теперь, при наступлении останова,  вынуждены  будут  традиционно  искать спасение на Западе.

Совсем иначе  поведет себя   экономический останов в США.

В этом смысле процесс стагнации  в США вполне соответствует тому, чтобы ещё и освобождать путь   Евросоюзу  к получению прибыли из слаборазвитых стран, ибо затянувшаяся спекуляция финансовыми пузырями    во всем коробит западноевропейских партнеров.  В   практическом выражении экономический паразитизм США всё больше  переходит  в процесс гниения  по аналогии с Древним Римом.   Тщетными оказываются попытки поиска  свежих сил для выхода из кризиса, а призывы  президента  Обамы «больше вкладывать», равнозначные тому, чтобы больше тратить,  вызывают раздражение у лидеров ЕС. Это-то как раз и открывает ближайшим союзникам США более широкий доступ  в развивающийся мир, за счет вытеснения  гибнущего на глазах лидера империализма.

На внутреннем поле США  производственный пролетариат  давно превращен в рабочую аристократию, а  трудоемкие функции в производстве  возложены на  гастарбайтеров, которые  ещё не способны самостоятельно включиться в революционный процесс.  В результате политика ведущей страны империализма не способна принять другие формы воздействия к протестам, кроме тех  которые она принимает  в отношении  подавления революций в бывшем Третьем мире и удушения социализма в КНДР и Кубе. Отчего опять возникает сходство с  деградированием  Древнего Рима и, как результат, освобождением  пути для развития  новой Византии и  новых  крестоносцев Западной Европы.

На этом фоне для Евросоюза  вполне закономерно вызревает  ситуация к переходу в состояние Соединенных Штатов Европы. Но, как показывают события в Юго-Восточной Азии,  там также видят дугу,  по которой пытается  разогнаться  Евросоюз   в деле  их дальнейшего ограбления. Поэтому в Китае, где Запад  требует ввести плавающий курс юаня (ослабить его защитные функции) и тем самым обеспечить прогнозируемую инфляцию с дефляцией, власти страны вместе с ослаблением позиций юаня разрешили забастовки на предприятиях с западным капиталом.  Итог такой операции вполне очевиден: китайские власти рассчитывают вернуть в Поднебесную - через увеличение заработной платы своим рабочим -  ту часть прибыли, которую  западные партнеры «откачают» на фондовых биржах через  игру на курсе валют евро-юань.  Однако,  это только временная  мера по спасению финансовой единицы,  потому как  долгосрочная политика может основываться на создании единой валюты ведущими товаропроизводителями Юго-Восточной Азии, Латинской Америки и нефтедобывающими странами региона Персидского залива, которая и обеспечит гарантии в перспективном развитии. То есть,  евро  также будет вынужден считаться с новой валютой развивающегося мира,  появление которой после падения доллара  вряд ли может оспариваться.

Тут возникает такой  вопрос:  почему же в странах развивающегося мира  идет революционный процесс, а в России, где хватает  революционных сил под красным флагом, этот процесс идти не может и предстоит дожидаться полного коллапса с  остановом?

Дело в том, что основные массы российских   политических сил, сконцентрированных   под  красным флагом,  проводят ту же политику, что и КПСС.  Во всяком случай их политические лидеры озабочены прежде всего  идеями буржуазного парламентаризма, как  способа  безбедного ведения «борьбы» за интересы пролетариата  в структурах  буржуазного государства.  Такие партии предпочитают  замыкаться в экономическом анализе на рамки денежной системы, на которой анализировал Маркс в XIX  веке, когда ещё тройская унция золота  позволяла делать  научные выводы в экономике. У современных российских «левых»  перспектива выхода капитализма на уровень мирового империализма и приоритетного анализа в экономике по «черному золоту»,   не находит сколь-нибудь осмысленного ответа, ибо всё упирается в деньги.   Но ситуация в ХХ веке резко изменилась,  тем более  начало XIX  века  подняло экономический анализ  на уровень  революционной мысли  Ленина, с подкреплением его  практикой  индустриализации  по Сталину, что находит понимание и поддержку имени Сталина у широких масс.  В то же время, как показывает мировой опыт,  в структурах буржуазных государств  не появился ни один парламентарий, не говоря уже о чиновниках,  которые бы прошли туда под знаменем Ленина-Сталина.  Даже слабая  попытка Верховного Совета  России,  защитить осенью 1993 года  последние остатки Советской Конституции, ещё как-то указывающей на научное обоснование государства по Ленину-Сталину, привели к отключению  систем жизнеобеспечения  Дома Советов  в Москве и последующему расстрелу из танков. Поэтому,  если нынешние лидеры  компартий в России встанут, как большевики, под знамена Ленина-Сталина,  в их офисах тоже отключат системы жизнеобеспечения,  в качестве первого предупреждения. За которым последует  удаление их,  в качестве   «экстремистов»,  на улицу. А поскольку большевики знают, на основе  революционных обоснований Ленина-Сталина,  что борьба прежде всего ведется за «черное золото» (нефть), то и не строят иллюзий   о возможности завести свои штаб-квартиры и   сожительствовать  с буржуазной властью, существующей за счет контроля за «черным золотом». Ничего  в таком случае не получится. Либо надо отказываться от  основ сталинской борьбы за «черное золото», либо всё, что  функционирует на основе  энергоресурсов,  будет отключено в качестве наказания за «экстремизм».  В современной России даже  собственность оказалась «привязанной» к нефти и газу так, что в самую пору это сравнивать с образом  «срастания улитки с раковиной». Весь вопрос только в том: кто распоряжается газом и нефтью?  Ибо при покупке любого товара, как при покупке автомобиля,  покупатель исходит из двух затратных показателей:  сколько этот товар будет потреблять энергоресурсов и сколько ресурсов было потрачено на его изготовление.  В итоге же он будет исходить от возможностей оборота денежных знаков в своем кошельке.  

Конечно, правящий класс России, прибравший к рукам «черное золото», мог бы показать то, как надо эффективно расходовать  отечественные энергоресурсы, повысить жизненный уровень населения и  устранить нищету,    вывести из катастрофического положения промышленность,  обеспечить население бесплатной медицинской помощью, возродить отечественную науку и т.д. Но все эти проекты выражаются только на словах, традиционно становясь на деле «благими намерениями». А  если что-то попадают на бумагу, то для воплощения в жизнь таким проектам традиционно не хватает средств. Ибо средства-то все, с подавляющей долей «черного золота», обеспечивают не оборот товаров у себя на родине, а уплывают на сторону,  на Запад,  оставив в России мизер из налогов.  Вот и получается, что,  не получая  поддержки для своего воспроизводства (не хватает нефти и газа на собственный оборот товаров), изношенные  системы  жизнеобеспечения  сами отключатся, поскольку не являются вечным двигателем, и  оставят  население  без источников тепла, света, воды и т.п. Причем, если такое отключение происходит зимой, то через некоторое время  начинают замерзать трубы с водой на оголенных участках, выводя из строя все системы горячего водоснабжения и холодной воды.  Частичное восстановление энергоснабжения в таком случае  не способно восстановить  работу других источников, поскольку источники эти не смогут работать без воды.  Размораживание систем подготовки резервного топлива на большинстве котельных (а их в холодное время переводят на мазут – всем газа не хватает), вынудит всех  в аварийной ситуации ухватиться за единственно  возможное использование газа, которого тоже на всех не хватит. Учитывая при этом начавшиеся  трудности с транспортом,  обстоятельства повсеместно переходят в панику. И паника в этих обстоятельствах  становится переходом к анархии. Всё это мы уже проходили на стыке 1979 – 1980 годов, когда Москва и  Ленинград начинали вмерзать в зиму, но огромный потенциал страны не позволил панике  доминировать и удержал ведущие мегаполисы страны от замерзания.  Теперь же на обнищавшую страну рассчитывать не приходится.   В результате отключения население будет вынуждено  искать спасение через  создание собственного очага,  в виде печки-буржуйки, цены на которые, надо полагать, поднимутся до уровня автомобильных.  И, как ни странно, в это время поднимутся  цены на дрова, которые и станут основным  средством выживания.  Поэтому, налаживая оборот дров для поддержания собственной жизни, это самое население сможет  открыть для себя  неопознанное явление в экономике. Оказывается,  оживление самих систем промышленных жизнеобеспечения впрямую связано с ОБОРОТОМ ЭНЕРГОРЕСУРСОВ  В ЭКОНОМИЧЕСКОМ  ПОТЕНЦИАЛЕ СТРАНЫ.  Из чего вытекает:  РАСШИРЕННОЕ ВОСПРОИЗВОДСТВО ВПРЯМУЮ  СВЯЗАНО  С НАИБОЛЕЕ ПОЛНЫМ  ОБОРОТОМ  ЭНЕРГОРЕСУРСОВ В ЭКОНОМИЧЕСКОМ  ПОТЕНЦИАЛЕ  СТРАНЫ.

Конечно, будут  желающие как можно больше продать тому же Западу нефти и газа, чтобы купить у них же ещё больше печек-буржуек. Но на этом уроке изучения пользы дров большинство населения  уже сможет оценить возможности продажи энергоресурсов, которые не должны превышать  одной трети от объема добычи. В этом смысле оборот энергоресурсов в экономическом потенциале во всем  копирует оборот крови в организме человека: можно быть донором и помогать больным, но если потери крови  превысят литр – встать на собственные  ноги будет уже  проблематично.  То есть, широкие массы при контроле  за расходом энергоресурсов будут вполне способны  различить  повторение  ленинского НЭПа, допускавшего буржуазию на треть к обороту в экономическом потенциале страны. Допустят «уход» ресурсов в больших объемах, опять получат отключение. Потому, что  оборот определяет границы жизни экономики, а не рынок.  Мировой рынок – это система управления империализма.  А оборот  – это контроль   производителей за обменом своих товаров.

Поэтому, для современных идеологов застоя и останова  советской индустрии  нет врага страшнее, чем Сталин.  А чем больше Россия вползает в экономический паралич, тем отчетливее в обществе назревает понимание того, что спасение возможно только  по сталинской модели воплощения в жизнь экономических основ ленинской  электрификации всей страны.  Отчего  истерика обреченного  олигархата  и   владельцев  государственного «общака» только усиливается,  выражаясь   результатами ещё  более  разрушительной политики. Потому как всякое омоложение экономического потенциала  происходит в городах, наиболее приближенных  к пограничным  разделам территории и способных пока управляться с территории других государств.

Вместе с тем, надо признать, что это возможный сценарий  революционных преобразований  не имеет графика прямолинейной зависимости соотношения классовых сил.  В реальных условиях  эксплуататоры осложнят условия выживания для эксплуатируемых, запуская ложь и клевету в качестве  последнего атрибута  оружия поражения. Да и «левый» фланг переполнен «старыми генералами»,  готовыми к действиям в условиях прошедшей революции, поэтому  вброшенную наживку  буржуазии  проглотят и не поперхнутся.   Они способны к руководству из кабинета,  полагаясь на вооруженную  активность широких масс, в то время как  надвигающиеся события потребуют личной активности на  парализованном производстве, где на месте  обстоятельства будут взывать к объединению  различных категорий производства  в единый  комплекс.  

Мы ведь не создаем новую социалистическую революцию, ибо остаемся в рамках научно-революционного обоснования Великого Октября.  А что же изменилось?  Изменился сам характер продвижения к коммунизму, когда на старом опыте хрущевско-брежневского социализма  развиваться невозможно, а  ленинско-сталинский опыт развития социализма и движения к коммунизму, извращены до неузнаваемости.

Прежде всего изменилось само оружие мировой революции пролетариата. Если столетие назад  революционный натиск вооруженного пролетариата на буржуазию  в большинстве стран мира  рассматривался как единственно возможный путь к победе, то уже к началу 1921 года  новым оружием для мировой революции пролетариата стала  ленинская электрификация.  Причем, ленинская электрификация  стала побеждать  в  странах, ставших слабыми звеньями  в  цепи империализма. И почему  социалистические революции стали побеждать и принимать на себя управление экономикой?  Они стали принимать на себя управление экономикой потому, что оказывались способными делать это на экономической базе электрификации. Ведь стоило хрущевско-брежневскому социализму  отказаться от ленинско-сталинской модели развития и страна осталась без экономической базы электрификации, в результате чего возврат капитализма «на несколько десятилетий» стал реальностью, чтобы снова поставить страну на место слабого звена в цепи империализма, откуда можно двигаться в развитии только по ленинско-сталинскому пути.

Ну, а стратегический  путь борьбы Труда с Капиталом проходит в большинстве своем  не  уличными схватками, а  противостоянием на экономической базе электрификации, методом «отключений». Поэтому ведущие партии Капитала стремятся «отключить» от политической борьбы  рабочий авангард на  платформе учения Ленина-Сталина. Буржуазия просто не сможет управлять, если позволит партиям Труда   впрямую выступающим за национализацию энергоресурсов и широкий контроль за «черным золотом», поэтому и  остаются  «включенными» в буржуазный парламентаризм  «левые», ограничивающиеся  только учением Макса и анализом  борьбы на  денежных  эквивалентах,  являющихся  условием спасения мирового рынка. На международной арене империалисты вводят блокаду  как для социалистических КНДР и Кубы, так и для  буржуазных Ирана или Венесуэлы. В этих случаях цель одна:   «отключить» их товары  от  оборота, потому как  в их учете доминируют энергоресурсы, а не доллары, и «включить», за счет создания тяжелого экономического положения, режим  перехода  на торговлю долларами, под контролем   мирового рынка.  На местном уровне, в любом ЖКХ,  стремятся «отключить» должника по финансовой оплате  от систем электро и теплоснабжения, да ещё и отключить воду, хотя на технологическом уровне это не всегда возможно. Зато на местном политическом уровне «левые»   партии всегда «отключают» большевиков от микрофонов, поскольку партия ленинско-сталинского типа их критикуют за  приверженность к  буржуазному парламентаризму, стоящему на страже мирового рынка.

Проще говоря, язык общения на базе электрификации, стал доминирующим в общении,  и, можно сказать, определяющим в экономическом  развитии, хотя внешне проявляется в качестве дубины.  Другое дело, как это развитие понимается самими  участниками споров. База социализма всегда строилась исходя из запросов основной части населения и как могла подводила под эти нужды экономическую базу электрификации. Зато  требования империализма  исходят  из «прав человека»,  под нужды которого подводится  долларовая база рынка. Причем, запросы отдельного человека, за права которого  ухватываются  западные политики,  идут, как правило,  вразрез с надеждами и планами подавляющего большинства населения. Но именно права отдельно выбранного человека становятся  определяющими для проникновения политики доллара, за которой вырастают права  мирового империализма.

В этой  связи характерно и то, что развивающиеся страны стремятся отгородиться от американских «прав человека»  правами ислама. Потому, что за усиливающимся  в мире  исламским  фактором  вырастают  в действительности  нефтяные интересы, требующие от слаборазвитых стран усиления  товарооборота в собственных целях, а не  диктата цен мирового рынка. Тут и мусульманские женщины стремятся отгородиться от  западных феминисток   частичным или полным закрытием лица,  подобно тому, как их мужья  стремятся отгородиться  от требований мирового рынка «быть прозрачными»  и отгораживаются ширмой ислама  для ведения  собственного  товарооборота.   

В большинстве стран мира  уже вполне осознали тот факт, что  увеличение  добычи экспортируемых нефти и газа  не ведут к увеличению производительности труда у себя дома, а наоборот,  перекладывают издержки  излечения этих  ресурсов  на национальные экономики. Поэтому и усиливается исламский фактор, как средство защиты от гнета мирового рынка.  Но  это же вынуждает американский империализм действовать на основе  так называемой  теории управляемого хаоса  (что требует отдельного разговора, ибо хаос и нефть идут рука об руку).

А пока у российских масс  ситуация находится  на понимании «реальности и собственной  беспомощности  перед организованной властью».  Наиболее видимый  сценарий борьбы за «черное золото»  может возникнуть на том основании, что старые силы на стадии распада власти могут  заблаговременно разбежаться по «запасным аэродромам»,  хлопнув дверью и сдав «левым» силам в Госдуме  рычаги власти. Тогда получится так, что  убегающая власть завела экономику в коллапс, а новая сила ещё не способна на базе «черного золота»  выводить страну из этого коллапса,  делая ставку при этом на  денежный эквивалент выражения экономики, который и поставил страну на край гибели.  И  такое положение  опасно внутренними конфликтами. На что и будет делать ставку  не удержавшая положение нынешняя власть,  стремясь удержать в руках хотя бы собственность.

Но учитывая то обстоятельство, что российские власти не смогут так организованно уйти на «запасные аэродромы», как ныне организованно они распоряжаются энергоресурсами, можно утверждать,  что вхождение в коллапс  будет сопровождаться  атрибутами анархии.

Из этого  вытекает, что новое революционное преобразование в России,  направленное на приведение в соответствие с установившимся в мире характером противостояния Труда и Капитала,  будет  выражаться  не шумом улицы, а тишиной отключившегося от износа  производства.   Потому как  решить главный вопрос по контролю за  «черным золотом» реально на   остановившемся  производстве, когда старые силы уже ничего не могут запустить в работу, а новые силы в собственных интересах выживания  способны лишь  начать с малого  оживления производства и медленно  восстановить системы жизнеобеспечения населения.  Начиная с приобретения дров для оживления собственного дома пролетарий сможет оценить возможности  труда на своем рабочем месте по энергетических затратам на его оживление.  Успех же всего  будет зависеть от объединения усилий широких масс с передовым ленинско-сталинским авангардом рабочего класса на базе  возрождения индустриализации.  Восстановления одних только систем жизнеобеспечения тут будет недостаточно, потому как электрификация всей страны  основывается на расширенном воспроизводстве. В то время как расширенное воспроизводство требует  работы без застоев и без аварий, дабы не повторялся на практике очередной 1921 год. Поэтому и в расследованиях остановов и аварий   в работе оборудования должен будет присутствовать анализ, понятный тем, кто производит ценности на рабочем месте. А если потери от аварий значительные, то  ещё должен быть анализ и политического  уклона его инициаторов, либо «преступная халатность» - как принято ныне характеризовать катастрофы, ибо не удержавшие равновесие в движении всегда качаются  в правую или «левую» сторону.  Ведь прямолинейный экономический механизм  электрификации всей страны расширенно развивается  только в рамках функционирования единого народнохозяйственного комплекса, отлаженного как часы.  

Поэтому, в такой ситуации главным лозунгом революции должна стать  не победа социализма, а движение к коммунизму, т.е. «коммунизм это  есть советская власть плюс электрификация всей страны».   Ибо нам нужна советская власть только в качестве   платформы для движения, с помощью электрификации,  к коммунизму   Потому что владение экономическим  оружием  ленинской электрификации в этой ситуации  будет определяющим фактором успеха и основным ориентиром развития революции к бесклассовому обществу. Или, как говорил  Ленин,  ставя советскую власть и электрификацию в  качестве первой и второй программ партии, при отсутствии второй программы - «первая негожа и как программа партии».  Проще говоря, без электрификации советскую власть, а вместе с ней и социализм, ждут застой и вхождение в коллапс, чтобы на  «несколько десятков лет отбросить революцию». Поэтому, активисту, лишенному  понимания  анализа  экономической базы электрификации и зациклившемуся только на социализме, в авангарде рабочего класса делать нечего.   

Банковская система власти Капитала тихо тонет в пучине кризиса, пуская финансовые пузыри.  В этой обстановке  даже  буржуазия в развивающемся мире  судорожно  цепляется за  основы  электрификации, чтобы за счет  этой, ещё не уясненной для  предпринимательства  стихии, обеспечивать какую-то надежность в товарообороте и не пустить пузыри в пучине кризиса.   Ещё недавно мировой империализм  прямым языком или косвенно заявлял, что он построил храм Капитала, к которому ведут все дороги. В действительности империализм строил кладбище, к  которому  ведут все дороги капитализма. Ибо самовозрастание, уводящее от кладбища,  возможно только на путях ленинской электрификации.  А жажда извлечения максимальной прибыли все равно ведет  Капитал к могиле, да ещё и пролетариат доводит до такого состояния, когда от нищенской жизни  он приобретает порыв и  энергию для  создания таких могил.  Поэтому и Великий Октябрь, отправив в 1920 году на кладбище  сдохший  российский капитализм  вместе с иностранными интервентами, пытавшимися его спасти от могилы на полях гражданской войны,  вступал в  новый 1921 год с  четким пониманием того, куда надо двигаться дальше. Дальше в революции надо было двигаться  к  коммунизму, по  научно обоснованному пути:   коммунизм это  есть советская власть плюс электрификация всей  страны!   

Маркс, как помнится, перефразируя Гегеля, заметил: история повторяется дважды…


Владимир Рябов

член ЦК ВКПБ

сентябрь 2010 г.

Последнее изменение Воскресенье, 28 Декабрь 2014 15:23